— Завтра Руслана к тебе привезу.
Елизавета прижала телефон плечом к уху, одновременно пролистывая на планшете сводку от поставщиков.
— Валентина Борисовна, куда ко мне?
— На базу твою. Мальчику свежий воздух нужен.
— У меня эко-парк забит битком. Сезон.
— Ой, Лиза, не выдумывай!
— Я не выдумываю. Мест нет.
— Для родного племянника мужа угла не найдёшь?
Свекровь говорила с тем самым напором, который не терпел возражений.
— Не найду. Все домики забронированы ещё с весны.
— Ничего страшного. Он поживёт с персоналом.
— Мой персонал живёт в бытовках.
— Значит, уплотнятся!
Елизавета отложила стилус и выпрямилась в кресле.
— Никто уплотняться не будет. У меня коммерческий объект, а не общежитие.
— Лиза, ты не понимаешь. Руслан работу потерял, — заявила свекровь. — Ему стресс снять надо. В городе он совсем зачах.
— Опять потерял?
— Начальник там оказался самодуром. Придирался на пустом месте. Выжили парня.
— Валентина Борисовна, это его четвёртая работа за год.
— Тебе-то какое дело? Мальчик ищет себя.
— Вот пусть ищет в городе.
— Какая же ты бессердечная. У парня депрессия!
— Я занятая. У меня привоз оборудования через час.
— Я Грише позвоню!
— Звоните.
— Завтра к обеду жди. Мы же не чужие люди! Что соседи скажут, если родня по съёмным углам мыкается, пока ты тут хоромы сдаёшь?
— Мне всё равно на соседей.
В трубке раздались короткие гудки. Елизавета отложила телефон.
Оно и понятно. Руслан, двадцатипятилетний детина, в очередной раз вылетел с работы. Оплачивать его аренду в городе Валентине Борисовне надоело. Самый простой выход — перевесить эту проблему на шею невестке.
Елизавета открыла файл со сметой. База отдыха тянула деньги ежедневно. Вывоз мусора, чистка септиков, зарплаты, налоги. Кредит за постройку гостевых домиков был оформлен на неё, и платила она его сама. Григорий помогал постольку-поскольку, предпочитая не вникать в «женские бизнес-игры». Ему нравилось приезжать сюда на выходные, жарить мясо и хвастаться перед друзьями, что у жены свой эко-парк. Но вникать в цифры он отказывался.
Два года назад Елизавета совершила стратегическую ошибку. На юбилей Валентины Борисовны она подарила ей золотую пластиковую карточку — бессрочный пропуск на территорию. Хотела по-хорошему, ради мира в семье. Теперь женщина считала коммерческий проект своей личной дачей.
Около двух часов дня Елизавета стояла на открытой террасе административного корпуса.
— Арина, что у нас по графику уборок? — спросила она администратора.
— Майя сегодня в две смены выходит, — отозвалась девушка, не отрываясь от монитора. — Эмма заболела.
— Оплати Майе по двойному тарифу из резервного фонда.
— Сделаю. Елизавета Юрьевна, там поставщик мяса для ресторана цену поднимает. Уведомление прислали.
— Ищи другого. У нас бюджет трещит по швам.
По гравийной дорожке уверенным шагом приближалась Валентина Борисовна. На ней была пестрая шелковая блузка, а на голове красовалась соломенная шляпа. Следом плелся Руслан. На нём было безразмерное чёрное худи, капюшон натянут на самые глаза, а в руках он крепко сжимал смартфон.
Елизавета шагнула навстречу.
— Я же утром всё объяснила. Мест нет.
— Аппетит приходит во время еды, Лиза, — заявила свекровь, по-хозяйски оглядывая ухоженные газоны. — Оформляй нас.
— Куда?
— Ну, я видела, там люди из шестого домика выезжают.
— Туда через два часа заезжает семья с детьми. Бронь оплачена месяц назад.
— Ничего, перебьются. Скажешь, накладка вышла. Вернёшь деньги.
Елизавета скрестила руки на планшете.
— Вы в своём уме?
— Ну обалдеть, — подал голос Руслан, даже не поднимая глаз от экрана. — Тёть Лиз, мне чё, на траве спать? Тут даже интернет не тянет нормально.
— Домой поезжай. В город.
— У него там аренду не оплатили! — вступилась Валентина Борисовна. — Ты совсем совести лишилась? Парень без работы остался, ему отдохнуть надо. Вон, у тебя ресторан работает. Будет тут питаться.
— Какой бюджет?
— Что?
— Какой бюджет у Руслана на питание и проживание? — Елизавета смотрела прямо на родственницу. — Сутки в самом дешевом домике стоят немало. Трехразовое питание — тоже сумма. Вы готовы внести депозит?
— Мы же не чужие! — возмутилась женщина. — Я мать твоего мужа!
— Давайте начистоту. Ваш племянник не работает и не учится. Вы решили пристроить его сюда на полное обеспечение. Чтобы он бесплатно жил, бесплатно ел и пользовался всем готовым.
— Ты обязана войти в положение!
— Я не благотворительный фонд.
— Ты эти стены на деньги моего сына отгрохала! — повысила голос свекровь.
Пара гостей за соседним столиком с любопытством обернулась.
— Я эти стены построила на кредитные деньги. И каждый рубль по счету закрываю сама. Григорий к финансированию базы отношения не имеет.
— Куда нам ещё один голодный рот? — Валентина Борисовна пошла в привычное наступление, проигнорировав аргументы. — Мальчику надо где-то жить!
