Истории
Григорий вытащил тяжелую сумку из автобуса и вытер пот. Вот жара в этом году! Дышать нечем.
Встреча выпускников не предвещала ничего неожиданного, пока в кафе не появилась она. Любочка.
— Ноги подымай, аллигатор. Чего расселся-то. Не видишь, уборка? — сухонькая женщина смачно обмакнула
— Костик, как мамка-то? Зинаида Егоровна укладывала в сумку мальчика кусок сала, пачку крупы, бутылочку
— Здравствуй, папа. Молодой басок в телефонной трубке был незнаком. — Ну, здравствуй, сынок, — хмыкнул Вячеслав.
— Гришенька, собирайся, за тобой пришли. Мальчик поднял голову и посмотрел на Александру Сергеевну с надеждой.
Уже две недели у Натальи болел живот. Сначала она было решила, что отравилась трехдневной жареной рыбой.
Что у мужа кто-то есть, Зинаида Львовна догадывалась давно. Да и как не догадываться. С Петром они были
Когда муж объявил, что Новый год они будут встречать не в кругу родственников за домашним столом с оливье
— Странный он все-таки какой-то, — сказала Зинаида Петровна своей дочери после того, как узнала поближе
Вера долго смотрела на мужа, уплетающего пирог под большую кружку чая, потом не выдержала и спросила
Ольга отперла дверь, втащила через порог тяжелую сумку, перевела дух. И тут же из комнаты послышалось
Семен был доволен. Он купил дачу именно в деревенском поселке. Не в дачном, а именно в деревенском.
— Саш, иди сюда. Саша вошел на кухню, где жена в темноте смотрела в окно. — Ты чего там высматриваешь?
Привычная, размеренная, спокойная жизнь пятидесятидвухлетней бухгалтерши Людмилы Борисовны Белкиной была
Нюрка была на вид нормальной бабой. И хозяйственная, и красивая — уже под сорок, а мужики взглядом провожают.
— Какая разница, Саш, кто из нас останется дома? Главное, чтобы кто-то был, чтобы уже отремонтировали