Женщина стояла у окна на кухне и смотрела на осеннюю слякоть. Листвы на деревьях уже не было, а та, что была под ногами, уже превратилась в тёмный скользкий ковёр. Но Валюше, а именно так называли её соседи, было хорошо. Впервые за долгие годы она дышала свободно, легко, с облегчением сбросив с себя прошлое, как старые одежды.
Всего полгода назад она похоронила мужа и осталась одна, потому что детей у них с Николаем не было. Так уж получилось, что образованная, умная и скромная Валя вышла замуж поздно. Она работала библиотекарем, имея высшее образование, и была на хорошем счету у начальства и уважаемой в городе.
Родители Вали всегда сетовали, что дочка не ходит на танцы, и не может найти свою судьбу. И когда девушке уже было за тридцать, подвернулся как-то в гостях у коллеги Николай. Его сразу отрекомендовали как свободного мужчину, и он, выпивая рюмку за рюмкой шутил, травил анекдоты, и даже пел частушки всем на потеху. Потом компания танцевала, и Николай стал приглашать Валю на танец, словно бы взял над ней шефство.
Валентине он не очень понравился своей вульгарностью и она поначалу даже хотела уйти, но хозяйка торжества остановила её в прихожей:
— Ты что, Валь, к тебе приятный мужчина клинья подбивает, а ты? Не строй из себя принцессу, уже четвёртый десяток пошёл. Надо бы тебе и замуж. Он, конечно, не учёный муж, но слесарь шестого разряда, зарабатывает. А что разведённый, так это ещё не факт, что по его вине развод. Разные встречаются ситуации…Между прочим, я его как соседа специально из-за тебя и пригласила. Так что лови момент. А замужем всем нам, бабам, надо побывать… Хоть разок.
Валя покраснела, что-то прошептала вроде благодарности и осталась. Николай, уже довольно хмельной, пригласил её снова на танец, а потом они пошли гулять по городу, и он вызвался её провожать.
Мужчина явно старался произвести впечатление, и Валентина снисходительно терпела его ухаживания. А когда потом рассказала матери, что у неё появился кавалер, который теперь звонит ей и приглашает на свидания, то родители обрадовались, и тоже советовали дочери не упускать случая для создания семьи.
— Нельзя оставаться одной. Хуже нет. И детишек надо бы… Ты у нас такая заботливая и добрая, Валенька, — говорила мама, — стерпится-слюбится, даже если сейчас не очень нравится, а потом и привыкнешь.
Так Валя и вышла замуж. Муж пришёл жить к ней в квартиру. Родители Валентины жили отдельно. Семейная жизнь лишь первый год была терпимой для Вали. Николай любил выпить и, если первое время держался, то через несколько месяцев стал употреблять как ему хочется: и в выходные, и вечерами в будни.
— Что же ты, Коля, без стопки и ужинать не садишься? – волновалась Валентина, — это к добру не приведёт.
Такие замечания не нравились мужу. Он поначалу терпел, а потом стал покрикивать на Валентину, а она, боясь шума и скандала, молчала, гасила его волнение и уходила в комнату, чтобы не видеть мужа.
Это его ещё больше раздражало, так как не с кем было и поговорить и чувствовал он превосходство жены в образовании и интеллекте, и в воспитании, и всячески старался унизить её, чтобы возвыситься самому.
Детей у них не было, Валентина уже через пять лет свыклась с мыслью, что останется бездетной. А мужа это и вовсе не беспокоило. У него был сын от первого брака, правда, он ни с ним, ни с первой женой не общался.
Сколько перенесла Валя от Николая унижений, знала только она. Поначалу долго скрывала от родителей настоящие отношения с мужем. А потом, когда уже все соседи знали о запоях Коли и его плохом характере, Валя перестала скрывать и от матери слёзы.
— И отчего ты такая бесхребетная? – спрашивала мама, — как бы показала ему Кузькину мать! Он же и ростом ниже тебя, и явно трусливый.
— Не хочу руки марать, что ты, мама… — шептала дочь, — всё думаю, может перестанет скоро пить, потому что уже дважды неотложку вызывали, и врачи его предупредили, что шутки плохи со здоровьем…Но он как вылежится, снова за своё… Мне если честно, уже и всё равно, что с ним будет. Устала я…
Так шли безрадостные годы. Мать несколько раз уговаривала дочь развестись с мужем, и Валентина уже было собралась до следующей выходки мужа терпеть, а потом принять решение.
Но так случилось, что после очередного буйства, проснулся на утро Николай перекошенный, бормоча что-то несвязное. Приехавшие медики увезли его в больницу, где диагностировали инсульт.
Теперь Николай стал практически инвалидом. Вале пришлось ухаживать за ним день и ночь. Она уже готовилась к выходу на пенсию, и вынуждена была лечить мужа, подавать ему лекарства, водить под руку, быть сиделкой…
Ни о каком разводе теперь Валя и не мечтала. Неудобно было ей, женщине с добрым сердцем и ангельским терпением, «выбрасывать» мужа на улицу в таком состоянии.
