«Сколько? — ахнула Наталья, но, увидев расстроенное лицо тренера, грустно улыбнулась. — Впрочем, конечно. Чего я ожидала… Цены растут… Конечно, Коля поедет на сборы.»
Вариантов, и правда, не было. Восьмилетний Коля уже три года занимался хоккеем и был просто в восторге от тренировок. К тому же, он обожал тренера — сурового с виду мужика, но добрейшей души человека. А еще в секции у него сложились отличные отношения со многими мальчишками. Именно здесь, а не в классе, были его настоящие друзья.
В прошлом году он впервые ездил на летние сборы и вернулся оттуда совершенно счастливый. В этом же году они с ребятами чуть ли не за два месяца начали обсуждать, что возьмут с собой и кто с кем будет жить в комнате.
И вот теперь — взлетевшая цена. Можно было бы, конечно, попросить Макса добавить денег, но Наталья знала, что ответит муж: «Это же не жизненная необходимость. Хотелки и баловство. Он вполне может к моей маме на дачу поехать.» Нет, деньги у Натальи были — она копила на коронки — доктор предупредил, что в самое ближайшее время зубами надо будет заниматься всерьез. Что же… Зубы пока не болят, а платить за сборы надо прямо сейчас. Решено.
Однако, траты не ограничились оплатой тренеру. Почти перед самым отъездом выяснилось, что у Коли порвались любимые кроссовки, а он молчал, чтобы не расстраивать маму. Ветровка, купленная в прошлом году, оказалась катастрофически мала, а шапочку для бассейна он потерял еще в прошлый раз, просто забыл об этом сказать.
Наталья металась между пунктами доставки, магазинами, работой и домом, иногда забывая, когда она последний раз ела. Однако все было готово вовремя, счастливый ребенок помахал маме рукой и тут же ускакал по важным делам со своими друзьями: надо было обживать комнату и раскладывать вещи. Наталья выдохнула.
Две недели. Целых две недели ребенок будет озадачен. Теперь можно будет, не спеша, разбирать шкафы, сделать генеральную уборку и вымыть, наконец-то, окна.
Она вернулась домой и без сил опустилась на диван. «Все хорошо?» — уточнил Максим. — «Да. Коле теперь мы не нужны. Вот увидишь — даже звонить будет, в лучшем случае, раз в день. У него там друзья и Михаил Иванович.» — — «Ну и славно, — улыбнулся Максим. — Теперь у тебя будет много свободного времени. С уроками-то тоже до сентября сидеть не надо!» — «Это точно.» — «Да! — спохватился муж. — Завтра у нас будет гость.»
«Гость? Какой гость?» — испугалась Наталья. – «Вместе в армейке служили. он в командировку приехал на два дня, так вот я его уговорил завтра прийти к нам.» — «Макс… — Наталья всплеснула руками. — Ну кто так делает, а? Ты же видишь, что у нас дома творится после всех этих сборов на сборы!.. Может, вам лучше в кафешке посидеть? Или в баре?» — «Ну вот еще! Виталя мужик холостой, ему эти кафешки уже поперек горла. Он домашнего бы с удовольствием поел. Супца, там, какого-нибудь… Что там? Пюрешка с котлеткой, да? Пирожков…» — «Максим!» — «Наташ, ну будь человеком, а? Мы сто лет не виделись и еще столько же не увидимся. Ну пожалуйста! Я тебя очень прошу! Для меня это важно. Очень. А я… я… Я с тобой на выставку картин схожу! Хочешь?» — «Да уж, — рассмеялась Наталья, — от такого предложения сложно отказаться! Ладно. Уборку я все равно собиралась делать… Возьму завтра день за свой счет.» — «Люблю тебя!» — Максим обнял жену.
На следующий день, с самого утра, Наталья прыгала то с тряпкой, то с пылесосом, то со шваброй. К счастью, Максим не стал возражать против того, чтобы продукты им привезла доставка: Наталья объяснила, что, если еще и по магазинам будет бегать, то вообще ничего не успеет и к вечеру свалится от усталости. Впрочем, она и так сильно устанет: все приходилось делать быстро, на отдых не было ни минутки.
