— Вы только вдумайтесь, какие это вибрации!
— Какие?
— Высокие, Алиса! Люди спасают породистых собак от голода, а мы тут обсуждаем обивку для дивана.
Валентина Юрьевна отодвинула от себя веер образцов ткани.
Консультант в мебельном салоне вежливо отступил на шаг. Он не решался вмешиваться в семейный спор.
Алиса сделала пометку в рабочем блокноте. Требовалось подобрать мебель для клиентского проекта. Свекровь увязалась за ней под предлогом помощи с выбором оттенков. На деле же последние сорок минут она листала ленту в телефоне.
— Бюджет проекта не резиновый, — Алиса проигнорировала пассаж про собак. — Если мы берем итальянский велюр, то выходим за рамки сметы.
— Клиент добавит, если у него есть вкус, — отмахнулась свекровь.
— Клиент этого не согласует.
— Вечно у тебя одни цифры в голове, — поморщилась Валентина Юрьевна. — Я тебе про живые души говорю.
— Живые души — это прекрасно.
— Там приют для борзых. У них спонсор отказался финансировать ремонт крыши. Животные мерзнут. Я считаю, что каждый человек в ресурсе обязан им помочь.
— Прекрасная инициатива, — Алиса кивнула, не отрываясь от чертежей.
— Я решила отправить им хорошую сумму, — гордо заявила свекровь.
— Замечательно.
— Вот только перевести нужно прямо сейчас. Пока сбор не закрыли. Давай, открывай свое приложение.
Алиса отложила карандаш.
— Валентина Юрьевна, почему бы вам не перевести со своего счета?
— Я же объясняла!
— У вас пенсия вчера была. Плюс Марк вам регулярно помогает.
— Ты же знаешь мои принципы цифровой гигиены! — возмутилась свекровь.
Консультант ушел в другой конец зала, сделав вид, что перебирает подушки.
— Мошенники не спят, — продолжала Валентина Юрьевна. — Я эти ваши банковские приложения на телефон не ставлю. У меня все деньги на сберегательном счете.
— Дойдите до банкомата, — предложила Алиса.
— К нему доступа с телефона нет, а время идет! Борзые мерзнут. Давай переводи, Марк тебе вечером отдаст.
— Марк отдаст из нашего общего бюджета.
— Я ему позвоню и скажу, что это долг! — свекровь приложила руку к груди. — Ты что, родной матери мужа не доверяешь?
Спорить в публичном месте Алиса не любила. Она открыла банк.
— Номер диктуйте.
Свекровь продиктовала цифры.
— Сколько переводить?
Валентина Юрьевна назвала сумму. Сумма оказалась весьма приличной. Она была сопоставима со стоимостью того самого итальянского велюра, из-за которого они только что спорили.
— И в комментарии к переводу обязательно напиши, — скомандовала свекровь.
— Что писать?
— Пиши: «От неравнодушной благотворительницы».
Алиса молча нажала кнопку отправить.
— Пусть знают, что есть еще люди с открытым сердцем, — удовлетворенно кивнула Валентина Юрьевна, пряча телефон в сумочку.
Вечером Марк ничего не отдал.
Он пришел с работы поздно, бросил куртку на пуф в прихожей и сразу прошел на кухню. Алиса резала салат.
— Мама звонила, — сказал Марк, доставая тарелку.
— И что сказала?
— Просила подождать с долгом до конца месяца.
Алиса перестала резать помидоры.
— Почему?
— Ей нужно оплатить курс массажа. Спина совсем разболелась.
— Марк, она сегодня пожертвовала приличную сумму приюту. С моей карты. И обещала, что ты отдашь вечером.
— Ну помогла животным, молодец же, — муж пожал плечами. — Что мы, обеднеем от этих денег?
— Мы не обеднеем. Мы копим на ремонт ванной.
— Да ладно тебе, Алис. Месяцем позже сделаем этот ремонт.
— Дело не в сроках, — Алиса отложила нож. — Дело в том, что она занимается благотворительностью за наш счет.
