Валентина наконец-то нашла себе мужа. 25-ти лет
История Валентины Петровны — это классическая сага о том, как природа и социум любят пошутить над женской логикой. Первые сорок лет своей жизни Валя была тем самым «серым кардиналом» собственной судьбы, которого никто не назначал.
В молодости она была полноватой, блеклой и, как выражались ее подруги, «бесперспективной». Мужики тогда были простые: хотели борща, заботы и, главное, чтобы жена не умничала. А Валя, увы, была умной настолько, что это мешало ей быть уютной.
Молодость ушла на попытки найти «достойного». Перспективного. Чтобы с квартирой, с положением и чтобы любил её — такую, какая есть. Но вот незадача: перспективные в двадцать пять лет были дураками, в тридцать — уже женатыми, а в сорок — разведёнными и злыми.
Они требовали молодых и покладистых. Валя же к сорока пяти годам доросла до директора небольшого, но жирного логистического бизнеса. Денег стало много, целлюлит она подлатала на лазерах, а блеклость заменили ботокс и правильные тональные кремы.
Проблема возникла внезапно, как геморрой после майских праздников. Валентина стала успешной. Очень. Она покупала себе машины, квартиры и путешествия на Гоа. А мужчины её возраста (50+) искали в женщинах не партнера по бизнесу, а сиделку с правом деликатных услуг.
Тогда Валя плюнула. Она решила, что раз бабки есть, квартира есть, а яичники уже не поют, то можно поискать… тихого, красивого и благодарного. Как собачку, только на двух ногах. Она переключила навигатор жизни с поиска «ровни» на поиск «сына».
И тут же интернет выдал ей тысячи анкет молодых, стройных, с кубиками пресса. Они писали всем подряд: «Привет, красавица, чем занимаешься?» — но Валин кошелек сиял ярче её улыбки.
И она нашла. Костя. Двадцать пять лет. Работал «фитнес-консультантом» (читай — стоял в зале и делал грустные глаза). Рост сто девяносто и взгляд чистый-чистый, как у щенка лабрадора, который видит миску с кормом.
Валентина сначала сопротивлялась. Говорила себе: «Дура, он же ровесник твоего сына». Но, как назло, её родной сын учился в Питере на программиста и писал матери раз в полгода: «Скинь денег». А Костя писал каждый день: «Ты сегодня ещё красивее, чем вчера».
Первый месяц романа был прекрасен. Валя покупала Косте кроссовки за тридцать тысяч, он носил её сумки. Валя заказывала роллы домой, он показывал фото своих мышц в профиле. Как мужчина Костя, по Валиным словам, был «бодрящий, как двойной эспрессо».
Он звал её «моя королева». Дома она плакала в ванной от счастья, потому что у него идеальные ягодицы.
Коллеги-мужчины удивлялись: «Ну и какой дурак на это поведется?» Ответ: любой, кому надоело быть правильным. Валентина не дура. Она прекрасно понимала: Костя любит не её морщины (залитые ботоксом), и не её душу, и даже не её шутки.
Костя любит её за платёжеспособность. А она любит его за то, что он не говорит «голова болит», когда надо вынести мусор, и не критикует её финансовые решения.
Через полгода они поженились. Свадьба была скромной: ресторан на двадцать человек, Валя в белом платье, Костя в модном костюме. На свадьбе он напился шампанского и случайно назвал её «мам». Повисла тишина.
Валентина погладила его по голове и сказала: «Ничего, сынок, я тебя прощаю». Все засмеялись. Только Валин настоящий сын, программист, не смеялся. Он приехал на свадьбу и полдня выяснял, кому теперь достанется двухкомнатная квартира.
Валентина наконец-то нашла себе мужа 25-ти лет. Теперь она готовит ему завтраки, он качает руки и ноги. Она знает, что через пару лет ему станет скучно, или он может найти девочку помоложе, но Вале не хочется этим заморачиваться.
Она получила главное в этом возрасте — управляемую реальность. Если Костя начнет капризничать, она просто отключит доступ к своим финансам. И тогда он снова станет ласковым.
«Сожительство с альфонсом!» — говорят в народе. Но давайте честно, просто Валентина купила то, что хотела.
