Мать Юли болела серьезно, Мария лежала, дочь за ней ухаживала, убегала на работу в магазин, в обед прибегала и кормила ее. Юля поправила одеяло у матери, присела на краешек кровати:
— Ну ладно, мама, я побегу на работу, как ты? В обед загляну.
Мать, как всегда кивнула головой, типа ничего я справлюсь, ты беги на работу. Юля глянула на часы и выскочила из квартиры. Магазин надо открывать вовремя, покупатели, что приходят с утра тоже не виноваты, у всех свои дела и они не должны ждать ее.
Юля работала продавцом в магазине неподалеку от их дома, пока бежала, все думала:
— Откуда нам с мамой взять такую баснословную сумму ей на операцию. Ждать операцию по квоте становится все опасней и опасней, когда это еще дождешься. Но такая сумма… Нам с мамой даже продать нечего, если только квартиру, в которой живем. Но мама на это не согласится.
Юля переживала за жизнь матери, и все думала, почему именно с ними такое произошло, именно с ними, у которых нет денег. В магазине было мало народа, большинство знакомые. Забежала подружка Юли.
— Привет Юль, — радостно поздоровалась Ирка, — а я замуж выхожу, Степка вчера мне предложение сделал. Дай мне пачку печенья к чаю, на работу спешу.
— Поздравляю, Ир, желаю счастья вам.
— Ага, спасибо, тебя тоже пригласим на свадьбу, — Ира быстро вышла из магазина.
Юля работала, как всегда аккуратно, вежливо разговаривала с покупателями, а сегодня ее очень беспокоило состояние матери. Она была серьезно и сдерживала себя, чтобы не расплакаться.
В окно увидела, как у магазина остановилась машина и из нее вышла симпатичная статная женщина, тут же вошла в магазин. Рассчитываясь картой, женщина внимательно посмотрела на Юлю.
— И что же вас так беспокоит, — спросила она, а Юля удивилась. – У вас глаза на мокром месте, вот-вот расплачетесь?
— Разве заметно, — тихо спросила Юля.
— Да у вас все на лице написано. Вы оказались в сложном положении?
Юля огляделась, народа в магазине не было.
— Мама болеет сильно, нужна дорогостоящая операция, а что я могу сделать, — развела руками она и удивилась, что делится своими бедами с незнакомкой.
— Ничего, у всех бывает затруднительное положение… А что, если я вам предложу помощь?
— Юля еще больше удивилась? Как это?
— Я вижу, вы молоденькая девушка, не замужем, а алкоголиков у вас в роду не было?
— Нет…
— А сама не куришь, не пьешь?
— Ну что вы? Нет, конечно.
— Ладно поверю на слово, Юля, — прочитала на бейджике ее имя женщина… Я могу предложить работу, за которую очень много заплатят. Но это не совсем обычная работа…Есть семья, которая ищет девушку, чтобы она выносила им ребенка.
Юля округлила глаза.
— Что…? Нет, что вы, нет, я не согласна.
— Не горячись, девочка, — перешла женщина на «ты», — ты молодая и здоровая, красивая, тебе родить ребенка ничего не стоит. Ты можешь осчастливить молодую семью. Зато вы с матерью будете обеспечены и операцию сделаешь матери.
Юля молчала, в ней боролись противоречивые чувства, ради матери надо пойти на этот шаг.
— Юля, ты подумай, но если откажешься, можно ведь и другую найти, но у тебя такой возможности больше не будет. Мое имя — Анна.
Юля не могла поверить в происходящее, но в то же время такой шанс не хотелось упустить.
— Ну вот и славно, я вижу, что мама тебе дорога и ты ради нее готова на многое.
Антон с Вероникой жили в огромном загородном доме, куда Юлю привезла Анна. Антон – крупный бизнесмен, и по слухам очень богат, а жена его Вероника легко тратила деньги, оставляла их в салонах красоты и кафе.
Жили они вместе пять лет. Антон хотел ребенка, а Веронике не хотелось рожать, портить фигуру, как она выражалась. Поэтому оба согласились, что Юля родит им ребенка. Испуганная Юля стояла перед Вероникой и Антоном, теребила рукава своей куртки, а те внимательно оглядели ее, потом вынесли решение о согласии.
— Думаем, Юля, вы нам подойдете, — проговорил Антон.
Беременность Юля переносила легко. Маму ее определили в лучшую клинику, половину суммы, что выплатили Юле в качестве аванса, хватило на операцию Марии. Она стала постепенно приходить в себя, черные круги под глазами ушли.
