— А ты в курсе, что твой Левка таскается с новенькой?
— А ты знаешь, что у них – скоро свадьба?
— А ты знаешь, какие у нее богатые родители? И что – тебе все равно и даже не станешь мстить?
Зина иногда отшучивалась, иногда отмалчивалась, но до обсуждения бывшего любимого не опускалась.
«Сегодня не приду!» – было написано на небольшом листке, придавленном магнитной пуговицей к дверце холодильника.
Зина поморщилась: она ожидала совсем не этого.
Тезка известного Хоботова – Лев Евгеньевич Кузин любил писать записки. Как в любимом сериале про Каменскую: Включи – будет пицца. Нажми – будет сок.
И это, вовсе – не про любовь к каллиграфии. Это – про отношения и заботу о человеке, живущем рядом.
А Зина любила читать эти небольшие записочки:
«Ты сегодня храпела».
«Хлеба куплю: с тебя гренки!»
«Маринка в субботу звала на шашлыки – готовься!»
«У мамы скоро юбилей – поможешь с подарком?»
В принципе, все можно было обсудить и без этих клочков бумаги – за ужином, например.
Но Зиночке было очень приятно, встав, обнаружить эти небольшие знаки внимания: о ней думал любимый человек, она была ему нужна!
Они оба работали в одной поликлинике: медсестра Зина снимала ЭКГ в кабинете функциональной диагностики, Лева вкалывал хирургом.
Нет, они не были женаты, как можно было подумать. Хотя уже больше года жили вместе. И все в поликлинике об этом знали. Потому что оба позиционировали себя, как пара – да, муж и жена: никто ничего не скрывал.
Ну, да: они не были женаты, и что? Еще успеют пожениться – обоим не было и тридцати.
Смены у Зины и Льва не совпадали. Может, это было даже к лучшему: в противном случае получалось бы, что они все время вместе – и на работе, и дома.
А даже харчо каждый день надоедает. Не говоря уже об отношениях. И эти вынужденные перерывы были, как нельзя, кстати.
Но сегодняшняя записка заставила девушку задуматься: «Сегодня не приду!»
Это было впервые за все время: Лева каждый вечер оставался у нее.
Вот что должно было такого произойти, чтобы ЕЕ Левик не пришел ночевать? Зина справедливо полагала, что мужчина принадлежит только ей.
Она же – его жена, а штамп в паспорте – дело наживное.
И раньше Лев всегда изыскивал возможности и пользовался каждым удобным случаем, чтобы остаться.
Даже когда было нельзя: он всего полгода назад развелся.
«Что за фигня? – подумала встревоженная Зиночка. – И почему вчера за ужином он не сказал, что сегодня не придет?»
Потом до нее дойдет, что за ужином сказать такое – гораздо труднее: сразу посыплются вопросы – почему?
А почему, Лев пока не мог признаться даже самому себе. Но ему захотелось провести этот вечер без Зинаиды.
Нет, мужчине пока ничего не нужно было решать кардинально. Просто он решил поехать к маме – да, у которой вскоре намечался юбилей.
И там, на старом диване, на котором провел все свои молодые годы, подумать о чем-то приятном, но уже не связанном с Зинаидой.
— Как же так? – удивятся многие. – Да разве может быть такое? Приятное, не связанное почти с женой?
Вы же – одна сатана и будущая ячейка общества! Иди быстро к Зинке и думайте вместе!
Но поезд уже набирал ход в другом направлении: Леве понравилась хорошенькая Леночка – Елена Николаевна, молодая медсестра, пришедшая к ним в поликлинику по распределению.
Дело происходило не сейчас, а когда еще нужно было отработать по распределению три года.
Да, кстати, и ЭКГ тогда снимали на длинной ленте миллиметровой бумаги. И сохранялась эта ЭКГ только в бумажном виде, а не в памяти устройства, как сегодня.
Нет, Зина тоже была симпатичной. Но, по сравнению с Леночкой, явно проигрывала.
В Зинаиде было то, что можно было описать тремя словами: простовата, серовата, недавно из деревни – от девушки за версту несло провинцией.
Вроде, все при ней, а сразу заметно, что не коренная москвичка: да так оно, собственно, и было.
Другое дело, Леночка: сразу видно — столичная штучка! Вместо юбки – аккуратные брючки. Импортный нейлоновый халатик. А не выданный кастеляншей Машей хлопковый балахон.
В крохотных ушках – маленькие бриллиантовые пуссеты, а не огромная, дешевая бижутерия.
Хотя не далее, как позавчера, Лева одобрил приобретение Зинаидой тех самых серег: «И совсем недорого, правда?»
И платья Зинки позавчера ему были еще по вкусу. И даже прическа: стрижка на химию – тоже недорого.
Но это все было позавчера. А вчера он впервые увидел Лену. И тут понял, что у той – все дорого. А Зинкино «недорого» кричало изо всех углов.
