— Я забираю духовой шкаф, варочную панель и посудомойку, — заявил Дмитрий.
Он сбросил две пустые картонные коробки на пол прихожей.
— И вытяжку не забудь, — подала голос Валентина Борисовна, заходя следом за сыном. — Техника импортная, дорогая. Человек пришел на все готовое. Теперь мой сын должен уходить с одним рюкзаком?
Валерия стояла возле обувной полки и смотрела на бывших родственников. Развод официально состоялся неделю назад. Сегодня Дмитрий приехал забирать остатки вещей. Валерия работала финансовым аудитором. К цифрам, графикам и чужим истерикам она относилась как к неизбежным издержкам.
— Кухонный гарнитур встроенный, — ровно ответила Валерия. — Как ты собираешься это вытаскивать?
— Выкручу саморезы, — Дмитрий похлопал себя по карману куртки. — У меня инструмент с собой. Я лично покупал набор отличных отверток, чтобы регулировать тут петли.
— Ты их ни разу из коробки не достал, — напомнила Валерия.
— Не суть! — отмахнулся бывший муж. — Я вкладывал в этот быт свои силы. Закон четко регламентирует раздел совместно нажитого. Бюджет у нас был общий. Значит, делим по справедливости.
Слово «справедливость» в этой семье всегда имело особый смысл. Валерия сделала шаг назад, пропуская гостей в коридор.
— Проходите. Только обувь снимите.
Валентина Борисовна недовольно поджала губы. Она скинула ботинки, аккуратно поставила их с краю и прошла прямо на кухню. Дмитрий последовал за матерью.
Квартира принадлежала Валерии. Она купила её в ипотеку задолго до знакомства с Дмитрием. Ремонт доделывала тоже сама. Брала подработки, задерживалась на работе до ночи, чтобы быстрее закрыть долги перед банком.
Дмитрий в то время красиво рассуждал о будущем. Он работал в консалтинге. Должность звучала солидно, только проекты постоянно срывались. За пять лет брака его вклад в семью сводился к стратегическому планированию на диване.
— Так, — Валентина Борисовна по-хозяйски провела пальцем по столешнице. — Миксер где?
— В шкафу, — ответила Валерия, прислоняясь спиной к косяку.
— Миксер мы тоже забираем, — свекровь открыла ящик. — Это я дарила вам на годовщину. Значит, подарок Диме.
— Забирайте.
Валерии было не жалко миксера. Ей хотелось, чтобы они быстрее собрали коробки и ушли. Но Дмитрий не собирался ограничиваться мелочами. Он присел на корточки перед духовкой и начал осматривать крепления.
— Валерия, нам нужно быть объективными, — вещал он снизу. — Мы прожили здесь пять лет. Кто обслуживал эту кухню? Я. Мой труд тоже имеет эквивалент.
— Какой труд? — не выдержала Валерия. — Ты лампочку в вытяжке полгода менял.
— Я осуществлял общий контроль! — возмутился Дмитрий, поднимаясь. — Это мужская работа. Без меня тут бы всё развалилось. Поэтому я имею полное право на половину стоимости. Либо отдаешь деньгами, либо я забираю технику в свою новую съемную квартиру.
— Зачем тебе одному четыре конфорки? — спросила Валерия.
Она сложила руки на коленях, присев на край табурета.
— А зачем тебе? — тут же встряла Валентина Борисовна. — Ты готовишь раз в неделю. Одни полуфабрикаты трескаешь. Диме нужно нормально питаться. Ему стресс заедать надо после такой семейной жизни.
Валерия перевела взгляд на свекровь.
— После какой?
— После ужасной! — Валентина Борисовна выпрямилась. — Ты же его со свету сживала. Вечно недовольная. Вечно на работе. Мужчина должен чувствовать заботу, а ты только квитанции за коммуналку ему под нос совала.
— Потому что он ни за что не платил, — спокойно парировала Валерия.
— У него был сложный период! — отрезала свекровь. — Кризис в отрасли!
Кризис в отрасли у Дмитрия длился все пять лет. Сначала он искал себя. Потом ждал повышения. Потом начальник оказался самодуром, и Дмитрий уволился в никуда. Базовые расходы легли на Валерию.
— Дима, доставай инструмент, — скомандовала Валентина Борисовна. — Раз она по-хорошему не понимает, будем демонтировать.
Дмитрий достал из кармана отвертку.
— Валерия, я не хочу скандала, — примирительно начал он. — Я предлагаю досудебное урегулирование. Ты переводишь мне на карту кругленькую сумму за мою долю в технике, и мы расходимся.
— Твою долю? — Валерия усмехнулась.
— Совместно нажитое имущество делится пополам, — как по учебнику отчеканил бывший муж. — Шкафы можешь оставить себе. Мне нужна только начинка.
Валерия встала. Она прошла в комнату. Вернулась через минуту, держа в руках стопку бумаг. Никаких папок, просто скрепленные степлером листы.
— Вот, — она положила бумаги на край стола. — Смотри.
Дмитрий подозрительно покосился на распечатку.
— Что это?
— Договор подряда на изготовление мебели. И чеки.