К вечеру в квартире был идеальный порядок, стол был накрыт настоящей льняной скатертью, а гостя ожидал рассольник, тушеное мясо и жареная картошка. С десертом Наталья немного схалтурила: вместо крошечных пирожков «на один укус», своего фирменного блюда, она сделала один большой сладкий пирог, потому что сил уже, и правда, не оставалось.
Она переоделась в джинсы и футболку, собрала волосы в аккуратный пучок и даже подкрасила ресницы. Все. Она успела. Едва она перевела дух, раздался звонок в дверь — Максим с другом прибыли.
Виталя оказался весьма галантным кавалером: смешно шутил, умело поддерживал беседу, сделал несколько комплиментов хозяйке. Наталья выдохнула — что же, не зря она так старалась. Приятно, когда усилия ценят по достоинству.
…Проводив гостя, Максим вернулся домой мрачнее тучи. «Что случилось? — испугалась Наталья. — «Случилось? Ты еще спрашиваешь?..» — «Да что такое? Можешь толком объяснить?» — «Ну если надо такое объяснять… Ты меня так опозорила, что я даже не знаю, как теперь с Виталей общаться. А если он еще и всем нашим расскажет…» — «Что расскажет-то? Макс, что за загадки? Чем я тебя опозорила?»
«Вот! — Макс ткнул куда-то в область ее лба. — Вот! У тебя не закрашена седина! Это позорище! Чужой мужик даже заметил! И мне высказал, что моя жена — неряшливая. И неухоженная! И вот! — он ткнул в ее руку. — Маникюра нет!» — «Знаешь, что?..» — Наталья не договорила — все слова вдруг куда-то пропали. Она несколько раз моргнула и кинулась в ванную, потому что поняла — сейчас разревется.
«И с этим человеком я живу десять лет? — думала она, вытирая слезы. — Неухоженная!.. Неряшливая… Надо же такое сказать… И Виталя его тоже хорош — в глаза шутит, улыбается, а за глаза гадости говорит… Ну ладно. Учтем замечания. Больше не буду позорить мужа.»
На следующий день, вернувшись с работу, Макс с удивлением обнаружил отсутствие не только ужина, но и самой Натальи. Пожевав вчерашнего пирога, он написал ей: «Ты где?» Ответа не было. Позвонил. Ответа нет. Примерно через полчаса, когда он уже начинал волноваться, Наталья написала: «Все хорошо, просто очень занята. Буду поздно.»
«Поздно» оказалось, действительно, поздно. В половине десятого. Зато какое эффектное было возвращение! Волосы, немного укороченные, лежали красивыми волнами, на седину не осталось и намека — светло-русые волосы были естественного цвета — если не знать, то ни за что не догадаешься, что было окрашивание. Наталья потянулась к вешалке, чтобы повесить плащ, и Максим обнаружил, что она еще и маникюр сделала, чего не позволяла себе уже года два: идеальной формы длинные ногти были окрашены в спокойный натуральный розоватый цвет.
«Ты… ты… ты… ты…» — «Ну, застрочил, пулeмeтчик! — рассмеялась Наталья. — Да, я в салон сходила.» — «Но… но… но… А ужин? И… деньги? Наталья! Откуда? Ты же сама жаловалась, что еле-еле наскребла на сборы Кольки!» — «Ага, -легкомысленно улыбнулась Наталья. — У меня и не было. Я взяла те, которые мы на подарок твоей маме отложили. У нее же через две недели уже день рождения. Ты же не хочешь, чтобы и она тебе замечание сделала, какая я неухоженная, правда? Все, прости, я устала. Пойду спать.» — «А… ужин?…» — «Покушай без меня. Меня в салоне кофе с десертом угостили — как говорится, любой сервис за ваши деньги.»
Наталья отправилась в комнату, а Максим молча проводил ее взглядом. Он не мог понять — а что это вообще было-то?