— Она вернет, — отмахнулся Марк. — Просто сейчас ей нужнее на здоровье. Не начинай, а? Я устал как собака.
— Собакам сегодня уже помогли, — сухо отозвалась Алиса.
Бюджет семьи от этого перевода не рухнул. Осадок остался.
В субботу у них намечался семейный ужин.
Алиса готовилась к приходу гостей, попутно доделывая работу. Она стояла посреди гостиной с планшетом в руках. Проверяла, как визуализации интерьеров отображаются на огромной плазме. Марк купил этот телевизор специально для кинопросмотров. Алисе он отлично заменял монитор при презентациях.
Из прихожей донеслись громкие голоса.
Приехал двоюродный брат Марка, Григорий, со своей молодой женой Нелли. Следом появилась и Валентина Юрьевна.
— Опять в своих чертежах? — свекровь по-хозяйски прошла в гостиную.
Она окинула взглядом экран, на котором светилась схема расстановки мебели.
— В выходной день можно было бы и о душе подумать, — добавила Валентина Юрьевна. — А не только о материальном.
— Обязательно подумаю, — ответила Алиса.
Она свернула приложение на планшете. Экран телевизора переключился на стандартную пейзажную заставку.
За столом собрались быстро.
Алиса расставила тарелки с запеченной рыбой и салатами. Нелли тут же принялась нахваливать угощение. Заодно она демонстрировала новый маникюр. Григорий накладывал себе порцию побольше.
— Представляете, за замену масла содрали столько, будто я им половину двигателя перебрал, — возмущался брат мужа.
— Никакой совести у людей, — поддакнула Нелли.
— Лишь бы нажиться на чужой проблеме. У меня подвеска стучит, а в сервис ехать страшно. Разденут до нитки.
Валентина Юрьевна аккуратно промокнула губы салфеткой.
— Потому что общество стало абсолютно потребительским.
— Это точно, тетя Валя, — согласился Григорий.
— Все меряют жизнь деньгами. Кто сколько заработал, кто какую машину купил. Никаких высоких вибраций. Никакой эмпатии.
— Ой, Валентина Юрьевна, вы так правы, — защебетала Нелли. — Я вот тоже недавно девочкам на работе говорила: надо быть добрее.
Свекровь благосклонно приняла комплимент.
— Именно, Нелли. Нужно уметь отдавать. Делиться с миром.
Марк перестал жевать. Он бросил быстрый взгляд на жену. Алиса спокойно нарезала рыбу на тарелке.
— Тетя Валя, а раз вы про эмпатию заговорили, — Григорий откашлялся. — Может, займете нам тысяч пятьдесят до весны?
— На что это? — свекровь чуть отодвинулась от стола.
— Да говорю же, подвеска стучит. Машину ремонтировать надо. А у нас с деньгами сейчас в обрез. Нелли на курсы визажа пошла.
Нелли потупила взгляд.
— Машина — это кусок железа, Гриша, — наставительно произнесла Валентина Юрьевна. — Это низменные материальные потребности. Я свои сбережения на такое не раздаю.
— А на что раздаете? — обиделся Григорий.
— На спасение душ.
— Это как?
— Я вот во вторник увидела призыв о помощи. Приют для породистых собак остался без финансирования.
— Собак? — переспросил Григорий.
— Вы бы видели эти глаза на фотографиях! — голос свекрови задрожал от благородства. — У меня сердце кровью облилось.
Алиса подняла взгляд от тарелки.
— И что вы сделали? — послушно спросила Нелли.
— Взяла и пожертвовала им крупную сумму на ремонт. Отправила свои личные сбережения.
Марк кашлянул и потянулся за стаканом с морсом.
— Не стала откладывать, — продолжала вещать Валентина Юрьевна. — Не стала жалеть. Подумала: пусть молодежь трясется над каждой копейкой, а я сделаю настоящий вклад в этот мир.
Григорий уважительно кивнул, забыв про обиду.
