Мы приехали к другу с 3 кг шашлыка. А уехали голодными из-за его незваных друзей
Друг мой, Лёха, позвонил в пятницу:
— Слушай, приезжайте к нам на дачу. Погода отличная, посидим, шашлык пожарим.
— Кто будет? — спросил я.
— Да никого. Мы вдвоём с Маринкой. Спокойно посидим, без толпы.
Мне это слово особенно понравилось — «без толпы».
Мы заехали по дороге на рынок. Купили три килограмма хорошей шеи. Не экономили. Свежая, с прожилками жира — самое то для шашлыка.
Жена моя ещё сказала:
— Может, меньше взять?
— Да ладно, — отмахнулся я. — Четверо взрослых, с запасом. Лучше пусть останется.
Ещё взяли специи, лук, лимон. Всё как положено. Приехали к Лёхе на дачу к обеду. Воздух обалденный — сосны, солнце, трава ещё влажная после дождя. Красота.
— О, мясо привезли! — обрадовался Лёха. — Вот это я понимаю.
— Ну а как, — сказал я. — Раз уж шашлык, так шашлык.
Мы с ним сразу занялись мангалом. Уголь, розжиг, шампуры. Маринка с моей женой накрывали стол на веранде.
— Мы только салат сделали, — сказала Марина. — Остальное думали вместе.
— Всё нормально, — ответила моя. — Мы мясо привезли.
Замариновали, оставили настояться. Сидим, разговариваем. Тишина, птицы поют.
И вдруг за воротами — звук машины. Лёха нахмурился.
— Ты кого-то ждёшь? — спросил я.
— Нет… — протянул он.
Во двор въехала старая «Лада». Из неё начали вылезать люди. Первым — его друг Серёга. За ним — отец Лёхи. Потом — жена Серёги с дочкой лет десяти.
Я посмотрел на Лёху.
— Это что?
Он развёл руками:
— Я не звал.
Серёга уже шёл к нам с широкой улыбкой.
— Ну что, шашлычок намечается?
— Намечался, — тихо сказал я.
— Да ладно тебе! — хлопнул он меня по плечу. — Мы ненадолго. Просто проезжали мимо, решили заехать.
«Ненадолго» — слово, которое я с тех пор ненавижу.
Отец Лёхи важно оглядел стол.
— А что, уже готово?
— Пока маринуется, — ответил я.
Жена Серёги поставила на стол пакет.
— Мы тоже кое-что привезли.
Она достала… два маленьких йогурта.
— Это нам с Машей, — сказала она и улыбнулась. — Мы такое мясо не едим.
Я посмотрел на три килограмма шеи.
— Не едите? — переспросил я.
— Ну, чуть-чуть, — поправилась она. — Если совсем чуть-чуть.
Дочка уже крутилась возле мангала.
— Папа, я хочу шашлык!
— Будет, будет, — сказал Серёга. — Чего ж не будет то.
Мы с Лёхой переглянулись.
— Мясо-то на четверых было, — тихо сказал я.
— Да хватит, — так же тихо ответил он. — Ну, поделимся.
Когда мясо начали жарить, все резко оживились.
— Давайте я попробую первый кусочек, — сказал Серёга, протягивая руку.
— Подожди, не готово ещё, — ответил я.
Он всё равно стащил кусок с края шампура.
— Нормально! — жуя, сказал он. — Можно есть.
Отец Лёхи сел ближе к столу.
— Давай быстрее, сынок. Чего тянуть?
Маринка шепнула мне:
— Нам не хватит.
Я видел это уже сам. Три килограмма внезапно стали казаться очень маленькими. Шампуры уходили на стол, и куски исчезали с пугающей скоростью.
Жена Серёги, которая «не ест мясо», взяла первый кусочек.
— Ну я только попробовать.
Через пять минут она уже держала шампур.
— Очень вкусно. А что за маринад?
Я сдержанно ответил:
— Лук, лимон, специи.
— Надо будет так же сделать, — сказала она, откусывая.
Дочка съела два куска и попросила ещё. Серёга ел быстро, молча, не поднимая глаз.
Отец Лёхи хмуро сказал:
— Что-то мало сделали.
Я не выдержал:
— Мы рассчитывали на четверых.
Серёга рассмеялся:
— Да ладно, не жадничай.
Это слово ударило.
— Не жадничай? — переспросил я.
— Ну а что такого? Все свои.
Все свои.
Моя жена почти не ела. Маринка тоже.
Лёха пытался сгладить:
— Сейчас хлеба нарежем.
Но хлеб — это не шашлык.
Когда последний шампур опустел, я понял, что съел максимум три куска. Остальные — почти ничего.
Жена Серёги вытерла губы салфеткой:
— Спасибо, очень вкусно.
Я посмотрел на её пакет с йогуртами. Он так и стоял нетронутым.
— А вы же мясо не едите? — не удержался я.
Она смутилась на секунду:
— Ну, иногда можно.
Серёга поднялся:
— Ладно, мы поедем. Спасибо за гостеприимство.
Гостеприимство.
Когда они уехали, во дворе повисла тишина. Лёха сел на ступеньки.
— Извини, — сказал он.
— Ты их звал?
— Нет.
— Почему тогда не сказал?
Он пожал плечами:
— Неловко.
— А нам не неловко было сидеть голодными?
Марина тихо добавила:
— Я вообще думала, что они хоть что-то привезут.
Моя жена посмотрела на меня:
— Поехали домой.
В машине она сказала:
— Больше я на «такие» шашлыки не поеду.
Я кивнул.
С тех пор я понял одну вещь.
Наглость — это не когда человек просит.
Наглость — это когда он берёт, даже не спрашивая.
И ещё делает вид, что так и должно быть.
А вы бы промолчали в такой ситуации или всё-таки сказали прямо?