— Никому я ничего не обязана. На свои хотелки будьте добры сами зарабатывать.
Руслан наконец-то оторвался от телефона.
— Вообще пофиг, поехали отсюда. Тут скукота.
— Если Руслан хочет здесь остаться, — перебила Елизавета, — пусть идет к завхозу. Мне нужны люди на расчистку леса от валежника. Оплата сдельная, проживание в подсобке вычту из зарплаты. На еду хватит.
Руслан скривился так, будто ему предложили съесть лимон.
— А чё я сразу? Я тяжести таскать не нанимался.
— Стоять! — рявкнула на него Валентина Борисовна, а затем снова повернулась к невестке.
Она полезла в свою сумку, долго там копошилась и наконец с победным видом выложила на стойку администратора золотой пластик.
— Отлично! Я VIP-гость! У меня абонемент!
Арина растерянно посмотрела на карту, потом на Елизавету.
— Оформляй меня в номер, — скомандовала свекровь. — А Руслан будет жить со мной в качестве сопровождающего. Имею полное право.
Извечная привычка давить до последнего, прикрываясь чужой вежливостью. Свекровь была свято уверена, что против этого пластика невестка не пойдет — побоится скандала с мужем.
— Арина, — позвала Елизавета.
Девушка выпрямилась.
— Да, Елизавета Юрьевна.
— Возьми карту. Проведи по базе.
Арина приложила пластик к терминалу. Экран загорелся зелёным, подтверждая статус бессрочного гостя.
— Аннулируй, — распорядилась Елизавета. — Навсегда.
— Что?! — взвизгнула Валентина Борисовна.
Арина быстро нажала несколько кнопок на клавиатуре. Терминал коротко пискнул.
— Готово. Карта заблокирована.
Елизавета сдвинула бесполезный кусок пластика по столешнице в сторону родственницы.
— Был абонемент. Теперь вы не гость. Покиньте территорию.
— Да ты… да я Грише всё расскажу! — запричитала женщина, хватая карточку. — Ты как с матерью разговариваешь? Ты ещё пожалеешь!
— Я с вами как с клиентом разговариваю. Бывшим. Если через пять минут вы не уйдете за ворота, я вызову охрану.
Руслан развернулся и зашагал обратно по гравию. Спорить он не любил, напрягаться тоже, а перспектива таскать валежник пугала его больше, чем гнев тетки.
Валентина Борисовна ещё долго возмущалась на парковке. Она звонила кому-то по телефону, размахивала руками, громко жаловалась на неблагодарность, но к административному корпусу больше не подошла.
Вечером Елизавета вернулась в городскую квартиру. Она сидела за ноутбуком, сводя дебет с кредитом, когда в прихожей раздались шаги. Григорий пришёл с работы. Он разулся, бросил ключи от машины на тумбу и прошел в комнату.
— Мать звонила, — заявил он вместо приветствия.
— Я в курсе.
— Плакала. Говорит, у неё давление подскочило.
— Бывает, — Елизавета не отрывала взгляда от экрана.
— Ты почему их выгнала?
— Потому что они приехали жить бесплатно. И есть бесплатно.
Григорий прислонился к косяку.
— Это моя мать.
— А это мой бизнес.
— Ты могла бы проявить хоть каплю уважения.
— Уважение не оплачивает платежи по счетам, Гриша.
— Тебе только деньги важны.
— Мне важна стабильность. У меня работают люди. Я плачу налоги. Твоя мама хотела поселить взрослого лба на всём готовом.
— У нас сейчас пустует дальняя комната в квартире.
— Пусть живёт. Но кормить его будешь ты.
— Он мой племянник! Родня! Кусок от тебя бы отвалился, если бы парень неделю на базе пожил?
Елизавета наконец оторвалась от экрана и посмотрела на мужа.
— Твоя мать требовала поселить его в забронированный домик. Знаешь, сколько стоит отмена брони и возврат средств?
— Я не бухгалтер, чтобы это считать.
— Вот именно. Ты не считаешь. Тебе главное быть хорошим сыном за мой счет.
— При чём тут твой счет? Мы семья!
— Тогда давай так. Домик стоит восемь тысяч в сутки. Питание на двоих — ещё пять. Умножаем на неделю. Переводи мне девяносто одну тысячу с карточки, и они могут заезжать хоть завтра.
Григорий возмущенно развел руками.
— Ты же знаешь, у меня сейчас туго с деньгами!
— Знаю. У тебя кредит на машину. У тебя рыбалка на выходных. У тебя всё туго, когда дело касается твоей родни.
— Ты эти стены строила, пока мы в браке! Я тебя поддерживал!
— Морально? — усмехнулась Елизавета. — Спасибо. Но банк моральную поддержку к оплате не принимает.
— Ты стала слишком жесткой, Лиза. Тебя испортили деньги.
— Меня испортили не деньги. Меня испортила привычка тащить всё на себе, пока ты рассуждаешь о высоких материях.
Григорий не нашёлся что ответить. Он постоял ещё минуту, переваривая услышанное, затем махнул рукой и ушёл на кухню. Разговоров на сегодня хватило обоим.
Через неделю Валентина Борисовна снова попыталась закинуть удочку через мужа, но Григорий, памятуя о предложении перевести девяносто одну тысячу, быстро свернул тему.
Руслан в итоге вернулся к родителям в соседний город, так и не найдя себя. А Елизавета вычеркнула из графика бронирования все бессрочные абонементы. Судьба сама расставила всё по местам, и на базе стало дышаться гораздо легче.
