Лиза, высокая светловолосая девушка, приехала учиться в Подмосковье из посёлка Тверской области. Там жила ее тётушка с семьёй, и Лиза вместе с двоюродной сестрой Таней поступила в техникум.
Лиза считала себя некрасивой, и оттого была тихой и скромной, стараясь не выделяться среди сверстниц. Татьяна после окончания техникума сразу же вышла замуж, а на долговязую Лизу парни не смотрели…
Тогда решила она поехать работать на Север.
— Ты с ума сошла, доченька, — плакала мать, — в такие холода, к чему это?
— Там жилплощадь дадут, мама, и зарплаты высокие, — успокаивала родителей Лиза, — поработаю немного, и вернусь с деньгами. Ты же знаешь — я расчётливая, экономить буду.
На самом деле девушка надеялась там встретить свою судьбу. Ведь много парней едут туда заработать. К тому же, парень с их техникума Олег ехал тоже туда, а он ей нравился…Ехали ещё несколько девушек и парней с их городка, и Лиза радовалась, что станет самостоятельной и будет свободной от родительского и тётушкиного контроля.
Так она оказалась в двадцать лет в Воркуте, где стала работать бухгалтером.
Первый год Лиза удивлялась местному суровому климату и привыкала. Условия жизни были не слишком комфортными в те семидесятые годы: жила она в деревянном доме, больше похожем на барак. Печи топили они с девушками сами, но правда, был барак очень тёплым и не продуваемым. И зарплаты были хорошими. Но больше всего нравилось Лизе продуктовое снабжение. В магазинах было всего полно, словно при коммунизме, начиная с тушёнки, сгущенного молока и до фруктов и молочной продукции.
Олег тоже работал на стройке, но как ни старалась Лиза поддерживать с ним дружеские отношения, парень не обращал на неё внимания, и вскоре женился на симпатичной Алёне.
Лиза переживала, стараясь скрыть своё разочарование в первой неразделённой любви, но потом успокоилась, решив сосредоточиться на своей цели: накопить побольше денег, чтобы купить потом себе квартиру в Подмосковье, где она училась.
— Не переживайте вы обо мне, тут хорошо…- звонила она родителям, — я ни в чём не нуждаюсь, и дружу с девчонками. Так что не одна.
Действительно , Лиза была в хороших отношениях с девушками и коллегами. Вместе они ходили в кино и на танцы, на концерты. Но вскоре её подруги вышли замуж, а некоторые не прижились на Севере и уехали на свою родину. А Лизе уже стал привычен постоянный холод, коротенькое лето в месяц-полтора с его высокими травами, обилием ягод и грибов и красивыми закатами…
Домой она ездила раз в год, рассказывала родным о своей работе и хорошей жизни, а потом снова возвращалась в Воркуту.
Странно, но когда город обновился, и в новостройке Лизе предоставили отдельную квартиру, ей не стало от этого лучше и радостнее.
Казалось, что именно в теплом деревянном бараке с девчонками-сверстницами была у неё семья, а одной не с кем было и словом перемолвиться…
На работе Лизу уважали и ценили, она не торопилась домой, усердно выполняя все расчёты вовремя.
Так шли годы. Романов у Лизы и не было, лишь невинный флирт в больших компаниях на праздниках.
Деньги на вкладе копились, жила Лиза экономно, как привыкла.
Тридцать лет трудилась она на Севере, до выхода на пенсию по выслуге лет. И так привыкла к Воркуте, что не сразу хотелось ей и домой на родину ехать.
Но к тому времени уже не стало её отца, заболела мама, и пришлось Лизе возвращаться. Мать звонила и звала ее к себе.
Лиза вернулась в свой посёлок, но однокомнатную квартиру купила себе в Подмосковье, где училась и жила раньше у тётушки. Перевезла она вскоре к себе в Подмосковье и старенькую мать, которая не могла нарадоваться возвращению дочери.
Но Лизе нелегко давался уход за мамой, поскольку привыкла она всю жизнь жить одна и только для себя.
Мать хорошо хоть ходила сама и каждый день сидела на скамеечке у подъезда. Там она познакомилась с соседями, рассказывая им про свою хорошую дочку.
— Лизонька меня сюда привезла, одну не бросила, а тут и врачи хорошие, и больница рядом, почти Москва, — говорила мать соседу Николаю Николаевичу. А он слушал её, поддерживал беседу, потому что сам был вдовцом и иногда присаживался на лавочку поговорить.
Мать так старалась познакомить свою Лизу с одиноким соседом, расхваливая её порядочность, хозяйственность и чистоплотность, что Николай Николаевич стал особенно вежливо с улыбкой приветствовать Лизу. А она была в хлопотах: то из аптеки торопится, то с рынка несёт овощей и мяса, или развешивает белье во дворе.
— Доченька, обрати ты внимание на Николая, добрый он человек, — просила мать.
— Мам, нам с тобой никого не надо, — отмахнулась дочь, — к тому же какая я невеста на шестом десятке? Мне бы за тобой ухаживать сил хватило, а ты мне ещё пенсионера сватаешь. Я ему зачем? Чтобы ухаживать?
Мать обиженно замолкала, а на следующий день говорила:
— Тебе Коля кланяется, зовёт на рынок вместе идти, обещает помочь сумки нести…
Лиза скрывала улыбку и шла на рынок с соседом, чтобы не расстраивать мать. Николай Николаевич был тоже высоким, под стать Лизе, и на удивление, были они даже чем-то похожи.
Так постепенно и сдружились соседи, и стал Николай непременным участником всех застольев и праздников в семье Лизы.
Но значимость Николая в своей жизни Лиза оценила когда не стало мамы, а вслед за ней и тётушки. Николай Николаевич поддерживал Лизу как мог: и словом, и делом. Даже ремонт затеял в её квартире, самолично оклеивая комнату и меняя электропроводку.
— Виновата я перед родителями, — признавалась ему Лиза, — мало чем помогала, жила далеко, даже виделись редко… А вот теперь, когда их нет, так жалко, что так моя жизнь прошла…
Николай молчал, тоже вздыхал, а потом брал руку Лизы и целовал.
— Значит, судьба. Не укоряй себя. Мать тобой была довольна, всегда гордилась, лично мне тебя хвалила…- говорил он, — и теперь ты не одна. Мы вместе. По крайней мере я так считаю, что мне с соседкой повезло…
Лиза гладила его руку и кивала. Ещё некоторое время назад она бы ни за что не поверила, что сможет полюбить. Ведь уже возраст! А ещё столько одиноких лет жизни на Севере.
Уже тогда она считала, что ей и так хорошо, и что одной даже лучше и проще: ни за кого не надо переживать.
А теперь… Теперь и дня не проходило, чтобы они не виделись, не узнавали о самочувствии друг друга и не планировали свои “прогулки по магазинам”.
Единственный сын Николая жил и работал в столице, навещал отца, или приглашал его иногда в гости вместе с Лизой.
Так она обрела своего любимого человека, и была счастлива, что хоть поздно, на пенсии, но есть у нее теперь такая поддержка и участие от неравнодушного порядочного человека.
— Всё-таки какая мудрая была моя мама, — вздыхала Лиза у маленькой домашней иконы, — уходя, нашла мне доброго друга, да рядом совсем. Словно бы меня замуж отдала, как всегда мечтала…
О замужестве Лиза и слышать не хотела, даже стеснялась таких разговоров. И Николай Николаевич согласился остаться на правах друга, лишь бы Лиза не волновалась ни о чём.
Относились они друг у другу нежно и ласково, заботясь о здоровье и выходя на прогулку в парк или идя на концерт нарядными и счастливыми…
