Маргарита никогда не говорила невестке Юле в глаза, что она думает о ней. А думает она много чего и постоянно жалуется на нее своей подруге Людмиле. Маргарита понимает, что негатив нельзя держать в себе, его нужно периодически выплескивать.
— Если отрицательные эмоции превысят критическую массу, может так рвануть, что мало не покажется, — говорила она Людмиле, — и я не хочу попасть в больницу с нервным срывом. Ты уж прости меня, подруга, что я весь негатив сгружаю на тебя, — а та улыбалась.
Людмила, если честно, для этой цели подходила идеально. Она по жизни оптимистка и жизнелюбка, защищенная от негатива извне толстой броней здорового пофигизма. Так что сброс своей негативной энергии Маргаритой, на ней совсем не отражается. Жалобы Маргариты скатывались по ней, как вода по стеклу, не оставляя ни следа, ни плохого настроения. Рита разгружалась, Людмила допивала кофе, и обе оставались довольны.
— Давай встретимся в нашей кофейне, — предложила Маргарита, сжимая телефонную трубку, голос ее звучал так, будто она только что проглотила лимон.
— Невестку песочить будешь? — беззлобно спросила Людмила, усаживаясь за столик у окна и кивая знакомой официантке.
Она прекрасно знала: других раздражителей у Риты нет. Маргарита была женщиной самодостаточной, жила одна, работала экономистом в небольшой фирме, хотя пенсионный возраст уже давно наступил, приличная зарплата, плюс пенсия. Одинокой она себя не считала, несмотря на то, что семь лет назад похоронила мужа. У нее был сын Игорь, женатый на той самой Юле, и двое внуков, которых Рита очень любила.
— И угораздило жениться моему Игорьку на Юльке, на этой авантюристке, — выдала Маргарита, даже не поздоровавшись как следует.
Людмила удивленно подняла бровь.
— Ого, это что-то новенькое, — сказала она, с интересом разглядывая подругу. — Раньше она у тебя была никудышной хозяйкой, лентяйкой, транжирой, но «авантюристка» — это я слышу впервые. И что же случилось на этот раз?
Маргарита выдохнула, придвинула к себе чашку с капучино и принялась яростно помешивать пенку.
— Вчера прихожу к ним, — начала она трагическим шепотом. — Планировала спокойно посидеть с внуками, пока они дома. Думала, порядок наведу. А захожу, и что я вижу? На кухне гора немытой посуды. На журнальном столике пыль, рукой можно писать! А она… А она танцует с детьми! — воскликнула Маргарита, и ее лицо покрылось пятнами праведного гнева. — Представляешь? Они включили громкую музыку и Юлька, вместо того чтобы взять тряпку, скачет по гостиной, как коза. А дети визжат от восторга, кувыркаются на полу. Игорь стоит в дверях и улыбается, как идиот! Я, говорит, пришел с работы, а тут такое счастье.
Людмила с трудом сдержала улыбку. Она представила эту картину и на мгновение даже позавидовала той самой Юльке.
— Ну, детям полезно двигаться, — осторожно заметила она.
— Полезно? -фыркнула Рита. — Посуда грязная, в доме бардак, а она считает, что это нормально. Я ей говорю:
— Юля, совесть-то имей, убери сначала.
А она мне в ответ:
— Маргарита Степановна, дети растут быстро, а посуда никуда не убежит. Мы потом уберем. Ну, не наглость?
Маргарита театрально опустила чашку на блюдце, и оно тонко звякнуло.
— А дальше — самое главное! Ты представляешь, что эта авантюристка удумала? Она заявляет мне с сияющей физиономией:
— А вообще, Маргарита Степановна, я решила свой бизнес открыть. Я ушам своим не поверила. Я хочу открыть школу танцев.
Людмила откинулась на спинку стула и расхохоталась.
— Боже мой, Рита, это же чудесно! Она танцует с детьми, у нее глаза горят. Она хочет дарить людям радость! Что тут плохого?
Маргарита посмотрела на подругу с укоризной.