— Дочка, а эти люди точно из благотворительной организации, — допытывалась мать, — просто такой уход, даже не верится.
— Да, мама, да. Только мне через пару месяцев нужно уехать в другой город, там мне предложили хорошую работу, и я согласилась. Деньги нам не помешают.
Мать испугалась.
— Дочка, надолго, а как же я?
— Мама, не переживай, через несколько месяцев я вернусь, ты же уже лучше себя чувствуешь. Я лишь на несколько месяцев.
Когда у Юли стал заметен живот, она переехала в дом Антона и Вероники. У нее была отельная комната с отдельным входом, за ней приглядывала мед сестра. Со временем Юля поняла, что ребенок нужен Антону, а Веронике все равно, она привыкла жить для себя.
Подошло время, Юля родила мальчика, которого увидела только на секунду, лежа в палате плакала:
— Прости меня, сынок, прости, — ей было очень плохо, чувствовала себя предательницей.
Вероника приехала за малышом нарядная, рядом стоял Антон, ему и отдали ребенка.
Через несколько дней, Юля вернулась домой с приличной суммой денег. Была в подавленном состоянии, но понимала, что мать ничего не должна заподозрить. Сын не выходил из головы.
— Как он спит, не плачет ли, хорошо ли ему, не болеет ли?
Пыталась отвлечься, решили с матерью сделать ремонт в квартире, даже решила поступить заочно в институт, теперь она может оставить одну мать, уезжая на сессии. Ноги сами вели к дому Антона и Вероники, она появлялась там и старалась увидеть сына. Но с ним гуляла няня за забором.
Веронике сын в общем-то и не нужен был. Все время он находился с няней, Юля знала, что мальчика назвали Марком. Прошло время. Марк подрастал, его отдали в частный садик. Юля с трудом устроилась туда няней, чтобы быть ближе к Марику.
— Господи, как трудно это переносить. Мой ребенок, я его родила, — она все время старалась поближе быть к нему.
Марка приводила в садик няня и забирала тоже. Юля привыкла, что он все время под ее присмотром. Так и шло время. Но однажды Марк в садике не появился, и на другой день тоже.
— А что случилось, почему Марика не приводят в садик, — спросила она у воспитателя, а та вздохнула.
— Ты наверное, не слышала, беда у них, Антон Романович умер. Он оставил после себя солидный бизнес и наследство. Вероника занялась всем этим, а сына не захотела оставлять. Марка отдали в детдом.
У юли потемнело в глазах, чуть не упала.
— Что? Как так можно?
она огорошила одноклассника
Прошло время, Юля собирала справки, на усыновление Марка. Даже уговорила своего бывшего одноклассника расписаться, чтобы ее отдали сына.
— Миш, мы же с тобой друзья с детства. Хорошо, что ты пока не женился, давай подадим с тобой заявление в загс, — огорошила Юля одноклассника.
— Как это?
Юля объяснила Михаилу, что хочет усыновить ребенка из детдома, а пока она не замужем, ей никто не отдаст ребенка.
— Миш, ну это просто временно, потом мы с тобой разведемся втихаря и все.
— Ну ты даешь, Юлька, я даже и не предполагал, что ты такая сильная и решительная, я бы ни за что не пошел на такой шаг.
— Эх, Мишка, был бы ты на моем месте, тоже не сомневался бы, — она не хотела все объяснять.
Наконец все самое сложное позади, Юля с Михаилом приехали в детдом с документами. Воспитатель привела Марка к Юле, а он увидев ее, бросился к ней. Он помнил ее, что она была самой доброй нянечкой в садике.
— Ты ведь за мной пришла? Правда? — прошептал он, обняв ее за колени.
— Да, сынок, да. Я пришла за тобой. Я тебе никогда не оставлю.
Пришлось Юле все рассказать матери, она слушала ее, округлив глаза, и не могла поверить, что такая хрупкая и нежная ее дочь, прошла через такие испытания. Но больше всего радовалась внуку.
Теперь они вместе гуляли, вместе рисовали. А потом бабушка с Юлей важно вели Марка в школу. Они с радостью смотрели на неугомонного Марка и обожали его. Иногда юля задумывалась о том, что было бы, если бы Вероника оказалась любящей матерью. Тогда бы ей пришлось лишь издалека наблюдать, как ее сын растет. Но случилось вот так. И Юля рада, что судьба вернула ей сына.