— Сильно, теть Валь. Не каждый сейчас так сможет.
— Да, Гриша, не каждый.
Свекровь выразительно посмотрела на Алису.
— Некоторые вон только и умеют, что ткани дорогие выбирать, да над сметами чахнуть. Никакого духовного развития. Только выгода.
— Мам, ну давай без этого, — примирительно попросил Марк.
— Нормально мы развиваемся, — добавил он тише.
— Я констатирую факт, — отрезала Валентина Юрьевна. — Если бы Алиса хоть раз в жизни сделала что-то бескорыстное, она бы поняла это прекрасное чувство.
— Какое чувство? — уточнила Алиса.
— Когда ты отдаешь последнее, чтобы помочь слабым!
Алиса аккуратно положила вилку.
— Валентина Юрьевна, а вы про тот приют для борзых говорите?
— Про него.
— Которому мы во вторник деньги отправляли?
— Я им так и написала: от неравнодушной благотворительницы, — свекровь ничуть не смутилась. — Пусть знают, что старшее поколение еще способно на поступки.
— Потрясающе.
Алиса взяла со стола свой рабочий планшет.
— Я как раз хотела уточнить пару деталей по этому переводу.
Она провела пальцем по экрану. Технология сработала безупречно. Огромный телевизор на стене мигнул. Вместо пейзажной заставки на нем отобразился рабочий стол планшета.
— Алис, ты чего? — напрягся Марк.
— Ничего особенного.
Алиса открыла банковское приложение. Она отвернула экран планшета от гостей, чтобы ввести пароль.
Через секунду на шестидесяти пяти дюймах развернулась электронная квитанция об оплате. Буквы были огромного размера.
Статус: Исполнено.
Отправитель: Алиса В.
Получатель: Благотворительный фонд помощи борзым.
Сообщение: От неравнодушной благотворительницы.
Григорий замер с куском рыбы на вилке. Нелли заморгала. Она переводила взгляд с экрана на Валентину Юрьевну и обратно.
— Давайте уточним математику, — голос Алисы звучал спокойно.
Валентина Юрьевна смотрела на экран.
— Вы же этот перевод имели в виду? — спросила Алиса.
— Какой? — выдавила свекровь.
— Тот самый, который вы настойчиво просили сделать с моего зарплатного счета. Потому что у вас нет банковского приложения, а деньги нужны были срочно.
Вся стать и уверенность Валентины Юрьевны куда-то испарились. Она перебирала бахрому на салфетке.
— Вы так красиво рассказывали про отказ от материального и личные сбережения, — Алиса заблокировала планшет.
Телевизор мгновенно погас.
— Я просто обязана была показать всем этот чек. Особенно в той части, где вы упрекали меня в жадности.
— Я собиралась отдать долг! — ее голос прозвучал сдавленно.
— Разумеется, собирались.
— Марк подтвердит! Я просила подождать!
— Дело ведь не в долге, Валентина Юрьевна.
— А в чем?
— Дело в высоких вибрациях. Очень удобно вибрировать за чужой счет. И отказывать племяннику в помощи, прикрываясь чужими пожертвованиями.
Григорий хмыкнул и положил вилку.
— Девчонки, брейк, — попытался разрядить обстановку Марк. Вышло неубедительно.
— Передайте салат, пожалуйста, — Нелли неожиданно нашла спасение в еде.
Она старательно глядела только в свою тарелку.
Остаток семейного ужина прошел без лекций о духовности. Григорий тихо обсуждал с Марком особенности зимней резины. Валентина Юрьевна почти не притронулась к еде.
Сославшись на внезапную мигрень, она вызвала такси. Уехала задолго до подачи десерта. Прощаться с невесткой не стала, только сухо кивнула Марку в прихожей.
Деньги она вернула в среду.
Не лично — перевела через Марка. А обсуждать благотворительность в присутствии Алисы свекровь с тех пор перестала совсем. Видимо, решила, что некоторые невестки слишком приземленные, чтобы ценить красивые порывы чужой души.
