Вовка очень завидовал своему двоюродному брату, жившему в областном центре. Каждый раз бывая там в гостях, мальчик видел фотографии и слушал рассказ брата-пятиклассника о том, как тот занимается верховой ездой в секции при ипподроме.
— Везёт же тебе, есть такая секция! А в нашем маленьком городе нету…- со вздохом говорил Володя, — я бы тоже так хотел. И чтобы лошадь своя собственная, и ухаживал бы за ней, и она бы меня любила…
— Это всё романтика, сынок, — успокаивал Вову отец, — лошадь – крупное и серьёзное животное, требующее большой заботы, внимания, воспитания и ежедневного ухода. Тут справится только специалист, человек, любящий животных. А ты ещё мал, только в пятый класс перешёл.
Вова всё равно то и дело заговаривал о лошадях и дома, и у знакомых, и у деда с бабушкой, которые уже были на пенсии и присматривали себе домик в деревне.
Поначалу хотели дед Иван и бабушка Лиза купить себе дачу на лето, а зиму возвращаться в город, но слушая внука и его бесконечные разговоры о заветной мечте, прониклись и сами этой идеей – купить жильё поблизости с фермой, где есть лошади на прокат.
Таких мест в районе было очень мало, практически и выбора не было, но в одной спокойной деревеньке, что на трассе на Селигер, всё же нашлась такая ферма, и Иван с Лизой поехали туда тайно от сына и снохи, а тем более от внука, смотреть домик, а заодно и саму ферму.
Деревенька им понравилась тем, что была в живописном месте, небольшой, окружённая лесами, полями, а несколько ручьёв и прудов в самой деревне с рыбой заменяли отсутствие большой реки, что даже понравилось бабушке Лизе, боявшейся большой воды.
Домик нашёлся сразу, было из чего выбирать. Не так много жильцов было в деревне, и люди обрадовались новым желающим переехать жить к ним.
Сама ферма была тоже небольшой, но хозяин бережно относился к животным, а чистота и порядок в стойлах и вокруг, в левадах, тоже понравилась Ивану и Елизавете.
Так состоялась покупка домика, не без влияния на такой выбор самого дорогого человечка для бабушки и деда – Вовки.
Переезд в деревню состоялся даже среди зимы. Не хотелось бабушке Лизе тратить «драгоценное летнее время» на обустройство и ремонт дома.
— Летом у нас начнётся сад-огород, лес и прогулки по деревне и за околицу за травками. А сейчас надо и печи прочистить и запустить, обогреть дом, а затем освежить его косметическим ремонтом, — озвучивала бабушка их с дедом планы.
Вовка горел желанием скорее поехать в деревню, но пока там не был наведён порядок и чистота, его не пускали, и он терпеливо ожидал своего часа – встречи с лошадьми.
Фермер был рад новому постоянному клиенту, ведь любители верховой езды приезжали из города спонтанно, по настроению.
— Лошади кушать должны каждый день, и хоть я их берегу, и не сильно нагружаю работой, всё же она им необходима – не то застояться могут, а это нехорошо, и к болезням ведёт, — рассказывал он.
Вова так был рад знакомству с фермой, животными, что даже еле заснул в этот вечер в деревенском доме.
На следующее утро он сразу стал рваться снова на ферму, и бабушка с дедом еле успокоили его, рассказывая о режиме дня лошадок, ведь им и отдых требуется.
— Ну, папа, мама, — качал головой отец Вовки Сергей, — вы что наделали? Парню учиться надо, а он только о лошадях и думает. Всё свою пони вспоминает, Зорьку, и только из-за визитов в деревню согласен хорошо учиться и старается помогать дома.
— Ну, и хорошо. А вы его чаще привозите. Зорька полюбила его, и это здорово. Терапия для ребёнка отличная. И воспитание доброты, — отвечал сыну Иван Петрович, — мне бы в детстве такого друга, я бы в городе тоже отказался жить.
Весна согревала золотистыми лучами землю, и все мартовские каникулы мальчик пробыл у бабушки и деда, ежедневно посещая свою лошадку, и угощая всех лошадей морковкой.
— Есть у меня теперь тоже забота. Кроме нашей кухни готовить и лошадям гостинцы, — смеялась бабушка Лиза.
В каждое посещение фермы Вова брал небольшое ведёрко с мытой и резаной кусочками морковью, капустой и картошкой.
