Предупреждал друга, что дама (52г) хочет незаметно переехать к нему, а он не верил. Но когда мой прогноз сбылся, я понял, что зря туда влез
Моему старому другу Васе пятьдесят восемь лет. Мы знакомы еще со времен службы в армии. Живем в одном районе, буквально через две автобусные остановки друг от друга.
Раньше мы приходили в гости друг к другу минимум раз в неделю. У Васи всегда была типичная берлога закоренелого холостяка. Он развелся лет двадцать назад и с тех пор жил один.
Квартира у него обставлена спартански, ничего лишнего, всё строго по делу. Стол, плита, холодильник, диван. На подоконнике лежали разводные ключи и рулоны синей изоленты.
Пару месяцев назад Вася начал встречаться с женщиной по имени Люда, ей пятьдесят два. Вместе они не живут, у каждого своя жилплощадь.
Из-за этих новых отношений Вася стал пропадать с радаров. У него появились другие вечерние дела, видеться мы стали крайне редко.
Я не обижался. Мужику тоже нужно устраивать личную жизнь, одному век доживать тоскливо.
В прошлую субботу я всё-таки выбрался к нему в гости без предупреждения. Позвонил в дверь. Он открыл, радостно пожал мне руку, пригласил пройти на кухню.
Я снял куртку в коридоре, помыл руки в ванной, прошел на кухню и сразу же зацепился взглядом за странные изменения в его квартире.
– Вася, это что за ботанический сад ты тут развел? – спросил я, указывая пальцем на подоконник.
Там, где раньше лежали его инструменты, теперь красовался большой глиняный горшок с пышно цветущей красной геранью.
– Да это так, зелень для уюта, – отмахнулся Вася, наливая воду в чайник.
– Для уюта? – я усмехнулся. – Ты всю жизнь кактусы сушил насмерть, забывая их поливать, а тут внезапно герань. Идем дальше по списку. Это что такое?
Я постучал костяшками пальцев по кухонному столу. На столешнице, на которой мы раньше спокойно резали хлеб без всяких досок, теперь лежала плотная клеенчатая скатерть. Да не простая, а в крупную желтую ромашку.
– Люда, что ли, к тебе переехала? – спросил я прямо.
– Да ты в своем уме? – возмутился Вася, ставя кружки на эту самую цветастую скатерть. – Конечно нет! Никто ко мне не переезжал. Мы же с ней договаривались жить раздельно. Мне эти совместные бытовые проблемы на старости лет даром не нужны.
– А откуда тогда этот цветочный горшок взялся? Откуда скатерть? У тебя сроду таких вещей не водилось.
– Да это она просто подарки мне приносит, – Вася сел напротив меня и начал размешивать сахар ложкой. – Заходит в гости и приносит какую-нибудь мелкую вещь. Мне эти горшки с цветами вообще не нужны, ты же меня знаешь. Но не выкидывать же их на помойку при ней? Женщина от души старалась, выбирала в магазине, деньги тратила. Чтобы ее не обижать, я принимаю и ставлю на окно. Пусть стоят. Скатерть вот тоже принесла, говорит, так стол выглядит намного опрятнее.
Я посмотрел на друга, покачал головой и тяжело вздохнул.
– Вася, ну тебе скоро шестьдесят лет стукнет, а рассуждаешь ты как доверчивый школьник. Какие это подарки? Это очень странные вещи для взрослого мужика. Настоящий подарок – это хороший карманный фонарик, набор отверток, ну рубашка на худой конец. А это называется «тихая интервенция».
– Какая еще интервенция? – нахмурился он, делая глоток чая.
– Обычная, женская. Она просто готовит себе место для скорого переезда. Размечает новую территорию. Сначала появляется безобидная скатерть, потом цветок на окне. Завтра она принесет свои домашние тапочки. А через месяц ты проснешься утром и поймешь, что твоя старая зубная щетка сиротливо ютится в углу стаканчика, а две огромные полки в твоем личном шкафу заняты ее платьями и кофтами.
