— Выметайтесь на дачу, ребенку нужна отдельная комната!
Елена загородила проход на кухню. На ней была цветастая домашняя кофта, а губы кривились в недовольной гримасе.
— А губа не треснет? — поинтересовалась Галина.
Она не спеша сняла с плиты закипевший чайник и налила кипяток в кружку. Невестка жила в ее просторной трешке уже полгода. Переезд подавался как временная мера. Сын Сергей уверял, что им нужно скопить на первый взнос, пожить буквально пару месяцев, чтобы не тратить деньги на съемную квартиру. Но аппетиты Елены росли.
— Вообще-то, это ваш единственный внук! — рявкнула невестка.
— И что дальше?
— Ему год скоро. Он ползает. Ему пространство требуется. А вы тут со своими цветами и книжками целую комнату занимаете. У вас же дача простаивает!
— Милая моя, — Галина присела на табурет у окна.
Она спокойно посмотрела на раскрасневшуюся Елену.
— Это моя квартира. Я на нее горбатилась двадцать лет. А дача — летний домик. Я туда в ноябре не поеду морозить кости ради твоих хотелок.
— Сергей сказал, что вы потерпите! — не унималась невестка.
Галина лишь покачала головой. Сын работал на износ. Он брал ночные смены на складе, приезжал домой серый от усталости, отдавал жене заработанное и ложился спать. Сергей слова поперек жене сказать не мог, вечно чувствовал себя виноватым, что не может сразу купить ей дворец. А Елена тем временем методично выживала свекровь из собственного дома. То вещи переложит, то гостей позовет, то скандал на ровном месте устроит из-за немытой тарелки.
— Сергею я сама позвоню, — осадила ее Галина. — И мы обсудим, кто и что потерпит.
— Вы только и умеете, что жаловаться!
— Угомонись. У Димочки сегодня плановый осмотр, врач с минуты на минуту придет. Медкарту приготовила?
Лицо Елены мгновенно вытянулось. Она засуетилась, дернула край кофты, отвела взгляд в сторону.
— Я сама покажу! Не лезьте в наши дела. Это ваша обязанность — внука обеспечивать, а не по врачам с ним сидеть.
— Моя обязанность? — Галина усмехнулась. — Я на пенсии. Моя единственная обязанность — отдыхать.
— Вот и отдыхали бы на природе! — огрызнулась невестка.
Галина пропустила наглость мимо ушей. Она замечала эту нервозность невестки уже несколько недель. Елена постоянно прятала пухлую детскую тетрадь с анализами, вздрагивала от каждого звонка из поликлиники, сама бегала забирать все выписки из регистратуры. Свекровь списывала это на обычную тревожность молодой мамаши.
В прихожей провернулся ключ.
Галина выглянула из кухни. На пороге стоял Сергей. Он тяжело стянул ботинки, бросил связку на тумбу и привалился плечом к стене. Под глазами залегли темные круги.
— Мам, Лен, вы опять? — устало спросил он.
— Твоя мать отказывается съезжать! — тут же встряла Елена.
Она выскочила в прихожую, едва не сбив мужа с ног.
— Я ей объясняю, что Димке ползать негде, а она за свои метры трясется!
— Лен, давай потом, — Сергей потер виски. — Я с ног валюсь. Две смены отпахал.
— Вот именно! Ты пашешь, а она нам даже помочь не хочет! Мы ютимся в одной комнатушке, как бедные родственники.
— Елена, замолчи, — без выражения отозвалась Галина. — Дай мужу раздеться.
— А вы мне рот не затыкайте!
Сергей грузно прошел в комнату и опустился в кресло. Он даже не стал переодеваться. Галина смотрела на сына и чувствовала, как внутри закипает глухое раздражение. Здоровый лоб, а позволяет этой вертихвостке вить из себя веревки.
— Сергей, скажи ей! — требовала Елена, стоя над мужем.
— Что сказать? — он поднял тяжелый взгляд. — Мама права. Это ее квартира. Мы договаривались на три месяца. Прошло полгода.
— Ах, договаривались! — всплеснула руками невестка. — А о ребенке кто подумает? Я для кого стараюсь? Для чужого дяди?
— Никто тебя на улицу не гонит, — вмешалась Галина. — Но переезжать в угоду тебе я не собираюсь. Ищи съемную.
— На какие шиши? — взвизгнула Елена. — Ваш сын копейки в дом приносит!
— Мой сын работает сутками. А вот куда уходят эти деньги — большой вопрос. Ни новых вещей у внука, ни отложенных средств на взнос я что-то не вижу.
Елена отступила на шаг. Ее глаза сузились.
— Вы в мой кошелек не лезьте. Я мать, мне виднее, что покупать.
В дверь позвонили.
Разговор оборвался. Галина пошла открывать. На площадке стоял Александр. Пожилой педиатр из местной поликлиники знал их семью лет тридцать. Он еще маленького Сергея от простуд лечил, а теперь вот взялся за внука.
— Проходи, Саша, — дружелюбно позвала Галина.
— Привет, Галя. Пациент готов?
— В манеже ползает, — кивнула она.