— Ты, Люда, вечно всё в розовом свете видишь. Какая школа? Во-первых, у них двое детей, которые требуют денег. Во-вторых, кто будет сидеть с внуками, пока она будет свои танцы преподавать? Я, что ли? А в-третьих, я ее знаю: это очередная блажь. Через месяц она остынет, а деньги, которые Игорь в это вложит, будут выброшены на ветер.
— А Игорь-то что? — спросила Людмила.
— Игорь, — Маргарита тяжело вздохнула, — сказал, что поддерживает её. Поддерживает! Он сказал, что Юля очень талантливая, пусть пробует. Это он мне, которая двадцать лет в экономике отпахала, говорит о какой-то танцевальной талантливости! Да откуда у нее талант, если она дома бардак развела?
Людмила дождалась, пока подруга наконец выдохнет, и взяла её за руку.
— Рита, успокойся. Ты приходишь в гости к счастливым людям и ищешь там повод для расстройства. Ну, грязная посуда. Ну и что? Они танцевали. Они веселились. Они любят друг друга. Ты разве не этого для своего Игорька хотела? Или ты хотела, чтобы он жил по твоим правилам — тихо, чисто, предсказуемо, но без этого вот безумного блеска в глазах?
Маргарита нахмурилась, обдумывая слова подруги.
— Но… порядок же должен быть, — пробормотала она уже не так уверенно.
— Порядок будет, — ласково сказала Людмила. — Дети вырастут, и в доме станет чище. Но это детство, которое они запомнят как танец с мамой, оно уже никогда не повторится. У тебя было такое с Игорем?
Маргарита задумалась. С Игорем у них были только тихие вечера и вымытая посуда. Она вдруг остро и болезненно поняла, что её сын никогда не смеялся так, как сейчас, глядя на свою жену.
— И вообще, — лукаво добавила Людмила, пойдем к ней на открытие? — хитро прищурилась Людмила. — Хотя бы посмотреть, как она там учит народ танцам.
Маргарита вздохнула, но в ее взгляде уже не было той колючей злости.
Подруги рассмеялись. И Маргарита вдруг поймала себя на мысли, она ужасно гордится тем, что ее невестка именно такая. Смелая, энергичная, авантюристка. А она просто слишком долго боялась это признать даже самой себе. Маргарита молчала, когда невестка рассказывала о ремонте в зале. Молчала, когда видела, как Игорь таскает тяжёлые коробки с новым оборудованием.
А потом однажды, за воскресным обедом, Юля неожиданно повернулась к ней и сказала, словно речь шла о походе в магазин за хлебом:
— Маргарита Степановна, в среду открываю школу танцев. Приходите. Будет интересно, — Маргарита поперхнулась компотом.
— Куда? — переспросила она, вытирая губы салфеткой.
— Ко мне в студию, — улыбнулась Юля. — Не как критик, а как гостья. Посмотрите, чем я занимаюсь. Детей там не будет, первый урок для взрослых. Приходите, пожалуйста. Буду очень рада.
Игорь посмотрел на мать с надеждой. Дети за столом захихикали и захлопали в ладоши, крича:
— Бабушка, иди, там весело!
Маргарита хотела отказаться. Честное слово, она уже открыла рот, чтобы выдать дежурное:
— Я слишком стара для таких глупостей, — но Людмилин голос в голове сказал:
— Подумаешь, пыль. Зато у неё мечта.
— Хорошо, — неожиданно для самой себя ответила она. — Приду.
В среду вечером Маргарита, тщательно выбрав платье, стояла перед входом в небольшое, но светлое помещение в центре города. Зал был скромным: зеркала во всю стену, деревянный пол, музыкальная аппаратура. Никаких шариков, никаких торжественных речей. Юля просто подошла к пульту, включила музыку и начала вести урок.
Первые минуты Маргарита сидела на стуле у стены, скрестив руки на груди, и исподлобья наблюдала. На площадку пришли несколько женщин и мужчин. Юля подбадривала всех, показывала движения, не делая скидки на возраст или комплексы.
