«Моя мама готовит лучше, и рубашки гладит идеально, учись!»: поучал меня кавалер (51 год) на втором свидании. Я не выдержала и дала «отпор»
Свидания после сорока это своеобразная лотерея, где шансы вытянуть счастливый билет не так уж велики, зато вероятность наткнуться на бесплатный цирк с одним клоуном стремится к максимуму.
Игорю был 51 год, на сайте знакомств он позиционировал себя как мужчину серьезного, состоявшегося, ищущего «традиционных отношений с уютной женщиной».
На первой встрече, которая прошла в формате короткой прогулки по парку с бумажными стаканчиками кофе, он показался мне немного занудным, но в целом адекватным. Одет опрятно, речь грамотная, руки не распускал.
Решила дать ему второй шанс, когда он пригласил меня поужинать. Кто же знал, что ужин превратится в кастинг на должность бесплатной прислуги.
Мы встретились в довольно милом итальянском ресторанчике. Я пришла после работы, уставшая, но в хорошем настроении. Игорь уже ждал меня за столиком. Он был в свежей, выглаженной до хруста голубой рубашке.
С самого начала все пошло как-то криво. Игорь долго и придирчиво изучал меню, то и дело вздыхая.
— Борща у них нет, — разочарованно протянул он, отодвигая ламинированную книжку. — Итальянская кухня… Сплошное тесто. Ну да ладно, возьму карбонару. Посмотрим, как тут справляются с элементарным.
Когда принесли заказ, начался первый акт марлезонского балета. Игорь накрутил спагетти на вилку, задумчиво пожевал и покачал головой.
— Переварили. И бекон какой-то жесткий. Вот моя мама, Антонина Павловна, делает пасту с домашней грудинкой. Там мясо во рту тает. А соус! Здесь сплошные сливки, а мама делает на желтках, по классике.
Я вежливо кивнула, наслаждаясь своим салатом, и попыталась перевести тему на книги или кино, но Игоря было уже не остановить. Тема еды плавно перетекла в тему женского предназначения.
— Знаешь, Анна, я ведь почему до сих пор не женат второй раз? — Он отложил вилку и посмотрел на меня с видом философа, постигшего истину. — Современные женщины совершенно забыли, что такое очаг. Все в карьеру лезут, права качают. А домой приходишь — пусто. Ни уюта, ни запаха пирогов.
— Ну, многие работают наравне с мужчинами, — осторожно заметила я. — Времени на пироги по будням объективно не остается.
Игорь снисходительно усмехнулся.
— Это все отговорки для ленивых. Женщина должна уметь создавать атмосферу. Мужчина — добытчик, он устает. Ему нужен тыл. Вот посмотри на мою рубашку.
Он театрально поправил воротничок.
— Идеально выглажена, ни единой складочки. Моя мама гладит лучше любой химчистки. Она говорит: «Игорек, мужчина должен выглядеть с иголочки, это его лицо». Вот она готовит лучше всех этих поваров, и рубашки гладит идеально. Учись! Мужчина любит уход. Если ты хочешь построить со мной семью, тебе придется перенять у нее этот опыт. Она, так и быть, покажет тебе, как правильно крахмалить воротнички.
Он сказал это так буднично и с таким невероятным самомнением, что я чуть не подавилась рукколой. Пятьдесят один год, взрослый, седеющий мужик сидит в ресторане и на полном серьезе предлагает мне, взрослой независимой женщине, пойти в подмастерья к его маме, чтобы заслужить почетное право стирать его вещи.
Внутри меня что-то щелкнуло. Пропало всякое желание быть вежливой, деликатной и «сохранять лицо». Я положила приборы на край тарелки, промокнула губы салфеткой и посмотрела ему прямо в глаза.
— Игорь, — голос мой звучал пугающе спокойно. — А зачем ты от мамы вообще съезжал?
Он непонимающе заморгал.
— В смысле? У меня своя квартира, я взрослый человек…
— Взрослый человек, — перебила я, — сам в состоянии засунуть свои вещи в стиральную машинку и пройтись по ним утюгом. Это базовый навык выживания, а не сакральное женское знание. Я пришла на свидание в надежде встретить партнера, мужчину, с которым можно разделить жизнь. А ты, судя по всему, ищешь себе бесплатную домработницу, кухарку и сиделку с функциями жены, потому что маме стало тяжело тянуть взрослого сыночка.
Лицо Игоря начало покрываться красными пятнами. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я не дала ему вставить ни слова.
— Учиться у твоей Антонины Павловны я не буду. Более того, я считаю, что она оказала тебе медвежью услугу, воспитав бытового инвалида с короной на голове. Если тебе нужен «уход» — найми сиделку. Если нужна чистая рубашка — открой навигатор и найди ближайшую прачечную. А усыновлять пятидесятилетнего мальчика в мои планы категорически не входит.
Я достала из сумочки купюру, которой с лихвой хватало на оплату моего салата и бокала вина, и положила ее на стол.
— За себя я заплатила. Приятного вечера. И маме привет.
Я встала и пошла к выходу. Спиной я чувствовала его испепеляющий, возмущенный взгляд, но мне было все равно. Выйдя на вечернюю улицу, я вдохнула прохладный воздух, и мне стало невероятно легко.
Никакого сожаления о потраченном вечере не было — только радость от того, что я вовремя распознала этот диагноз и не дала втянуть себя в абсурдные отношения.
Попадались ли вам на жизненном пути такие вот великовозрастные «маменькины сынки», требующие борщей и накрахмаленных воротничков? Как вы реагировали на подобные заявления?
