Встреча выпускников в 40 лет обернулась позором в мужском туалете. То, что было дальше, я не могла представить
— Привет! Меня зовут Вика. Мне без пяти минут сорок, я аудитор, человек, который привык всё просчитывать наперед. Люблю, когда каждый цент на счету, а в ежедневнике расписано всё по минутам. Но в тот вечер мой внутренний бухгалтер дал сбой — я согласилась поехать на встречу выпускников. И это был лучший провал в моей жизни.
Встречу замутили не в пафосном ресторане, а на дискотеке в стиле «Лихих 90-х». Условие было железным: прийти в образах эпохи, когда мы все были молоды и бесшабашны. Спортивные костюмы с полосками, кислотные цвета, малиновые пиджаки — ну вы поняли.
Я же человек основательный. Подошла к вопросу серьезно. Откопала свои старые, но до сих пор отлично сидящие джинсы-варёнки, блестящую топ-майку и главный акцент — невероятный парик с синими прядями. Накинула кожаную куртку, надела грубые ботинки и, стараясь не встречаться ни с чьим взглядом, рванула на такси в клуб.
Консьерж в моём доме, я уверена, до сих пор эту картину вспоминают.
А в клубе творилось… нечто.
Мы — взрослые, приличные люди, юристы, директора, бухгалтера — вдруг снова стали теми самыми двадцатилетними, для которых весь мир — танцпол.
Джинсы лопались по швам, парики падали, а в бардачках наших машин и в клатчах мирно уживались с ключами от офисов бутылки с чем-то покреплее сока. Гардероб превратился в пункт разлива — точь-в-точь как в нашей юности.
Я отплясывала у стеночки, трясла своими синими прядями и ловила кайф. И вот в самый эпичный момент, под мощные аккорды, я чувствую дикий удар по голове.
Боль адская!
Падаю на пол, а какой-то тип рядом мечется, как ужаленный, и дико молотит рукой по воздуху.
Оказалось, его массивный браслет с шипами мертвой хваткой вцепился в мой роскошный парик. Мы были связаны одной цепью, в прямом смысле. Он дергает руку — я катаюсь по полу в немом ужасе.
Я пытаюсь отползти — он орет от боли!
Под одобрительные крики одноклассников мы устроили настоящее представление — рестлинг с элементами капоэйры.
В итоге победа осталась за мной.
С триумфом вырвала свой парик, вернее, то, что от него осталось — жалкий, растерзанный клок синтетических волос. А он с ужасом смотрит на свой браслет: один шип отломился и бесследно пропал.
— В нашем возрасте надо аккуратнее в аксессуарах! — рявкнул он на меня, пока я пыталась отдышаться.
— Сам носи такие кандалы на танцполе! — огрызнулась я, еле сдерживая ярость.
Он пополз на четвереньках искать свой шип, а я, пунцовая от злости и стыда, побрела в уборную приводить себя в порядок.
Только вот в расстройстве чувств я зашла не в ту дверь. Оказалась в мужском туалете.
Пустом, слава богу.
И вот сижу я в кабинке, пытаюсь пришить оторванную прядь, а снаружи доносится разговор:
— Димон, я в шоке! На кой я надел эту штуку! Брат из командировки привез, сувенир… Сломал! Он же единственный такой!
Не знаю, что на меня нашло. Наверное, чувство вины или авантюризм, проснувшийся после нескольких коктейлей. Я вышла из кабинки и заявила:
— Я вам помогу! У меня есть знакомый мастер по металлу!
На пороге стоял тот самый «рестлер». Он был, скажем так, занят поисками на полу. Его лицо выражало всю гамму чувств — от паники до полнейшего недоумения.
— Девушка! Вы вообще в курсе, где находитесь? — просипел он.
— А вы что в женском туалете делаете? — тупо спросила я, медленно протрезвевая.
— Это мужской! — выдавил он. — Выйдите отсюда и подождите снаружи!
Осознав весь кошмар своего положения, я выскочила, как ошпаренная.
Дальше — больше.
Мой знакомый кузнец-ювелир оказался в пригороде, в своей мастерской. Делать нечего — мы сели в такси и поехали.
Мой спутник, Сергей, по дороге рассказал историю браслета. Его брат, путешественник, привез ему этот сувенир из очень дальней страны. Вещь была не ценная, но очень памятная. Потерять часть — дурной знак.
На месте нас встретил дядька с бородой и в кованом фартуке — настоящий кузнец. Пока он осматривал браслет, мы с Сергеем и таксистом по его настоянию отправились греться в баньку, которая топилась прямо при мастерской. А после накинулись на его домашний сидр и соленые грузди. Дальше помню очень смутно, то ли мы ехали к нему на дачу, то ли летели по проселочной дороге.
В памяти вспышка: я чокаюсь за «невероятные приключения», а потом — темнота.
Очнулась я дома, на ковре в гостиной.
Рядом сидел мой кот Барсик и смотрел на меня, как на инопланетянку. Во рту был вкус, будто я жевала сапожную щётку, а в голове — кузнечный цех. Я доползла до кухни и увидела в блеске чайника своё отражение. Это было зрелище не для слабонервных: размазанная помада, торчащие в разные стороны волосы и выражение лица человека, который явно не помнит, как он тут оказался.
На столе лежала записка:
«Вика, спасибо за ПРИКЛЮЧЕНИЯ».
«Приключения» было написано заглавными буквами. Мне стало так стыдно, что я неделю ходила, опустив голову, пытаясь собрать по кусочкам воспоминания о той сумасшедшей ночи.
Прошло полгода.
Меня повысили, и вот я сижу в приёмной у кабинета нового коммерческого директора нашей холдинговой компании. Он задерживался. Мне нужно было срочно поправить помаду, и я рванула в ближайшую дверь с табличкой.
Едва я захлопнула за собой дверь, как услышала знакомый, переполненный ужасом голос:
— Боже! Это снова вы?!
Передо мной, у зеркала, стоял он. Сергей. Тот самый.
— Вика?! Это ты?! Стой! Не убегай! — закричал он, но я была уже за дверью.
Он выскочил вслед за мной, схватил за локоть и потащил к кабинету директора.
— Лена, эту девушку напои кофе и не отпускай, пока я не вернусь! — приказал он секретарше.
— Сергей Петрович, это наш новый руководитель аудиторского департамента, — вежливо улыбнулась та. — Виктория Александровна.
Так я узнала, что мой «рестлер» — мой новый босс. А через полгода мы уже съехались.
Позже выяснились все детали той ночи.
Оказалось, мы все-таки доехали до его дачи, вручили браслет мастеру на починку и благополучно отключились. А развез нас по домам тот самый таксист, настоящий герой бездорожья. Он же позже нашел меня и вернул пять тысяч, которые я, в состоянии измененного сознания, ему одолжила на бензин и благополучно забыла.
А браслет-реликвия, как выяснилось, был обычным сувениром. То ли брат пошутил, то ли так сильно хотел удивить.
Но какая разница?
Если бы не он и не мой дурацкий синий парик, наша с Сережей жизнь никогда бы не пересеклась.
Вот так и живем.
Иногда он с ухмылкой спрашивает: «Вик, а помнишь, как ты в мужском туалете меня спасла?»
А я делаю вид, что мне не смешно.
Но на самом деле я давно поняла: самые нелепые случайности — это и есть лучшие сценарии судьбы.
А вы посещаете встречи выпускников?😊