Александр вымыл руки, прошел в детскую и осмотрел малыша. Елена стояла рядом, спрятав руки в карманы, и сверлила врача колючим взглядом. Сергей дремал в кресле неподалеку.
— Крепкий парень, — констатировал педиатр. — Растет как на дрожжах. Результаты анализов вчера пришли, я распечатку принес. Вклеим в карточку. Где она у вас?
Елена метнулась к полке.
— Я сама вклею! — выпалила она. — Давайте сюда бумажку.
— Да бросьте, мне не сложно, — Александр отстранил ее руку.
Он сам достал с полки пухлую тетрадь, открыл обложку и пробежался глазами по верхнему листу. Вдруг он нахмурился. Поправил очки на переносице. Перевернул страницу назад.
— Интересная картина, — задумчиво произнес врач.
— Что там, Саша? — Галина шагнула ближе.
— Инфекция? — подскочил в кресле проснувшийся Сергей.
— Да нет, Серёжа. Никакой инфекции. Тут просто… странно.
Александр посмотрел на молодого отца.
— Я же тебя с пеленок помню. У тебя первая группа крови. Положительная.
— Ну да, — подтвердил Сергей. — В военном билете даже штамп стоит.
— А у Елены в обменной карте значится вторая, — врач постучал пальцем по бумаге. — Я точно помню, мы еще резус-конфликт исключали год назад.
— И что с того? — огрызнулась Елена.
Она отступила к стене.
— Отдайте карту, вы не имеете права копаться в личных данных!
— А то, — Александр снял очки, игнорируя ее выпад. — У родителей с первой и второй группой ребенок никак не может родиться с четвертой. Биология так не работает. Ни при каких условиях.
В комнате повисла тяжелая пауза. Было слышно только, как на улице сигналит машина, да в манеже кряхтит малыш.
Сергей медленно поднялся с кресла. Сонливость мгновенно исчезла. Он посмотрел на жену.
— Что это значит? — хрипло спросил он.
Галина перевела взгляд с врача на невестку. Все кусочки разом сложились. И эти вечные отлучки Елены в первый год брака к «подругам». И странная спешка с переездом именно сейчас, когда ребенок начал подрастать. И наглое желание выгнать свекровь из дома на дачу, чтобы остаться полновластной хозяйкой до того, как Сергей начнет задавать вопросы, на кого похож мальчик.
— Ах вот оно что, — произнесла Галина. — Значит, вот почему мы так карту прятали.
— Это ошибка лаборатории! — затараторила Елена.
Она замотала головой.
— Вы все врете! Старый дурак! Да как вы смеете!
Елена попыталась выхватить карту, но Александр убрал документ в свой портфель.
— Я выпишу направление на повторный тест, — сухо обронил он. — Для успокоения совести. Но лаборатория у нас ошибается редко. Счастливо оставаться, Галя.
Врач вышел в прихожую. Галина закрыла за ним дверь и вернулась в комнату.
Елена жалась спиной к дверному косяку. Вся ее недавняя спесь, весь апломб хозяйки жизни испарились без следа. Сергей стоял посреди комнаты и смотрел на нее так, будто видел впервые.
— Сергей, послушай, — сбивчиво начала невестка.
Она сделала шаг к мужу.
— Это бред. Нас просто хотят рассорить!
— Кто хочет? — спросил он ледяным тоном.
— Твоя мать! Она Александру приплатила! Она спит и видит, как бы нас развести, чтобы в своей трешке одной куковать!
Галина даже не усмехнулась на этот абсурд. Она просто подошла к тумбе, взяла ключи от квартиры, которые Елена обычно носила в кармане куртки, и положила их на комод.
— Собирай манеж, — припечатала Галина.
— Вы не имеете права! — попыталась пойти в наступление невестка.
Она дернулась к мужу.
— Серёжа, ну скажи ей! Ты же мой муж! Ты должен меня защищать!
Но Сергей просто развернулся, молча вышел на балкон и плотно прикрыл за собой дверь. Галина видела через стекло, как он достал телефон и начал кому-то набирать номер.
— Вещи в пакеты, — Галина указала на шкаф.
— Я никуда не поеду! Это дом моего ребенка!
— Твой ребенок поедет с тобой. Дачу предлагать не буду, извини. Сама найдешь, куда метры расширять.
— Да вы… да я вас по судам затаскаю! Вы нас на улицу выгоняете!
— Не кричи, — поморщилась Галина. — Соседей перебудишь. У тебя час на сборы.
Прошло полгода.
Галина сидела на кухне и не спеша пила кофе. В квартире было просторно. Из детской больше не доносились крики, а на полках снова стояли ее любимые цветы, которые невестка порывалась выбросить.
Елена съехала к своим родителям в тот же вечер. Сын спорить не стал, просто помог ей спустить сумки к такси. Он перестал брать ночные смены, снял себе небольшую однушку поближе к работе и наконец-то начал высыпаться. Выглядел он теперь как живой человек, а не как загнанный работник склада.
Насчет анализов Сергей Галине ничего больше не говорил. Просто в один из дней принес документы о расторжении брака и положил на стол.
А Галина больше не планировала пускать родственников в свою квартиру. Даже временно.
