Когда нотариус зачитал финальный абзац завещания покойного Аркадия Семеновича, в просторном кабинете с дубовыми панелями повисла звенящая, удушливая тишина.
Три его племянника — холеные, дорогие, пахнущие элитным парфюмом столичные бизнесмены — ошарашенно переглядывались. Они примчались на дележ наследства в полной уверенности, что миллионные счета, огромный трехэтажный особняк в пригороде и уникальная коллекция старинного антиквариата достанутся им. Все последние годы они вспоминали о старом, больном дяде только по праздникам, отправляя дежурные эсэмэски, а сейчас их глаза горели неподдельным алчным азартом.
Но на шикарном кожаном диване нотариуса в этот момент вальяжно восседал истинный, законный и единственный преемник покойного миллионера.
Это был огромный, неприлично толстый, весом под десять килограммов беспородный котяра по кличке Плющ. У него была серая шерсть, левое ухо хранило следы бурной дворовой молодости в виде глубокого разрыва, а правый глаз он презрительно щурил, словно оценивал стоимость костюмов присутствующих.
Дед Аркадий подобрал его на улице у своего офиса лет десять назад. С тех пор Плющ прошел путь от облезлого беспризорника до хозяина жизни. Кот лениво поводил хвостом и всем своим видом показывал, что собравшиеся здесь двуногие — лишь надоедливая, суетливая мошкара.
— Таким образом, — монотонно сказал нотариус, поправляя очки на переносице, — покойный господин Аркадий Семенович завещал все свои финансовые активы, недвижимость и ценные бумаги тому, кто будет ухаживать за котом.
— Но… — нотариус сурово поднял указательный палец, заставив их притихнуть:
—… Но есть одно важнейшее юридическое условие. Официальным опекуном и сиделкой кота назначается Алена Никифорова — внучатая племянница покойного, скромная студентка ветеринарного факультета. Только она имеет право жить с наследником. Если Алена по какой-то причине откажется, или если с котом что-то случится по её вине или недосмотру, всё имущество сию минуту, без права обжалования, перейдет крупному благотворительному фонду защиты животных. Однако!… До этого скорбного момента она имеет право пожизненного и безраздельного проживания в особняке, а на содержание, медицинский уход и капризы кота из трастового фонда выделяется двести тысяч рублей ежемесячно.
Племянники синхронно облегченно выдохнули. Двести тысяч в месяц — копейки по сравнению с общим пирогом в несколько миллионов долларов.
— А вы, господа, — нотариус холодно посмотрел на братьев, — в случае не подобающего ухода за наследником, не получите даже старых карманных часов.
Племянники тут же обступили Алену в узком коридоре нотариальной конторы. Девушка испуганно прижимала к себе старую холщовую сумку с учебниками.
— Аленочка, девочка наша, ты же взрослая, умная девушка, всё понимаешь, — вкрадчиво, принизив голос, заговорил старший из братьев, Вадим. — Кот старый, облезлый, ему лет двенадцать, не меньше. В таком возрасте животные долго не живут. Твоя задача — просто не мешать природе. Понимаешь? Меньше корми его. Ну или корми…, чем-нибудь попроще, самым дешевым сухим кормом из супермаркета. Чтобы естественная смерть к нему пришла быстрей. Окна открытыми оставляй, витамины давать совсем не обязательно. Понимаешь намек, девочка? Мы в долгу не останемся, как только особняк освободится, мы отсыплем тебе такой процент, что на три квартиры хватит.
Алена, которая искренне любила чудаковатого, но доброго родственника Аркадия и с детства не чаяла души в четвероногих, посмотрела на лощеных родственников с глубоким отвращением. Её до донышка возмутило их циничное предложение.
— Извините, мне пора кормить Плюща по расписанию, — отрезала она, развернулась, подхватила тяжелую пластиковую переноску с глухо и недовольно матерно урчащим котом и поспешила к выходу.
Жизнь в огромном пустом особняке с первых же дней превратилась для Алены в настоящее поле боя. Плющ оказался не просто вредным — он был истинным пушистым тираном с замашками криминального авторитета и тяжелым характером.
В первый же вечер он демонстративно перевернул три горшка с редкими коллекционными орхидеями, которые дед холил и лелеял годами. На следующий день кот в хлам разодрал дорогие шелковые обои в гостиной и наотрез отказался притрагиваться к дорогущему элитному корму премиум-класса.
Плющ требовал исключительно свежую отварную индейку, причем нарезанную строго одинаковыми кубиками, и чтобы подавали её на блюдечке.
Каждое утро этот серый деспот будил Алену ровно в пять часов. Он запрыгивал на высокий комод в спальне и методично, глядя девушке прямо в лицо, сталкивал лапой старинные фарфоровые статуэтки прямо ей на кровать.