Вася протестующе замахал обеими руками.
– Нет, Миша, ты точно нагнетаешь ситуацию на ровном месте. Ничего она не готовит. Мы с ней этот жилищный вопрос прояснили в самом начале отношений. Я ей четко все обозначил.
– Да неужели? – я недоверчиво прищурился. – И как именно вы договаривались? Дословно можешь вспомнить ваш разговор?
– Легко, – Вася гордо выпрямил спину. – Мы гуляли в парке, сели на скамейку у пруда. Я ей сразу сказал: «Люда, я человек со своими жесткими устоявшимися привычками. Хочу жить один, в своей квартире, где всё лежит на своих местах. Я не хочу ломать свой привычный быт и подстраиваться под другого человека. Поэтому давай встречаться, гулять, ходить друг к другу в гости, но спать каждый будет у себя дома. Так будет честно, и никто ни от кого не устанет».
– Отличная речь, прямо манифест независимости, – саркастично кивнул я. – А она что ответила на эти слова?
– А она ничего не сказала, – пожал плечами друг. – Просто мило улыбнулась, посмотрела на уток в пруду, взяла меня за руку, и мы пошли гулять дальше.
– Вася! – я громко хлопнул ладонью по ромашковой скатерти. – Вот в этом и кроется твоя главная ошибка. Ты наивно решил, что ее молчание – это знак полного согласия с твоими условиями. А женщины так не работают. Если она прямо не сказала «Да, Вася, я согласна жить раздельно», значит, она ни с чем не согласна. Она просто промолчала, чтобы не спугнуть тебя на раннем этапе ухаживаний.
Вася только усмехнулся, назвал меня старым параноиком и пошел ставить сковородку на плиту.
– Говорю тебе, дурит она тебя своими подарками, – не унимался я. – Жди. В самое ближайшее время она к тебе напросится. И не просто с ночевкой, а на несколько дней. Придумает очень жалостливый повод. Запомни мои слова, так всё и будет.
На том мы тогда и разошлись. Вася остался при своем мнении, свято веря в неприкосновенность своей холостяцкой жизни, а я остался при своем.
После этого кухонного спора мы виделись еще пару раз мельком на улице. И каждый раз я замечал новые мелкие детали, подтверждающие мою теорию.
В первую короткую встречу мы столкнулись возле продуктового магазина. Мы стояли у входа, обсуждали цены.
– Ну как там твоя красная герань поживает? – в шутку спросил я.
– Нормально поживает, поливаю вот, – ответил Вася, отводя глаза в сторону. – Слушай, Люда вчера у меня свой фен оставила. Говорит, надоело ей каждый раз туда-сюда его возить, пусть лучше у меня в тумбочке лежит. И тапочки свои принесла, потому что у меня пол на кухне холодный, ноги мерзнут.
– Шаг номер два, – констатировал я с улыбкой. – Фен и теплые тапочки. Жди, скоро она перевезет остальные свои вещи.
Во вторую встречу мы случайно пересеклись в магазине на окраине района. Вася стоял возле большого стенда с крепежом и сосредоточенно выбирал дюбели для бетонной стены.
– Ремонт затеял на старости лет? – поинтересовался я, крепко пожимая ему руку.
– Да нет, – он смущенно кашлянул в кулак. – Люда попросила небольшую полочку в ванной повесить под зеркалом. Ей свои кремы и шампуни ставить некуда, на краю раковины они падают постоянно.
– Вася, полка в ванной – это уже почти переезд, – тяжело вздохнул я. – Ты сейчас сам, своими собственными руками забиваешь гвозди в крышку своей хваленой холостяцкой свободы.
Он снова отшутился. Сказал, что мне везде мерещатся заговоры, взял пачку саморезов и быстро ушел на кассу.
