«Я мужчина видный, мне нужно соответствовать, купи мне костюм»: заявил жених (53 года) перед знакомством с моими детьми
Знакомство с детьми от первого брака — это всегда экзамен. Но я никак не ожидала, что главным источником проблем станет не ревность моего двадцатидвухлетнего сына и не колкие, оценивающие взгляды дочери-студентки, а гардероб моего ухажера. Точнее, его внезапно проснувшаяся тяга к высокой моде за чужой счет.
Мне сорок восемь лет, я давно в разводе, работаю главным бухгалтером в приличной фирме, живу в своей квартире, вожу хорошую машину. Детей подняла, выучила, сейчас могу наконец-то позволить себе просто жить в свое удовольствие.
Именно в этот период спокойствия и стабильности в моей жизни появился Валера.
Валерию пятьдесят три. Познакомились мы банально, на дне рождения общей знакомой. Он красиво ухаживал: подавал пальто, говорил правильные вещи о семейных ценностях, приносил на свидания по одной, но безупречно свежей бордовой розе.
Валера работал администратором в каком-то автосалоне, звезд с неба не хватал, но производил впечатление человека надежного и аккуратного. У него всегда были начищены туфли и парфюм, который не бил в нос дешевым одеколоном.
Спустя три месяца наших встреч мы решили, что пора переходить на новый уровень. Валера мягко намекал, что устал от одиночества в своей холостяцкой «однушке» на окраине и хотел бы домашнего уюта. Я не возражала. Но перед тем, как пустить мужчину в свою жизнь и свой дом, я должна была познакомить его с детьми. Для меня это было принципиально.
Мы договорились о воскресном ужине. Я взяла на себя готовку: запеченная утка, салаты, любимый пирог сына. Валера должен был прийти к пяти вечера.
В четверг вечером мы сидели у меня на кухне, пили чай, и я обсуждала меню. Валера был задумчив, смотрел куда-то в окно, а потом вдруг тяжело вздохнул, отодвинул чашку и выдал монолог, который я запомню на всю жизнь.
— Марин, я тут подумал насчет воскресенья, — начал он, тщательно подбирая слова. — Понимаешь, твои дети — молодые, современные. Они наверняка будут меня оценивать. Сканировать, так сказать, с ног до головы. Смотреть, кого их мать выбрала.
— Ну, это естественно, — пожала я плечами. — Не переживай, они у меня воспитанные, с лупой подходить не будут. Главное, чтобы ты человек был хороший.
— Нет, ты не понимаешь мужскую психологию, — Валера снисходительно покачал головой. — Мужчину оценивают по статусу. Я — мужчина видный. У меня осанка, фактура. Но мой выходной костюм… скажем так, морально устарел. А в свитере идти на такое мероприятие — значит показать неуважение к твоей семье. Я должен выглядеть как хозяин положения, как человек, за которым ты будешь как за каменной стеной. Мне нужно соответствовать.
Я слушала и внутренне соглашалась. Действительно, логично. Человек волнуется, хочет произвести впечатление.
— Ну так купи новый, — спокойно предложила я. — В торговом центре сейчас скидки, подберем тебе отличный пиджак и брюки.
Валера замолчал. Посмотрел на меня так, словно я предложила ему пешком дойти до луны. Затем он подался вперед, накрыл мою руку своей и проникновенно произнес:
— Марин… хороший итальянский костюм сейчас стоит тысяч семьдесят. Плюс туфли. У меня сейчас таких свободных денег нет — сам знаешь, я машину в ремонт отдал, алименты младшему от первого брака перевел. Но ведь это знакомство с твоими детьми. Это нужно в первую очередь для твоего же авторитета в их глазах. Чтобы они видели: мать не кого попало в дом привела, а солидного мужчину. Поэтому будет справедливо и логично, если эту покупку оплатишь ты.
В кухне повисла тишина, нарушаемая только гудением холодильника.
Я уставилась на него, пытаясь осознать услышанное. Пятидесятитрехлетний мужик. Сидит за моим столом, пьет мой чай и на полном серьезе объясняет мне, что я должна купить ему итальянский костюм за семьдесят тысяч, чтобы он смог посидеть на моем же диване, поесть мою же утку и изобразить перед моими детьми солидного миллионера, которым он не является.
— То есть, — медленно, чеканя каждое слово, переспросила я. — Ты предлагаешь мне нарядить тебя за свой счет, чтобы ты мог пустить пыль в глаза моим детям?
— Почему сразу пустить пыль? — Валера обиженно поджал губы, почувствовав изменение моего тона. — Это называется инвестиция в наш совместный имидж. Я же не для себя прошу. Я для нас стараюсь! Ты же женщина обеспеченная, для тебя это не сумма. Зато как мы будем смотреться! Я даже присмотрел один в бутике на втором этаже, темно-синий, мне очень к лицу.
Я смотрела на этого «видного мужчину» и чувствовала, как с глаз спадает пелена. Исчез образ надежного спутника. Передо мной сидел постаревший, но не поумневший мальчик, который искал не женщину, а мамочку-спонсора с функцией кухарки и предоставления жилплощади.
Самое смешное, что он искренне верил в свою правоту. Он продавал мне свое присутствие в моей жизни. Его логика была безупречна в своей наглости: я должна была заплатить за честь показать его своим детям.
— Знаешь, Валера, — я аккуратно высвободила свою руку из-под его ладони. — Мои дети действительно очень современные и умные. И они прекрасно знают, что их мать не содержит взрослых мужчин.
— При чем здесь содержит?! — голос Валеры дал петуха. Лицо пошло красными пятнами. — Я тебе о статусе говорю! О семье! А ты все к деньгам сводишь! Меркантильная, как и все! Я к ней со всей душой, а она пожалела копейки для любимого человека!
— Чай допил? — абсолютно ровным голосом спросила я, вставая из-за стола. — А теперь собирайся. Ужин в воскресенье отменяется. И все остальные ужины тоже. Статус тебе придется поддерживать за свой счет и на своей территории.
Он уходил громко. Хлопал дверью, бормотал что-то про то, что сильные женщины обречены на одиночество, потому что не умеют уважать мужскую природу, и что я еще пожалею, упустив такого фактурного кавалера.
Я не пожалела. В воскресенье мы отлично посидели с детьми. Мы ели утку, пили вино, и я рассказала им эту историю. Сын хохотал так, что чуть не подавился, а дочь философски заметила, что темно-синий цвет к лицу только тем, у кого есть совесть.
Теперь, когда я слышу от мужчин фразы про «я мужчина видный» и «женщина должна», у меня сразу срабатывает внутренний детектор. Одиночество пугает многих женщин моего возраста, и именно на этом страхе играют вот такие «фактурные» кавалеры, ищущие теплое местечко и бесплатный гардероб.
Дорогие читательницы, скажите, я одна такая везучая на «инвесторов в совместный имидж»? Или вам тоже попадались взрослые мужчины, уверенные, что за их присутствие рядом нужно доплачивать?