Валентина Борисовна вытянула шею, пытаясь рассмотреть текст.
— Ну и что? — Дмитрий пожал плечами. — Я знаю, что мы покупали эту кухню.
— Обрати внимание на даты, — Валерия ткнула пальцем в верхнюю строчку.
Дмитрий прищурился.
— Тринадцатое апреля. И что?
— Акт приема-передачи подписан десятого мая, — продолжила Валерия, листая страницы. — Выписки с моего счета. Оплата сто процентов.
— Мы жили вместе в тот момент! — Дмитрий начал закипать. — У нас был фактический брак.
— Фактического брака в законе нет, — Валерия говорила ровно, без эмоций. — Есть сожительство. Свидетельство из ЗАГСа датировано четырнадцатым января следующего года.
На кухне повисла неловкая пауза. Было слышно только, как за окном гудит проезжающий мусоровоз.
— Техника была оплачена и установлена за восемь месяцев до свадьбы, — добила Валерия. — Из моих личных средств. Она не входит в совместно нажитое имущество.
Дмитрий отложил отвертку на стол.
— Подождите, — он растерянно посмотрел на мать. — Но я же контролировал замерщиков! Я с работы отпрашивался!
— Ты тогда вообще не работал, — напомнила Валерия. — И замерщиков встречала я.
Валентина Борисовна побагровела.
— Это что же получается? — она уперла руки в бока. — Мой сын пять лет пользовался чужим? Жил на птичьих правах?
— Получается так.
— И ты хочешь сказать, что ему вообще ничего не достанется? Ни копейки?
— Ему достанется миксер. Вы его уже в коробку положили.
Дмитрий нервно потер подбородок.
— Валерия, это нечестно. Мы же семья были. Я в эту квартиру душу вложил.
— Куда именно? — поинтересовалась она. — Покажи пальцем. В обои, которые я сама клеила? В плитку, за которую платила с премии? Или в этот шкаф?
Она подошла к крайнему шкафчику, дверца которого слегка провисла.
— Ты даже петлю за пять лет подтянуть не смог.
— Я собирался! — вспылил Дмитрий. — Я инструмент купил!
— Забери инструмент, — разрешила Валерия. — Он в нижнем ящике лежит. Ни разу не открытый.
Валентина Борисовна вдруг сменила тактику. Напор исчез, появилась вкрадчивая жалость.
— Лерочка, ну зачем ты так? — она прижала руки к груди. — Ну не сложилось у вас, бывает. Но Диме же надо с чего-то начинать новую жизнь. Квартиру снимать дорого. Первый взнос, залог. Помоги ему по-родственному. Дай хоть немного денег на первое время.
Валерия уставилась на бывшую свекровь.
— Спонсировать переезд вашего сына? Серьезно?
— Ну а что такого? — искренне удивилась Валентина Борисовна. — У тебя зарплата хорошая. Детей нет. Куда тебе одной столько денег? А мальчику тяжело сейчас. Он в стрессе.
Дмитрий стоял рядом и кивал, полностью соглашаясь с матерью.
— У него два высших образования, — ответила Валерия. — Руки-ноги целы. Пусть идет работать.
— Да куда он пойдет! — запричитала свекровь. — Кругом копейки платят! Ему должность нужна руководящая!
— Значит, пусть ищет руководящую.
Валерия сгребла бумаги со стола.
— Собирайте свои вещи. Мне нужно уходить.
— Ах вот как! — Валентина Борисовна мгновенно вернулась к привычному тону. — Вышвыриваешь нас? Ничего, бог не Тимошка, видит немножко! Отольются кошке мышкины слезки!
Она схватила со стола коробку с миксером и демонстративно сунула ее в руки сыну.
— Пошли, Дима. Нечего нам тут делать. Подавится она своей кухней.
Дмитрий попытался сохранить остатки достоинства.
— Я еще проконсультируюсь с юристом, — бросил он, натягивая куртку. — Посмотрим, что он скажет насчет неосновательного обогащения.
— Удачи, — Валерия открыла перед ними входную дверь.
Они вышли на лестничную клетку. Валентина Борисовна продолжала громко возмущаться, спускаясь по ступеням. Дмитрий молча тащил коробку.
Повернулся ключ. Валерия заперла замок на два оборота.
В квартире было спокойно. Она прошла обратно на кухню. Включила кофемашину, которую сама себе подарила с новогодней премии. Машина тихо зажужжала, перемалывая зерна.
Валерия посмотрела на тот самый крайний левый шкафчик. Дверца действительно висела криво.
Она выдвинула нижний ящик. На самом дне лежала прозрачная пластиковая коробка. Набор немецких отверток. Дмитрий так спешил уйти, угрожая судами, что забыл свой единственный реальный вклад в этот дом.
Валерия достала крестовую насадку. Инструмент был абсолютно новым. Она подошла к шкафу, вставила насадку в паз винта на верхней петле и сделала два коротких поворота вправо.
Дверца выровнялась идеально.
Валерия убрала отвертку обратно в ящик. Взяла кружку со свежим кофе и присела за стол. Впереди были свободные выходные, никаких отчетов и полное отсутствие необходимости выслушивать стратегии развития от бывшего мужа.
