Двенадцать дней на побережье стоили одиннадцати месяцев экономии, трех скандалов из-за подработок. Вадим сначала ворчал, пересчитывая купюры, но в самолете повеселел. Когда шасси коснулись раскаленного асфальта южного аэропорта, он уже вовсю улыбался, разглядывая в иллюминатор южные пейзажи.
– Ира, выключи ты свой эконом-режим, – буркнул муж, когда мы грузили чемоданы в такси. – Мы приехали отдыхать. Хватит каждую сотенную купюру глазами провожать.
Я промолчала. Легко говорить об отключении контроля, когда баланс на карте пополнялся исключительно моими усилиями. Вадим работал в проектном бюро, получал стабильно, но скромно. Все «сверх программы» – экскурсии, хороший отель с собственным пляжем, ужины на набережной – легло на мои плечи.
Я вела бухгалтерию двух крупных фирм на удаленке, ложась спать в три часа ночи. Но сейчас, глядя на проплывающие мимо кипарисы, верила: оно того стоило. Нам нужно было побыть вдвоем, без бытовых разговоров о потекшем кране и родительских собраниях двенадцатилетнего сына, оставленного на попечение бабушки.
Отель превзошел ожидания. Третий этаж, балкон с видом на волнорезы, белые занавески, раздуваемые южным ветром. Вадим сразу скинул кроссовки и улегся на огромную кровать, заложив руки за голову.
– Вот это жизнь, Ириша. А ты сомневалась.
– Я не сомневалась, – я разбирала вещи, аккуратно развешивая его рубашки на плечики. – Я просто считала.
– Опять за свое, – он поморщился и отвернулся к окну. – Ладно, я в душ и на разведку. Надо узнать, где тут приличный бар.
На пляж мы пошли ближе к вечеру, когда жара спала. Море оказалось теплым, как парное молоко. Вадим долго плавал, далеко заплывая за буйки, а я сидела на шезлонге, чувствуя, как постепенно уходит скопившееся за год напряжение. Казалось, семейная жизнь, давшая трещину из-за вечной нехватки денег и усталости, снова выравнивается.
Вечером мы ужинали в ресторанчике прямо у воды. Вадим заказал дорогое местное вино, запеченную рыбу и много шутил. Рассказывал истории из своего студенчества, которые я слышала раз десять, но сейчас они казались смешными.
– За лучший отпуск в нашей жизни, – произнес он, поднимая бокал.
Я улыбнулась, чувствуя себя по-настоящему счастливой. Все трудности, ночные бдения за монитором и отказы себе в покупках стерлись. Мы были здесь, вместе, молодые и свободные от забот.
***
Перемена произошла на четвертый день. У бассейна отеля, где Вадим любил загорать после обеда, пока я читала в тени, появилась новая группа отдыхающих. Четверо мужчин и три женщины, шумные, загорелые, явно приехавшие на машинах из соседнего крупного региона. Они привезли с собой огромную беспроводную колонку, заказывали коктейли прямо к воде и постоянно громко смеялись.
Вадим сначала наблюдал за ними со своего шезлонга, а потом, когда их мяч для водного поло отлетел в его сторону, перебросил его назад и завязал разговор. Через полчаса он уже сидел в их кругу, оживленно жестикулируя.
– Ира, иди сюда! – крикнул он мне, махнув рукой. – Тут ребята из Ростова, у них тоже строительный бизнес.
Я подошла, вежливо поздоровалась. Рукопожатия, дежурные улыбки. Особое внимание привлекала блондинка в вызывающе открытом купальнике по имени Карина. Она держалась свободно, курила тонкие сигареты и постоянно подкалывала мужчин.
– А ваша жена строгая, Вадим, – протянула Карина, окинув меня взглядом с головы до ног. На мне был закрытый темно-синий купальник и простая пляжная туника. – Наверное, держит вас в ежовых рукавицах?
– Ну что вы, я абсолютно свободен в решениях, – поспешил заверить Вадим, расправив плечи. Он как-то сразу подобрался, втянул живот.
