— Ты хвастаешься нашей стройкой, а по бумагам земля и фундамент на сто процентов принадлежат твоей мамочке!
— Рита, ты конверт нормально заклеила?
Толя поправил галстук, глядя в зеркало прихожей. Ему казалось, что пиджак стал тесноват в плечах. На самом деле он просто прибавил в весе за последние пару лет стабильной семейной жизни, пока жена тянула на себе весь быт.
— А то неудобно перед Борькой будет, если купюры прямо в ЗАГСе вывалятся.
— Нормально я его заклеила, Толя.
Рита застегнула молнию на осенних сапогах. Выпрямилась.
— Не вывалятся.
— Смотри у меня.
Муж похлопал по внутреннему карману пиджака. Там лежал пухлый белый прямоугольник.
— Младший брат женится. Мы должны показать масштаб. Чтобы новые родственники со стороны невесты видели, что у нас всё солидно. Статус, понимаешь? Мы не нищеброды какие-то.
Рита взяла с тумбочки ключи от машины.
— Масштаб?
Она посмотрела на мужа без выражения.
— Толя, давай посчитаем. В этом солидном конверте лежат мои отпускные. Подчистую. Плюс моя квартальная премия за проекты. Твоего масштаба там ровно ноль.
Толя недовольно завздыхал.
— Опять ты начинаешь считать копейки?
Он шагнул на лестничную клетку.
— Я мыслю глобально. Я создаю активы! Пока ты там в своём офисе сидишь с бумажками, я строю капитальное сооружение. Инвестирую в будущее нашей семьи.
Они спустились во двор. Рита села за руль, привычно завела двигатель.
— За чей счёт банкет, инвестор?
Она вырулила со двора на проспект.
— Последние два года вся коммуналка, продукты, одежда детям и бензин — на мне. Твоя зарплата целиком уходит на кирпичи, цемент и бригаду рабочих. Цифры не сходятся.
Толя отмахнулся.
— Это временно!
— Мы живём в режиме жесткой экономии, чтобы ты играл в прораба. Младший сын донашивает куртку за двоюродным братом. Я сапоги в ремонт третий раз ношу.
— Зато потом переедем в свою усадьбу.
Муж поудобнее устроился на пассажирском сиденье.
— Сто пятьдесят квадратов, панорамные окна. Гараж на две машины. Ты ещё спасибо скажешь, когда на собственной террасе будешь минералку пить и на реку смотреть. Увидите с детьми, какой папка молодец.
Зазвонил телефон. Толя глянул на экран и тут же выпрямился, принимая важный вид.
— Да, Семён. Что по бетону?
Он сделал паузу, слушая невидимого собеседника.
— Какие скидки? Я беру объём! Ты мне цену дай нормальную, мы же серьёзные люди. Да, завтра жду машину. Всё, давай.
Толя сбросил вызов и победоносно посмотрел на жену.
— Вот так дела делаются. Надо уметь с подрядчиками разговаривать.
Рита ничего не ответила. Она молча смотрела на дорогу. В её сумочке, рядом с пудреницей, лежал сложенный вдвое лист формата А4. Она распечатала его пять дней назад, сразу после того, как нашла в бардачке машины странную квитанцию об оплате госпошлины.
Огромный белый шатёр раскинулся на берегу реки за городом. Вокруг уже толпились нарядные гости со стороны жениха и невесты.
Среди них сразу выделялась Евгения Степановна. Свекровь облачилась в тёмно-бордовый бархатный жакет. Она активно раздавала указания нанятым официантам, хотя организацией торжества вообще не занималась.
Заметив старшего сына, женщина тут же расплылась в улыбке.
— Толечка!
Евгения Степановна шагнула навстречу.
— Сыночек, как ты осунулся. Совсем себя на этой стройке не бережёшь. Все соки из тебя вытянули.
— Всё ради семьи, мама.
Толя гордо расправил плечи.