И тут до мужчины дошло, что все это время он подсознательно стыдился Зинки.
Да, жил с ней, ел приготовленную заботливыми руками еду, спал на выглаженных простынях, но стыдился.
И если раньше это было на уровне подсознания, то теперь предстало в уж..асающей на..готе.
«И где все время были мои глаза? – думал ночью Лева, ворочаясь на узком диванчике. – Вот что было ему немного погодить?»
Потому что Леночке, судя по всему, тоже понравился ее врач: девушку посадили ко Льву Евгеньевичу вместо ушедшей на пенсию Анны Петровны.
Зинаида, у которой сегодня был отгул, провела день в тревоге: Левик не позвонил.
Сотовых тогда не было, а домашний вечером у Левкиной мамы не отвечал: больше кавалеру идти было некуда. Ста…рушка была глуховата, а Льва, видимо, не было дома.
А Лев дома был. Но, после еще одного дня, проведенного в обществе симпатичной Ленки, мужчина почувствовал, что у него совершенно нет желания общаться с Зинаидой – как отрезало!
В принципе, ничего стр..ашного не происходило, но девушка начала тревожиться и почти не спала ночь.
А назавтра сделала то, что делала обычно, идя на работу во вторую смену: захватила в термосе второе — пусть любимый муж покушает!
Левик, хотя буфет в поликлинике был, не признавал «больничную» еду и предпочитал домашненькое.
Поэтому часто девушка, на стыке их смен, кормила своего Левика вкусненьким.
Халат Зина надевала уже в кабинете. Она поднялась на нужный этаж и, не постучавшись, как делала обычно, вошла в кабинет хирургии. При этом привычно крикнув: «Свои!»
Да, в общем-то, она и была своей. Но тут ее ждало разочарование. Потому что на месте полной, уютной бабы Ани сидела какая-то ф…ря.
Прием был уже закончен, но Лева был еще на месте. При виде «жены» он как-то смутился, а ф…ря раздраженно сказала:
— Женщина, у Вас талон на какое время? Ждите вторую смену – наша смена работу закончила!
Зина помолчала, ожидая, что Левка одернет это чудо в перьях, но мужчина, почему-то, молчал. И начал краснеть: таким его Зина никогда не видела!
Поэтому, естественно, встревожилась:
— Ты не заболел, Левушка? – спросила она, поставив на стол сумку с термосом.
— Не стоит беспокоиться, Зинаида, — начал покрасневший Лева, и, после небольшой паузы, произнес: — Ивановна.
Тем самым обозначив границы между ними: жену никто по имени-отчеству называть не станет. Короче – тень, знай свое место!
И Зина все поняла: она была девушкой смекалистой. Поэтому сразу повернулась и вышла из кабинета, плотно притворив за собой дверь и прихватив сумку с харчами. И никто за ней не побежал – а она ждала.
И позже Лев не пришел с ней попрощаться перед уходом, как было всегда. Видимо, у него уже была другая доминанта: значит, это было серьезно.
Когда Зинаида вернулась домой, выяснилось, что Лев уже забрал свои вещи: они жили в ее квартире. Но это девушку не удивило – другого она и не ожидала.
И у обоих началась другая жизнь: Лев с головой окунулся в омут любви, Зина – в пучину переживаний.
Тяжелей всего было то, что все трое работали в одном месте, хотя и в разные смены. Это позволяло, при известной доле ловкости, хотя бы, не встречаться.
А, если это, все-таки происходило, оба молча кивали, отводя глаза: будто и не было этих четырнадцати месяцев в общем-то, неплохой совместной жизни.
Ни ф…ря с Зиной, ни Зина с фрей принципиально не здоровались.
Все дело портили доброхоты:
— А ты в курсе, что твой Левка таскается с новенькой?
— А ты знаешь, что у них – скоро свадьба?
— А ты знаешь, какие у нее богатые родители? И что – тебе все равно и даже не станешь мстить?
Зина иногда отшучивалась, иногда отмалчивалась, но до обсуждения бывшего любимого не опускалась.
Была у нее мысль – уволиться. Но тут место было очень хорошим и «насиженным»: у нее уже были постоянные пациенты, которые любили простую медсестричку из ЭКГ и часто приносили ей немудреные подарочки. Нет – ничего особенного: но зато от чистого сердца.
А еще поликлиника располагалась вблизи от Зинаидиного дома: до нее можно было дойти своим ходом. И девушка решила терпеть.
А, может, не так уж и сильно все ее волновало. И если бы захотела – ушла.
Прошло два месяца: Лева и Лена поженились – ф…ря сделала то, что Зина не могла добиться долгое время.
О свадьбе бывшего любимого Зинка узнала от коллег: Ленка принесла фотки.
И началось опять:
— Ой, а платье-то какое – неужели тебе не интересно?