Все лошади стали знать мальчика и тянули к нему свои длинные морды, дыша теплом в самое лицо и заглядывая в небольшое ведёрко.
— Не спешите, — ласково ворчал маленький наездник, — сами знаете, что никого не обделю. Всем рассчитано по кусочку дать всего. Так что ешьте на здоровье!
Мальчик протягивал на раскрытой ладони кусочек овоща, и лошади с наслаждением брали его мягкими губами и ели, громко и вкусно хрустя.
— Ему больше нравится быть с ними, — заметил фермер Дмитрий, — а не кататься. И это показывает, что у мальчика доброе сердце. Я по опыту знаю, что эта любовь теперь навсегда. И профессию он явно выберет соответствующую, как и я.
Родители Вовы задумались, но решили, что рано ещё готовить сына к получению высшего образования, пусть время решит, и сам Володя, когда надо будет.
В детской комнате Вовы в городской квартире появились фотографии всех лошадей фермы. Мальчик не мог не видеть своих питомцев, (а он их считал своими!) и пришлось сделать фото, чтобы Вова мог жить целую неделю, ожидая выходных для поездки в деревню.
Фермер Дмитрий стал особо заниматься с мальчиком, преподавая ему азы верховой езды, ухода за лошадьми, знание амуниции и заезда лошадей. Вова учился быстро, терпеливо и с наслаждением. Через несколько месяцев уже более уверенно сидел в седле, управляя Зорькой, а она слушалась его беспрекословно.
Не удивительно, что всё лето мальчик провёл в деревне. А бабушка и дед были очень довольны.
— Вот мы хитрецы с тобой! – радовалась Елизавета Ефремовна, — раньше выпрашивали внука, чтобы сводить в театр или на аттракционы, а теперь он сам к нам стремится, и родители ничего не могут сделать. Никакими морями, поездками и пирогами его не заманишь с ними в отпуск. Он теперь – наш!
— Да, но насчёт сельской профессии для него нам всё же стоит задуматься, — ответил дед Иван, — у него такая тяга к лошадям… И видно, что он не в спорт пойдёт, да это и не надо, а вот ветеринария – была бы как раз кстати. Очень хорошая профессия для тех, кто так любит животных!
Володя наблюдал летом не раз, как трудится ветеринар-фермер. И расчистку копыт, и расчёсывание гривы, стрижку, и чистку лошадей — всё теперь видел мальчик.
С наступлением осени Вова загрустил. За лето он очень привык к животным, а Зорька от него не отходила, когда он был на ферме.
Когда внук стал умолять бабушку и деда перевести его в сельскую школу, те недоумевали.
— Что твои родители скажут? Нам «спасибо» от них не видать. Разве можно сравнивать сельскую и городские школы? В городе подготовка сильнее, общения с детьми больше… — всполошилась бабушка, — что ты молчишь, Иван? Объясни ему!
— А что ему объяснять? – улыбнулся Иван, — он сердцем выбор делает. Вот только надо как-то с сыном и снохой договориться… А я слышал, что местная школа и не так плоха. И дети потом поступают в институты. Тут внимания каждому ученику больше. И задания домашние все выполняют, так как учитель проверяет каждый урок каждого ученика.
Вовка подпрыгнул от радости и надежды.
— Дед! Спасибо, что ты со мной! Бабушка, обещаю учиться на «отлично», и помогать тебе, как только ты попросишь! – мальчик скакал по комнате и выделывал разные умоляющие жесты вроде протянутых рук, а то и вставал на колени на пол.
— Перестань паясничать, — еле сдерживая смех, ответила бабушка, — ладно, я попытаюсь уговорить их, твоих родителей, хотя очень сомневаюсь, что у нас получится.
— Получится! – закричал Вова, — нас трое против них – двух!
— Ага, скажи ещё, что и кавалерия с фермы подтянется защищать твои запросы! – хихикнул дед.
— Да, все за меня: задобрены и подкормлены, — рассмеялся Вовка.
— Точно! Скоро я стану рабой огорода, выращивая такое количество моркови и капусты! – качая головой сказала бабушка.
На удивление родители Вовы согласились. Сноха ждала второго ребёнка, и решили, что пока Вове будет хорошо в деревне, а в старших классах можно и снова в город перевести.
Однако Вова так хорошо учился, держа своё слово, что о переводе речь и не шла. Он стал неотъемлемой частью работы фермы и правой рукой хозяина. Когда пони Зорька стала Вове не по росту, мала, то ему дали для езды Вьюгу – самую красивую, белую, добрую лошадь. Она была куплена на так давно, и её спокойный характер и доброта очень полюбились Володе.
