Это была насмешка судьбы, никак иначе. Или Вера притягивала теперь такие истории, кто знает. Но когда на сцене молодой человек начал говорить, она сразу поняла, куда он клонит, ещё до того, как появилось кольцо и само предложение.
– Где сделать тебе предложение? – говорил парень со сцены. – Я мог бы сделать его на снежном нашем Ямале. У водопадов в Америке или в Азии. Но зачем выбирать одну страну, когда можно сделать это там, где собрался весь мир? Ты выйдешь за меня замуж?
Когда он достал кольцо, все вокруг замерли на секунду, в ожидании ответа девушки. А когда она сказала «да», зал грохнул аплодисментами. Вера тоже аплодировала, не замечая того, что по щекам её бегут слёзы. Парень слева взглянул на неё. Наверное, подумал, что она растрогалась.
Растрогалась. Она усмехнулась про себя. Да. Растрогалась.
Пальцы в кармане сжали телефон.
Вера вспомнила тот день. Ничего особенного: они сидели у неё в маленькой съёмной комнате, у окна, за которым с берёз летели первые жёлтые листья. Это было за неделю до фестиваля. Но казалось, что в прошлой жизни.
На Международный фестиваль молодёжи в Екатеринбург она приехала со своим экологическим проектом. Заявку подала ещё весной, но всё равно было такое ощущение, будто она сбежала от своих проблем, специально уехала, чтобы не принимать решения. И вот она сидит в зале среди других участников фестиваля, и на глазах её слёзы, потому что только что, прямо на сцене, парень сделал предложение своей девушке, и она согласилась.
Раньше Вере нравились подобные видео, она с удовольствием их пересматривала, но теперь это вызывало смешанные чувства. Рядом с ней стояла девушка в цветном платке – Вера не разобрала, откуда, – и снимала сцену на телефон. Впереди трое парней переговаривались по-английски, громко, с сильным акцентом. Она разобрала одно слово: «crazy». Вера поднялась, протиснулась мимо парней, которые продолжали хлопать и свистеть, радуясь за незнакомого им парня, и вышла на улицу.
Сентябрь в Екатеринбурге уже пахнет осенью: днём, пока солнце, можно ходить в куртке нараспашку, но стоит ему сесть за горизонт – и от земли тянет холодом. Вера застегнула молнию до самого подбородка и сунула руки в карманы. Подняла голову и посмотрела на звёзды.
Неделю назад ей тоже сделали предложение. Не так красиво, конечно. Они просто сидели в её комнате, когда Тёма достал из кармана коробочку, открыл и достал оттуда кольцо.
– Ты выйдешь за меня?
Она как раз пила воду. Стакан замер у губ.
– Подожди, – сказала она.
Не «нет». Не «дай подумать». «Подожди». Как будто это можно отложить, пока она допьёт воду.
Она поставила стакан на подоконник.
– Ты же знаешь, что в ноябре я уезжаю на стажировку, – сказала она. – На полгода. Может, даже на год.
Он молчал. Смотрел на неё.
– Я не знаю, какой я стану за эти полгода, – сказала она. – Я не хочу тебя связывать обещаниями. Это неправильно.
Он опустил глаза и закрыл коробочку.
– Я подожду, – сказал он. – Если тебе нужно время, я готов ждать.
Они замолчали. За окном летели жёлтые листья, кольцо так и не наделось ей на палец – Вера даже не знает, какого цвета был камень.
В Екатеринбурге она ему не писала. Он присылал сообщения, но Вера не отвечала. Говорила себе: так честнее для нас обоих. Но каждый вечер доставала телефон, открывала их диалог, перечитывала сообщения. Гасила экран, клала телефон под подушку и долго не могла уснуть.
Вера постояла. Потом вынула телефон из кармана. Пальцы дрожали. Интересно, дрожали ли пальцы у того парня на сцене, когда он делал предложение? Вера нашла нужное имя в списке контактов и нажала вызов.
Гудок.
Гудок.
Гудок.
Ещё гудок. Она почти сбросила. Но на пятом он ответил.
– Алло?
– Привет, – затараторила она, – я сейчас видела, как парень на сцене сделал девушке предложение.
Тёма не ответил. Но она услышала, как изменилось его дыхание.
– Он сказал… – Вера помедлила. – Он сказал, что мог бы сделать это в снегу, у водопада, где угодно. Сказал: но здесь собрался весь мир.
Тишина.
– Я сидела в зале, смотрела на это, – сказала Вера. – И заплакала.
Голос её дрогнул. Это её саму удивило.
– Заплакала, а почему – не поняла. А потом подумала: вообще-то, есть причина.
Она опустила глаза. Посмотрела на свои кроссовки. Белые, купленные перед отъездом, уже немного грязные.
– Ты не передумал? – спросила она. – Насчёт кольца, и вообще…
Тёма долго молчал. Так долго, что она подумала, что он сбросил звонок. Взглянула на экран: нет, не сбросил.
– Я же сказал, что буду ждать столько, сколько нужно, – ответил наконец Тёма.
Вера вдохнула сентябрьский прохладный воздух и произнесла:
– Тогда я согласна.
– Что? Ты серьёзно?
– Да. Я серьёзно.
– Блин, Вера! И как мне теперь надеть тебе кольцо?
– Наденешь, когда я вернусь.
– А когда ты вернёшься?
– Послезавтра.
– Хорошо. Я жду. Ты же не передумаешь?
– Я не передумаю.
Звёзды продолжали светить, фестиваль продолжал шуметь, петь и говорить о будущем. Будущем, которое ждало всех их – того парня и девушку со сцены, Веру и Артёма, всех других девушек и парней, которые радовались, удивлялись, сомневались, пробовали, ошибались, но смотрели вперед с надеждой. Иногда достаточно одного слова «да», чтобы изменить будущее.