Мне стало неловко. Атмосфера всеобщего хмельного веселья в два часа дня была чуждой.
– Вадик, я пойду в номер, голова разболелась от солнца, – тихо проговорила я, коснувшись его плеча.
– Да, иди, дорогая, я попозже приду, – бросил он, даже не повернувшись. Карина в этот момент рассказывала какую-то байку об их дорожных приключениях, и муж ловил каждое ее слово.
***
В номер Вадим вернулся только к семи часам вечера, слегка навеселе и пахнущий импортным лосьоном от загара, которым его, видимо, щедро угостили новые знакомые.
– Ребята зовут на набережную, в клуб, – с порога заявил он, переодевая футболку. – Собирайся, потанцуем.
– Вадик, мы же планировали поехать в старую крепость на вечернюю экскурсию, – напомнила я, глядя на приготовленные джинсы и удобные кроссовки. – Я и билеты уже забронировала на сайте.
Он досадливо поморщился.
– Ира, ну какая крепость? Развалины эти смотреть в темноте? Давай лучше с ребятами. С ними весело, они места тут знают.
– Я не хочу в клуб, – мягко, но твердо возразила я. – Там шумно, накурено. Мы же ехали побыть вдвоем.
– Ты как старуха вечно, – Вадим раздраженно дернул молнию на шортах. – Все по плану, все по графику. Ладно, я ненадолго схожу, неудобно отказываться, мы договорились. А ты отдыхай, раз устала.
Он ушел. Я осталась в номере. Билеты в крепость сгорели – деньги не возвращали за отмену менее чем за три часа. Я сидела на балконе, слушала шум прибоя и смотрела на огни набережной. В груди шевелилось неприятное чувство обиды. Я ведь так ждала этого времени вместе.
Муж вернулся под утро. Он старался не шуметь, но от него разило алкоголем и чужими духами – приторно-сладкими, с нотками ванили. Я сделала вид, что сплю, отвернувшись к стене.
Следующие три дня прошли по одному сценарию. Утром Вадим спал до полудня, потом уходил к бассейну, где его уже ждала «компания». Мне предлагалось присоединиться, но находиться среди малознакомых людей, которые обсуждали дорогие машины, ночные клубы и общих знакомых, было невыносимо.
Я чувствовала себя лишней. Вадим же, напротив, расцветал. Он стал тратить много денег. Из нашей отпускной кассы, которую я так бережно собирала, начали исчезать крупные купюры.
– Вадик, нам еще четыре дня здесь быть, а у нас осталась треть суммы, – не выдержала я, когда он в очередной раз потянулся к сейфу.
– Переведи с карты, в чем проблема? – небрежно бросил он.
– С какой карты? Там пусто. Это были все наши свободные деньги, – голос звучал спокойно, но внутри все сжималось от предчувствия беды.
– Ой, не начинай свою лекцию, – он схватил купюры и выскочил за дверь. – Мы ужинать на яхте идем, Артур договорился со скидкой.
Меня на эту яхту даже не позвали. Точнее, Вадим вскользь упомянул, что «мест всего восемь, строго по числу компании». Оказалось, один из ростовских парней уехал раньше, и его место занял мой муж.
***
На десятый день отпуска я решила прекратить это молчаливое противостояние. Хватит сидеть в номере и изображать обиженную добродетель. Я надела свое лучшее зеленое платье, которое покупала специально для прощального ужина, сделала легкий макияж и спустилась вниз. Было около девяти вечера.
У бассейна никого не было – все переместились в пляжный бар «Маяк», откуда доносилась громкая музыка. Я пошла по деревянному настилу, освещенному гирляндами из желтых лампочек.
Бар был заполнен людьми. Найти наших оказалось несложно – их смех заглушал даже колонки. Они занимали большой угловой диван. Артур с женой, еще одна пара, и… Вадим.