— Вот тебе кара за терпение… — жалели соседки Валентину, — давно бы избавилась от него, так нет же… Не слушала совета матери, теперь вот получай «подарочек»… Бедная ты женщина.
Валя только утирала слёзы и старалась вылечить Николая. Он осознавал, что с ним, хотел поправиться, жить, однако тяга к прошлому пагубному влечению осталась. И лишь он начал чуть увереннее ходить и получше выглядеть усилиями Вали, как нашёл время, и купил заветное зелье, а употребив его, тут же снова слёг.
Теперь он стал лежачим, все старания Вали были насмарку, и даже не оценены…
Три года ухаживала она за мужем, а когда он скончался, то не могла прийти в себя оттого, что теперь ей не надо вставать ночами, слушать его нецензурные речи и проклятия.
Валентина наконец-то начала жить для себя. В гости к ней приезжала мама, правда редко, а племянница Светлана почаще.
— Как я рада, Светик, что ты теперь приезжаешь. Я ведь тебя обожаю, как дочку свою, — радовалась Валентина, чувствовавшая свою вину и в том, что раньше Свете не нравилось бывать у них в гостях из-за дяди Коли.
— А я рада за тебя, тётя! – обнимала Света Валентину, — вот отдышишься, и приезжай к нам. Ты же теперь свободная, на пенсии, и одна!
Валентина раньше даже не могла завести кошку, так как муж не любил животных, и Валя не хотела, чтобы он их обижал, пинал в её отсутствие. Она всё равно ухаживала за бездомными кошками, ютившимися в их пятиэтажке в подвале зимой. Были у неё и свои любимчики, которых она особенно баловала: две кошки: Муся и Дуся. Теперь она взяла их домой и довольно быстро умные кошки привыкли к дивану и креслу.
Пенсия у Валентины была небольшая, а жила она рядом с городским рынком. Вот и услышала она как-то, что требуется на рынок уборщик мясного павильона. Посмотрела Валя на своих питомцев и пошла наниматься на работу.
После пережитого с мужем, ей было уже всё равно что подумают о ней её бывшие коллеги. Пусть говорят что хотят, что она после должности библиотекаря стала на рынке убираться. Вале было всё равно. Ей были нужны деньги.
Она стала трудиться. Её устраивала близость работы, и то, что не надо было рано вставать. Она шла убираться, когда торговля уже подходила к концу. Это было ближе к обеду. Торговцы мясом, видя старательную вежливую пенсионерку, давали ей обрезки свиной кожи, остатки непроданного ливера, жил, костей. Валя искренне радовалась таким «подаркам»: ведь это было как раз то, что ей нужно!
Она приносила домой мешочек мясных остатков и варила из них, и из костей холодец, который потом подмешивала в каши и кормила всех дворовых кошек досыта. Кости отдавала собакам, которые тоже промышляли в районе у помоек.
А дружелюбные мясники всё чаще одаривали Валентину и хорошим куском мяса, и она уже не покупала мяса, ей хватало на питание таких угощений.
— Как ты поживаешь, доченька? – спрашивала её мама, хотя и видела сияющее лицо Вали.
— Никогда я ещё не чувствовала себя такой счастливой, мама. По крайней мере мне так кажется сейчас… — улыбалась Валя, — работа мне не в напряг, потому что убираюсь я в павильоне всего два раза в неделю, а остальное время – всё моё – делай что хочешь.
Когда не стало Валиного отца, Валя взяла маму к себе. Теперь они жили вместе, очень дружно, потому что любили и берегли друг друга. Часто навещала их Светлана, передавая привет от своего папы – брата Валентины, и всё звала Валю в гости, а та уже не могла поехать из-за матери. Как оставить восьмидесятипятилетнюю маму одну?
Но Валя и не хотела ездить по гостям. Она радовалась своей уютной квартире, где воцарилось спокойствие, уют, тепло улыбок и тихие добрые разговоры.
А когда приезжал сам братец с женой и дочкой, и собиралась за столом вся семья – самые близкие, родные люди, Валя готовила, её мама сидела во главе стола в белом чистом платочке и новом халате и не могла нарадоваться дружбе детей, их простой беседе, и казалось, будто время вернулось, и что они и не расставались никогда, так им легко и приятно было сидеть вместе, и вспоминать только самое хорошее.
На таких посиделках никогда не говорили о судьбе Вали. Она не хотела вспоминать своё замужество, и все понимали, что кроме Валиной работы, её самых лучших мероприятий и заслуг в библиотеке ни о чём говорить не положено. Не мучили Валюшу её неудавшейся личной жизнью, а хвалили за прекрасные пироги, уют в доме, за здоровье мамы, и тёплый приём…