Прошло еще около двух недель. Жизнь шла своим чередом. В какой-то будний день, ближе к позднему вечеру, у меня звонит мобильный телефон. Смотрю на светящийся экран – звонит Вася.
– Привет, Миша, ты дома? – голос у него был очень напряженный, растерянный.
– Дома, ужинаю сижу. Что случилось? Голос у тебя какой-то странный.
– Слушай, ты был прав, – выпалил он в трубку на одном дыхании. – Вот прямо от первого до последнего слова прав. Как в воду глядел.
– Полочка в ванной обвалилась под тяжестью ее баночек с косметикой?
– Гораздо хуже, – тяжело выдохнул друг. – Люда мне сегодня звонит после работы и говорит, что хочет у меня пожить пару дней.
Я горько усмехнулся.
– И какой предлог она придумала? Прорвало трубы или приехали родственники из деревни?
– Родственники, – уныло ответил Вася. – Ты же помнишь, она с мамой живет в двухкомнатной квартире. Так вот, Люда говорит, что к ее маме внезапно приезжает старая школьная подруга из другого города. Ей надо пройти какое-то обследование в нашей больнице. Квартира у них маленькая. Мама с этой подругой будут ночевать в зале на диване. А Люда вроде как хочет уступить им свою спальню, чтобы гости чувствовали себя комфортно и она им не мешалась под ногами собираясь на работу. Говорит мне: «Вася, можно я к тебе со своими вещами перееду на пару дней? Выручай меня».
– Ну и что ты ей ответил на это? – спросил я.
– Да я испугался! – честно и громко признался Вася. – Я сразу твои предупреждающие слова вспомнил про то, что она любой жалостливый повод найдет для переезда. Понял, что эти «пару дней» легко могут растянуться на пару лет совместной жизни. Я ей сразу и отказал. Прямо по телефону.
– Так прямо в лоб и сказал?
– Да. Сказал: «Люда, извини, но мы так с тобой не договаривались. У меня свои планы на эти выходные, я привык спать один. Иди к своим подругам переночуй или сними номер в недорогой гостинице возле маминого дома, я тебе даже денег на оплату дам».
– Жестко ты с ней обошелся, – хмыкнул я. – А она как отреагировала на такой поворот событий?
– Обиделась, – Вася снова тяжело вздохнул в трубку. – Накричала на меня. Сказала, что я черствый, что она ко мне со всей душой тянется, уют мне в квартире создает, заботится. А я ее в трудную минуту на мороз гоню как чужую собаку. Бросила трубку и теперь на мои звонки не отвечает. Вот сижу теперь на кухне, смотрю на эту скатерть и думаю, что делать дальше.
Я посоветовал ему не пороть горячку и не бежать с извинениями прямо сейчас.
– Подожди пару дней, – сказал я спокойным тоном. – Дай ей остыть и переварить ситуацию. Если она тобой дорожит как человеком, то успокоится, и вы сможете нормально поговорить при встрече. А если это был ее хитрый план по переезду, то она еще долго будет дуться.
Мы попрощались. Я положил телефон на стол и задумался над сложившейся ситуацией.
С одной стороны, все признаки ползучего переезда были налицо. И предлог с маминой больной подругой из другого города выглядит очень удобным и своевременным. Если бы Вася по доброте душевной согласился, через два дня выяснилось бы, что подруга решила задержаться на неделю. А потом Люда бы просто не стала увозить свои сумки с вещами обратно, сославшись на усталость.
Но с другой стороны, а вдруг я зря накрутил человека? Может, и правду она просто переночевать хотела, а не переехать к нему навсегда? Бывают же в жизни такие дурацкие, нелепые совпадения. Приехала тетя из другого города, спать реально негде, вполне логично попроситься на пару ночей к мужчине, с которым встречаешься уже несколько месяцев.
А я своими подозрительными прогнозами заставил друга грубо отказать ей в помощи.
Я правильно сделал, что заранее предупредил друга об этой частой женской уловке? Или все-таки это была обычная просьба, а не хитрость?