Я остановилась за кустами декоративного олеандра, не дойдя до лаундж-зоны несколько метров. Муж сидел на диване, откинувшись на спинку. Его рука лежала на плече Карины. Блондинка что-то шептала ему на ухо, а он смеялся, придвигаясь к ней все ближе. Потом Карина взяла свой бокал, отпила глоток и протянула Вадиму. Он взял бокал из ее рук, глядя ей прямо в глаза, и выпил с того же края.
Это был не просто флирт. Это была интимность людей, которые уже перешагнули черту дозволенного между просто знакомыми. В этот момент Артур что-то крикнул бармену, все отвлеклись, а Карина быстро, мимолетно поцеловала Вадима. Муж не отстранился. Он лишь шире улыбнулся и крепче прижал ее к себе.
Внутри не было паники. Наступило странное спокойствие, какое бывает, когда долго ждешь страшного диагноза, и врач произносит его вслух. Все встало на свои места: и его раздражение, и внезапная щедрость за мой счет, и нежелание проводить время вдвоем.
Я не стала устраивать сцену, а просто развернулась и пошла обратно в отель.
***
В номере я достала свой чемодан. Сложила только свои вещи и косметику. Его рубашки, шорты и туфли остались лежать на полках шкафа в идеальном беспорядке.
Затем я открыла приложение на телефоне. Свободных денег на счету действительно почти не было, но у меня оставалась кредитная карта для экстренных случаев. Я купила билет на утренний рейс до Москвы на семь часов тридцать минут. Заказала такси на пять утра.
Оставалось решить вопрос с деньгами, которые лежали в сейфе. Там оставалось около пятнадцати тысяч рублей – остатки наших общих сбережений. Я забрала их все. Эти деньги заработала на отпуск сама, так что совесть моя была чиста. На столике у зеркала я оставила его паспорт, медицинскую страховку и обратный билет на самолет через два дня. Рядом положила ключ от номера.
Вадим пришел в начале четвертого. Он пытался двигаться бесшумно, но задел тумбочку. Я лежала, закрыв глаза, симулируя глубокий сон. Он быстро разделся и лег на самый край кровати, стараясь не касаться меня. От него снова пахло Кариной – этим приторным ванильным ароматом.
В пять утра сработал будильник на моем телефоне, поставленный на виброрежим. Я тихо встала, оделась в джинсы и футболку, обулась. Вадим даже не пошевелился, лишь тяжело вздохнул во сне.
Я взяла ручку чемодана, аккуратно приподняла его, чтобы колесики не гремели по кафельному полу прихожей, и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
***
Такси быстро мчало меня по пустому серпантину. Водитель, пожилой армянин, молчал, включив тихое радио. За окном занимался розовый южный рассвет. Море внизу казалось спокойным и бескрайним, словно и не было этих десяти дней разочарования.
В аэропорту я выпила чашку крепкого черного кофе без сахара. Телефон зазвонил, когда я уже прошла досмотр и сидела в накопителе у выхода на посадку. На экране светилось «Вадим». Было восемь часов утра. Очевидно, он проснулся и обнаружил мое отсутствие.
Я сбросила звонок. Тут же пришло сообщение:
«Ира, ты где? Что за фокусы? Где деньги из сейфа? У нас сегодня экскурсия на водопады запланирована!»
Я посмотрела на экран, чувствуя, как внутри зарождается смех. Про водопады он вспомнил. Про экскурсию. Я набрала ответ:
«Деньги забрала, потому что это мои деньги. Вещи твои в шкафу. Обратный билет на столике. Удачи с Кариной на водопадах».
И заблокировала номер.
В самолете я заняла свое место у окна. Когда лайнер набрал высоту, оставив под крылом полоску Черного моря и каменистые пляжи, я закрыла глаза. Мне не было жаль потраченных денег. Мне было жаль времени, которое я провела, пытаясь склеить то, что давно превратилось в труху.
Отпуск действительно изменил нашу жизнь, просто совсем не так, как я планировала. Дома меня ждал сын, чистая квартира и новая, совершенно свободная жизнь, в которой больше не нужно было оплачивать чужие развлечения.