И тут случилось неожиданное: Юля повернулась к свекрови.
— Маргарита Степановна, идите сюда, — позвала она. — Нам не хватает одной пары. Георгий Ильич покажет вам азы.
— Я не умею! — испуганно выдохнула Рита, вскакивая со стула. — Я вообще танцевать не умею, я же…
— Мы все здесь учимся, — улыбнулся мужчина, подходя к ней.
Он протянул руку, и в его глазах мелькнула искренняя радость.
— Ну слава Богу, нашлась и для меня партнёрша. А то я в этой группе чувствовал себя белой вороной. Меня, кстати, зовут Георгий.
Маргарита растерянно взяла его ладонь. Ладонь была тёплой и надёжной. Георгий Ильич был высоким, седовласым, с приятным баритоном и лёгкой улыбкой, которая стирала все её страхи.
— Я… попробую, — пробормотала она, краснея.
Юля включила медленный вальс, и Георгий обхватил её за талию. Рита забыла, как дышать. Ей показалось, что она стоит в центре земли, а вокруг мир закружился в плавном ритме. Она переставляла ноги неуверенно, то и дело наступая своему партнёру на ноги, но он только тихо смеялся и говорил:
— Ничего, ничего, привыкнем.
Урок пролетел за один миг. Когда музыка стихла, Маргарита тяжело дышала, но на её лице сияла улыбка. А дальше всё пошло, как по маслу. Маргарита стала постоянной ученицей. Она приходила на каждое занятие, и Георгий Ильич всегда ждал её у входа. Сначала они репетировали только в зале, потом задерживались после уроков, обсуждая музыку и жизнь. А через месяц он пригласил её на прогулку в парк.
Людмила позвонила как-то вечером, чтобы спросить, как дела.
— Рита, ты какая-то другая, — удивилась она. — Голос звенит. Что случилось? Невестка опять посуду не помыла?
— Да какая посуда, Люда! — воскликнула Маргарита, и в трубке раздался звонкий, почти девичий смех. — У меня в жизни такое происходит! Во-первых, я танцую. Представляешь? Я танцую! А во-вторых, у меня появился… ну как бы это сказать…
— Мужчина, — догадалась Людмила. — Тот самый Георгий из твоих рассказов?
— Да, — прошептала Маргарита, — он пригласил меня в кино. И мы теперь гуляем по вечерам.
— Так это ж здорово! — проговорила Людмила.
— Да, Людочка, да…Я сама не верила, — призналась Рита. — Думала, это просто танцы. А оказалось, что это моя новая жизнь. Знаешь, а ведь я была неправа насчёт Юли. Она не просто авантюристка. Она вдохновительница. Если бы не её школа, я бы так и сидела дома с валерьянкой, поливала цветы и ворчала на весь мир.
они были самой счатливой парой в зале
С тех пор в их семье всё изменилось. Маргарита перестала замечать пыль на столиках и немытую посуду. Когда она приходила к сыну, её руки сами тянулись к внукам, чтобы обнять их, а не к тряпке, чтобы протереть пол. Она и Юля стали настоящими подругами. Они вместе пили чай, обсуждали планы на новые танцевальные вечера, и однажды Юля шепнула мужу:
— Твоя мама влюбилась. Смотри, как она светится.
— Это же я её на танцы привела, — Игорь только улыбнулся и обнял жену.
А Маргарита и Георгий Ильич теперь не расставались: он стал её партнёром по танцам, а потом и по жизни. Они вместе ездили на соревнования, танцевали на вечеринках в школе Юли и были самой счастливой парой в зале. И однажды, глядя на них, Юля сказала Игорю:
— Знаешь, самое классное в этой школе не мои мечты, а то, что я помогла твоей маме найти свои.
И Маргарита, услышав это, впервые за долгие годы подошла и крепко обняла невестку.
— Спасибо тебе, дочка, — тихо сказала она.
И эти слова прозвучали искренне, без тени прежнего ворчания.