Свекровь перевела взгляд на невестку. Улыбка стала чуть прохладнее.
— Здравствуй, Рита. Костюм у тебя… практичный. На работу в таком хорошо ходить. И цвет немаркий.
— Здравствуйте, Евгения Степановна.
Рита поправила воротник своего строгого серого пиджака.
— На работу я в нём и хожу. Каждый день. Чтобы было на что семью кормить, пока ваш сын активы создаёт.
Свекровь плотно сжала губы в тонкую нитку.
— Умные люди, Риточка, смотрят в перспективу.
Она снисходительно посмотрела на невестку.
— Толя молодец. Не то что Борис — влез в ипотеку на тридцать лет из-за этой своей Алисы. Будут теперь банку полжизни отдавать. А Толя всё в семью несёт, всё в дом. Настоящий хозяин.
— Настоящий, — согласилась Рита ровно.
Она крепче перехватила ремешок сумки.
— Только почему-то за мой счёт.
— Ради благого дела можно и пояса затянуть, — парировала свекровь. — Жена должна мужа поддерживать, а не пилить за каждую копейку. Отдохнёте в своей усадьбе потом.
Гостей пригласили внутрь. Заиграла музыка. Все рассаживались за длинные столы, украшенные цветами и лентами.
Толя сразу занял место поближе к жениху и невесте. Как только принесли первые закуски и разлили напитки, он завладел вниманием всей правой половины стола.
— Не, ну а что ипотека? Это кабала!
Толя громко вещал, накладывая себе двойную порцию салата.
— Я вот Борьке говорил: бери участок, строй сам. Ни от кого не зависишь. Своя земля. Я вчера фундамент под баню залил. Ребята, качество отличное! Бетон лучшей марки, арматура солидная.
Дядя жениха, сидевший напротив, уважительно покачал головой.
— Дорогое удовольствие нынче строиться, Толь. Цены на стройматериалы в космос улетели.
— А за качество надо платить!
Толя поднял бокал с минеральной водой.
— Я на материалах не экономлю. Там только крыша мне в такую сумму встала, что вам и не снилось. Зато на века. Родовое гнездо! Будет куда внуков привозить.
Рита сидела рядом, не притрагиваясь к еде.
— Толя, а ты расскажи родственникам, откуда у тебя эта сумма берется.
Её голос прозвучал громко и отчётливо. Разговоры за их краем стола слегка стихли.
Толя удивлённо посмотрел на жену.
— В смысле откуда? Зарабатываю. Кручусь. Суечусь.
— Да?
Рита повернулась к нему.
— Странно. А я думала, ты крутишься за счёт моей зарплаты. Два года мы не были в отпуске. Я забыла, когда себе последний раз что-то из вещей покупала.
— Рита, ты чего начинаешь?
Муж нервно оглянулся на гостей.
— Свадьба же. Люди смотрят.
— Действительно, Рита.
Вмешалась сидевшая напротив Евгения Степановна. Свекровь смерила невестку тяжёлым взглядом.
— Что за разговоры при людях? Мой сын тянет на себе грандиозную стройку. Статус семьи поднимает. Можно и потерпеть временные трудности. Ты бы гордилась таким мужчиной.
— Трудности?
Рита открыла сумочку.
— Я бы с радостью терпела трудности, Евгения Степановна. С превеликим удовольствием. Если бы мы строили НАШ дом.
Она достала сложенный лист бумаги. И положила его прямо перед тарелкой мужа.
— Что это?
Толя отшатнулся от бумажки.
— Это справка из МФЦ.
Рита посмотрела на свекровь, затем на мужа. Гости за соседними стульями перестали жевать и начали прислушиваться.
— Выписка по участку в коттеджном посёлке «Сосновый берег». И по объекту незавершённого строительства на нём.
Толя замер. Он не шевелился, только глаза забегали по сторонам.
— Откуда… зачем ты туда полезла?
Слова дались ему с трудом.
— Захотелось проверить твои активы, инвестор.