— А Левка-то какой красавчик – не жалеешь, что упустила?
— А как я его, по-вашему, должна была отвести в ЗАГС? – не сдержалась Зинка. – В наручниках?
«Ревнует!» – решили коллеги. И оказались неправы: после свадьбы сожителя – уже никто не называл его мужем — девушка почувствовала, что ей стало легче.
Ведь теперь ждать точно было нечего: все стало предельно ясно. Ведь стр..ашнее всего для человека – неопределенность. А тут все определилось.
Прошло еще два месяца: наступило время Зинаидиного отпуска. И тут ей дали путевку в санаторий от профсоюза – почти даром: грех было не поехать.
Да, лечить те самые органы движения: уже вышел этот замечательный фильм. Из которого многие сделали вывод: там можно познакомиться с очень симпатичным Васей Кузякиным!
А что – логично: с Кузиным рассталась, с Кузякиным встретишься!
И девушка, у которой с движением и теми самыми органами пока все было в порядке, поехала.
А там на симпатичную Зину, немного «схуднувшую» после любовных переживаний – кстати, ей это очень шло! — обратил внимание немного прихрамывающий мужчина: органы движения же!
Поэтому, Сергей не ходил на танцы. И Зина не ходила: точнее, ходила, но не танцевала, а просто стояла и смотрела – ведь смотреть на танцующих очень интересно.
Они разговорились, а потом пошли гулять: Сергею Ильичу после травмы нужно было расхаживать ногу. Они просто ходили и разговаривали, и все.
А в день отъезда – у них совпадали сроки — он неожиданно позвал девушку замуж. А она неожиданно согласилась. И уехали они уже вместе – пока к нему в однушку. А там – как получится.
На следующий же день подали заявление. Жить решили в ее квартире: Зина по-прежнему, не хотела менять работу.
А будущий муж решил устроиться в школу неподалеку преподавателем физики: чего не сделаешь ради любимой женщины!
После возвращения на работу Зина узнала, что Левик и Ленка подали на развод: счастье оказалось недолговечным.
Новость была воспринята девушкой без эмоций: все это ее уже не касалось. Поэтому, женитесь, ребятки, или разводитесь – я уже давно нахожусь в другом измерении.
Зина жарила котлеты с картошкой, когда в дверь позвонили: должен был прийти Сережа – он устроился в училище на вечернюю подработку.
До свадьбы оставалось пять дней. На работе Зина пока решила никому об этом не говорить – сглазят!
Девушка побежала в прихожую, думая: почему любимый не открыл дверь – у него же есть ключ. Но на пороге стоял Левик.
Да, стоял совершенно спокойно, даже улыбался — будто ничего не было.
А все было. И отмахнуться от этого было совершенно невозможно: да и зачем? Поэтому Зина спросила:
— Тебе чего?
Не ожидавший такого приема хирург помолчал – сразу сориентироваться не получилось. А потом нашелся и ответил:
— Я вернулся!
И стал ждать: вот сейчас она обрадуется! И бросится ему на шею в порыве благодарности. А потом они станут вкусно ужинать – вон, как у нее пахнет: Ленка-то ему совсем не готовила…
И тут, в прихожую, отодвинув плечом Левку, вошел Сергей. И, глядя на стоящего на пороге мужчину, спросил:
— Вам чего, молодой человек?
Левка сразу стушевался: этого он явно не ожидал. А Зина быстро сориентировалась: уже по квартирам начали ходить странные люди, предлагающие всякую фигню.
И она быстро произнесла:
— Вот, товарищ предлагает купить моющий пылесос!
— А где сам пылесос? – засомневался Сергей.
— Вот и я спросила! – затрещала Зинаида. — Где, говорю, пылесос? Хочу увидеть товар лицом, как говорится!
А он ответил, что оставил его внизу – в машине. Если мы согласимся его приобрести – он принесет и продемонстрирует: засосет все, что можно. А так по этажам таскать его тяжело: дом-то у нас — без лифта!
Неизвестно, поверил ли жених такому объяснению или нет, но, бросив быстрый взгляд на поникшего Левку – пылесос-то ему не продать! – посоветовал:
— В нашем доме у Вас ничего не получится – идите засасывать в другое место!
После чего закрыл дверь прямо у мужчины перед носом. А потом они сели ужинать: говяжьи котлетки с жареной картошечкой и маринованным огурчиком – м-м-м, вкусно!
Ну, что, хирург – как тебе такой расклад? Не ожидал? А нужно было ожидать: ведь хороший врач должен всегда предвидеть возникновение осложнений.
Видимо, Левка оказался не только плохим врачом, но и плохим мужем. Хорошо еще, что не Зининым: Бог вовремя отвел, как говорится.
Но это уже будет совсем другая история: в которой весь негатив – в прошедшем времени…