Но Алена не сдавалась и не злилась. Она понимала, что кот просто тоскует по единственному человеку, который его любил.
Она терпеливо лечила его старые, ноющие к непогоде суставы, мазала специальной мазью царапины, которые он наносил ей в первые дни, и часами аккуратно вычесывала его спутавшиеся колтуны, тихонько напевая старые детские колыбельные.
Постепенно взгляд Плюща стал меняться — в нем появилось удивление.
Спустя три месяца случилось то, чего жадные родственники никак не ожидали. Вадим, бизнес которого стремительно катился на дно из-за долгов, потерял всякое терпение.
Кот и не думал умирать, наоборот — на Аленкиных харчах он округлился и заблестел. Тогда Вадим решил ускорить процесс естественного отбора.
Он тайно приехал в особняк в дождливый четверг, точно зная, что Алена уехала в институт на сложный зачет. Подкупив новенького охранника на воротах крупной купюрой, он беспрепятственно проник в дом.
В кармане его дорогого пальто лежал пластиковый пакетик с сильным ветеринарным снотворным. Вадим планировал подсыпать смертельную дозу в миску и обставить всё как внезапную остановку сердца у старого животного.
Мужчина тихо, стараясь не шуметь, прокрался на кухню, открыл холодильник, достал готовую индейку и щедро высыпал туда белый порошок. Он уже собирался спрятать пакет обратно, как вдруг почувствовал, что в комнате он не один…
На обеденном столе, прямо напротив него, стоял Плющ. Кот выгнул спину крутой дугой, его серая шерсть встала дыбом, сделав его в два раза больше, а в желтых, горящих во тьме глазах застыла такая первобытная, дикая ярость дворового бойца, что холеный бизнесмен инстинктивно отшатнулся и попятился назад.
Плющ издал жуткий, утробный, почти замогильный вой и мощным прыжком полетел прямо на Вадима. Кот мертвой хваткой вцепился всеми четырьмя лапами и когтями ему в лицо и шею.
Мужчина дико заорал от неожиданности и боли, потерял равновесие и со всего маху повалился спиной на пол, увлекая за собой стоящий рядом сервировочный столик с хрусталем. Особняк огласился звоном разбитой посуды и отборной руганью.
Именно в этот момент в дом тяжело дыша вбежала Алена — она вернулась раньше, так как препод отпустил группу, а у ворот она заметила незнакомый автомобиль.
Увидев перепуганного, окровавленного, расцарапанного Вадима, который катался по полу, и Плюща, который победоносно восседал у него на груди, продолжая грозно шипеть, девушка мгновенно всё поняла.
Она не стала кричать. Алена хладнокровно достала телефон, включила камеру и твердо произнесла:
— Убирайся отсюда, Вадим. Прямо сейчас. Я забираю эту миску с мясом. Экспертиза в моей лаборатории через час покажет, что именно ты туда подсыпал. Если ты или твои братья еще хоть раз подойдете к этому дому ближе чем на километр, это видео, результаты экспертизы и заявление о покушении на порчу имущества и мошенничество отправятся прямиком в прокуратуру. Ты потеряешь всё.
Вадим, позорно скуля, закрывая расцарапанное лицо испачканным в крови платком, кое-как поднялся и бросился вон из дома, спотыкаясь на ступенях веранды.
Поздним вечером Алена сидела в глубоком кресле в гостиной, устало прикрыв глаза от пережитого стресса. В доме было тихо.
Вдруг она почувствовала слабое движение. Плющ медленно, с достоинством истинного короля подошел к её ногам. Он впервые не стал шипеть, кусаться или требовать свою индейку.
Кот тяжело, кряхтя, запрыгнул к ней на колени, потоптался, укладываясь огромным теплым меховым шаром, и… громко, на всю комнату, оглушительно замурчал, ласково перебирая лапками её домашние джинсы.
Это было его первое, честное кошачье «спасибо» за защиту, верность и спасенную жизнь.
Прошло долгих пять лет. Плющ, окруженный невероятной любовью, заботой и лучшей ветеринарной медициной, превратился в лоснящегося, вальяжного кота-долгожителя, напрочь отказавшись отправляться на радугу назло всем врагам.
Алена успешно окончила университет с красным дипломом и открыла в левом крыле огромного дедовского особняка бесплатную современную клинику для бездомных и раненых животных, которую полностью и щедро спонсировал трастовый фонд Аркадия Семеновича.
А что же племянники? Их фирмы одна за другой обанкротились во время очередного экономического кризиса, Они могли лишь с бессильной яростью наблюдать через кованый забор особняка, как самый богатый и счастливый кот страны лениво щурится на теплое летнее солнце, надежно охраняя покой своей преданной хозяйки.