Рита придвинула лист ближе к нему.
— Зачитай вслух графу правообладателя. Или мне самой прочитать? Гостям наверняка интересно послушать про родовое гнездо.
Свекровь напротив положила вилку.
— Рита, убери бумажки.
Толя быстро забормотал, пытаясь накрыть лист ладонью и скомкать его.
— Это формальность. Обычные бумажные дела. Я тебе дома всё объясню, давай не здесь. Не позорь меня.
— Нет уж, давай поучимся бизнесу прямо сейчас.
Рита вытянула лист из-под его руки.
— По официальным данным стопроцентным собственником нашей великой усадьбы является Евгения Степановна. Твоя мама. И земля, и фундамент, и стены. Всё оформлено на неё.
Дядя жениха удивлённо крякнул. Кто-то из тётушек тихо ахнул.
— Это оптимизация рисков!
Толя сорвался на крик, пытаясь перекричать начавшийся шёпот за столом.
— Время сейчас неспокойное! Я занимаюсь серьёзными делами, мало ли что. Налоговая, кредиторы, долги. Я должен был обезопасить имущество!
— И от кого же ты его обезопасил?
Рита задала вопрос совершенно ровно.
— От жены и детей? От тех, кто последние два года оплачивает тебе еду и бензин для поездок на эту стройку?
— При чём тут вы? Жить-то мы все там будем!
Толя махнул рукой в сторону матери.
— Мама просто числится собственником, для подстраховки! Чтобы никто не отнял!
— Для подстраховки от меня, Толя. Давай называть вещи своими именами.
Евгения Степановна расправила плечи.
— И правильно сделал!
Заявила свекровь на весь стол, ничуть не смутившись.
— Жизнь длинная. Сегодня ты жена, а завтра кто тебя знает? Уйдёшь, разведёшься, а он с чем останется? На улицу пойдёт? Родовое гнездо должно в семье оставаться, у родных людей. По крови. Толя всё грамотно оформил. Умные люди всегда так делают.
— Вот оно как.
Рита медленно кивнула.
— В семье. У родных людей по крови. Понятно.
Она взяла со стола пухлый белый конверт, который муж выложил туда пару минут назад, чтобы торжественно вручить брату.
— Что ты делаешь?
Толя дёрнулся.
— Это подарок Борьке! Положи на место!
— Это мои отпускные.
Рита спокойно открыла конверт.
Она достала стопку крупных купюр и убрала их во внутренний карман своей сумки. Пустой конверт она аккуратно вернула мужу.
— Раз уж мы оптимизируем риски, я тоже начну. Подаришь брату свои перспективы на будущее. И статус.
— Ты с ума сошла?
Муж сжал кулаки.
— Мы опозоримся! Нас же вся родня засмеёт! Пустой конверт дарить?
— Уже, Толя. Уже засмеяли.
Рита встала из-за стола, закинув ремешок сумки на плечо.
— Стройте свою усадьбу дальше. Оптимизируйте. Только теперь полностью за свой счёт. Бензин, еда и коммуналка в ваши бизнес-планы больше не входят.
— Рита, сядь немедленно!
Скомандовала Евгения Степановна.
— Не устраивай балаган на чужом празднике! Ведёшь себя как торговка с рынка!
— Празднуйте без меня. Всего доброго.
Рита развернулась и пошла к выходу из шатра. Толя вскочил было за ней, но зацепился ногой за ножку стола и плюхнулся обратно на сиденье. Гости старательно отводили глаза, делая вид, что очень увлечены салатами.
Спустя полтора месяца Толя всё-таки переехал в своё родовое гнездо.
Рита просто собрала его вещи в три большие спортивные сумки и выставила их за порог. Судьба сама расставит всё по местам, а пока перспективному инвестору придётся варить пельмени на походной плитке среди голых бетонных стен. Без отопления и без зарплаты жены скопить маме на новую крышу оказалось гораздо сложнее.