Они даже разговаривали меж собой, смеша всех на ферме. Приходя, Владимир крикнет ещё с порога:
— Вьюга, девочка моя, ты где?
И в ответ сразу её радостное ржание. А ещё и другие обитатели поддержат, зная, что не с пустыми руками пришёл к ним молодой их друг и помощник хозяина.
— Мне бы такого сына, — не раз говорил Дмитрий, — а у меня две девки. Но и то хорошо, что любят лошадок, знают цену моего труда и сами к этой науке присматриваются.
Со старшей Алёной Вовка подружился в первый же год жизни в деревне. Они вместе выпасали лошадей, помогая её отцу, и вместе бегали на пруды искупаться. Алёнка была первой помощницей матери в доме, но всегда выбегала погулять, когда приходил Вова.
Они стали друзьями и в школе, где учительница посадила их за одну парту, хоть Алёнка училась на год младше.
Школа была небольшой, учеников немного, и дети занимались все в одном классе. Лишь в старших классах ребят развели по разным кабинетам.
Бабушка и дед обосновались в деревне окончательно и решили, что сделали правильный выбор. Они каждый год затевали какие-то перестройки, ремонты, расширяли огород и отдавали свой большой покосный участок Дмитрию в пользу лошадей.
Вьюга стала самой большой радостью для Володи. Он часто катался верхом на ней летом, но берёг её: сказывались её годы.
А когда Володя уехал учиться в Сельхоз академию, то все заметили, что Вьюга скучает по нему, особенно в первое время. Но время шло, и как ни приезжал студент на каникулы и по праздникам в деревню, всё же времени для общения с лошадьми, а также и с родными было мало.
Алёнка тоже скучала по Володе, но учиться поступила заочно, не желая покидать родителей, ферму, родной дом.
— Теперь многие так учатся. И я выучусь, а то разъедемся все, лошадям нашим скучно станет. Клиентов у нас немного, только на корм лошадкам хватает, и то сами стараемся заготавливать.
В последние годы Дмитрий с женой и дочками занялись попутно и козами, решив делать сыр на продажу, а лошадок оставили больше для души и как небольшой приработок.
Когда Володя вернулся после учёбы домой, его ждала печальная новость, о которой никто ему не сообщал, боясь волновать перед экзаменами. Его любимой Вьюги не стало.
Плакал Вовка, не стесняясь и не скрывая слёз у её денника. Он гладил её уздечку, и не приходил на ферму потом с неделю, лежа дома на диване, и почти ничего не ел.
Алёнка, глядя на его переживания, села однажды рядышком и сказала:
— Вот за твою душу, добрую и светлую я и люблю тебя, Володя…
Она гладила его вихры и руки, а он, услышав такое признание, нисколько не удивился. Он давно знал, чувствовал, видел эти голубые, нежные глаза, которые не обманывают. Она точно любила.
— И я тебя очень люблю, Алёна, и ты тоже это знаешь… — он поцеловал её, обняв за хрупкие плечики.
Они решили пожениться, не откладывая. Родители, а также бабушки и деды с обеих сторон, явно ожидавшие такого исхода дружбы Аленки и Владимира, сразу стали готовиться к свадьбе.
Просторный гостевой дом на ферме был скоро передан новобрачным. А в качестве свадебного подарка молодым от родни прямо перед застольем была выведена во двор беленькая молоденькая лошадка, почти копия ушедшей Вьюги.
И снова Володька заплакал, а с ним и невеста, и почти все гости вытирали глаза.
Малышка-лошадь, боясь такого стечения народа волновалась, переминаясь с ноги на ногу, и её скоро отвели обратно в денник, и сам Володя лично сопровождал свой «подарочек» в стойло.
— И как вам удалось её скрывать? – удивлялся он, вернувшись и обнимая своих родных и благодаря за такой щедрый и удивительный подарок.
— Ээ, тут целый заговор был. Алёнка, конечно же в курсе, мы хотели порадовать тебя. Ничего, всё продолжается. Жизнь продолжается, и всё у тебя с Алёнкой будет хорошо…- говорил дед Иван внуку, — береги любовь.
Так и стало в деревне одной семьёй больше, и дело фермера Дмитрия не угасло. Алёна и Володя стали помогать развивать ферму, но главное — они жили в согласии и занимались любимым делом…
