Когда Лариса закрыла за собой дверь квартиры, где еще недавно строила планы на свадьбу, ей казалось, что вместе с этой дверью захлопнулась и прежняя жизнь. Жених, с которым она прожила почти три года, без долгих объяснений признался, что встретил другую. Он говорил спокойно, словно обсуждал погоду, а не рушил чужое будущее. Она тогда даже не заплакала. Просто молча собрала вещи, сняла обручальное кольцо, которое они уже успели купить, положила его на тумбочку и ушла.
Лишь поздно ночью, оказавшись у матери в маленькой квартире, Лариса разрыдалась.
— Ничего, доченька, — гладила ее по голове Галина Павловна. — Молодая ты еще. Красивая. Найдешь себе человека получше. Только больше не цепляйся за бедных романтиков. Любовь любовью, а жить тоже на что-то надо.
Лариса ничего не ответила. Она слишком хорошо знала мать. Та всю жизнь считала, что счастье женщины измеряется не чувствами, а достатком мужчины.
Через несколько дней Лариса собрала все свои документы, составила аккуратное резюме и разослала его сразу в несколько крупных компаний. Она не рассчитывала на чудо. Просто хотела начать все сначала.
Прошла неделя. В понедельник утром телефон ожил.
— Лариса Сергеевна? — вежливо спросил мужской голос. — Вас беспокоит компания «Эверест Групп». Мы ознакомились с вашим резюме. Если предложение еще актуально, будем рады видеть вас сегодня в одиннадцать часов.
Она даже переспросила адрес.
Компания оказалась одной из самых известных в городе. Простому человеку туда попасть было непросто. Зарплаты ходили почти легендарные, а вакансии освобождались крайне редко.
Лариса долго выбирала платье. Остановилась на темно-синем, строгом, без лишних украшений. Волосы убрала в аккуратный пучок, слегка подкрасила ресницы и, взглянув в зеркало, тихо сказала самой себе:
— Не бойся. Это всего лишь собеседование.
Огромное стеклянное здание встретило ее прохладой кондиционеров и запахом дорогого кофе. В просторном холле блестел мраморный пол, сотрудники быстро проходили мимо, приветствуя друг друга.
Лариса только успела назвать свою фамилию девушке за стойкой администратора, как рядом появился высокий молодой мужчина.
Он был примерно ее возраста. Темно-серый костюм сидел безукоризненно, дорогие часы лишь подчеркивали его уверенность. Но больше всего Ларису удивила его улыбка, спокойная, открытая, будто он давно ее знал.
— Лариса Сергеевна? — спросил он.
— Да.
— Прошу за мной. —Она решила, что это сотрудник отдела кадров.
Они поднялись на последний этаж. Мужчина открыл массивную дверь кабинета и жестом предложил ей войти.
Лариса сделала несколько шагов и остановилась. Кабинет поражал размерами. Панорамные окна выходили на весь город, вдоль стены стояли книжные шкафы из темного дерева, а посередине возвышался огромный письменный стол.
Мужчина спокойно прошел к креслу, сел и, сложив руки перед собой, улыбнулся.
— Меня зовут Эдуард Николаевич.
Лариса удивленно моргнула.
— Простите…
— Для сотрудников я Эдуард Николаевич, — продолжил он спокойно. — А вы можете называть меня просто Эдуардом. Мы ведь примерно одного возраста.
Она окончательно растерялась.
— Извините, но, кажется, я ничего не понимаю. Я приехала устраиваться на работу.
Несколько секунд он внимательно смотрел на нее, словно изучая каждую черту лица. Потом неожиданно рассмеялся.
— И действительно приехали устраиваться. Не переживайте. Сейчас вас проводят в отдел кадров. Просто мне хотелось познакомиться лично.
Он нажал кнопку селектора.
— Марина, пожалуйста, оформите Ларису Сергеевну.
Никаких дополнительных вопросов больше не последовало.
В отделе кадров все происходило удивительно быстро. Девушки молча подготовили документы, объяснили, где расписаться, выдали пропуск, познакомили с должностной инструкцией.
— Поздравляем, — наконец сказала одна из сотрудниц. — Завтра можете приступать. —Лариса даже не успела понять, как стала частью огромной компании.
Выходя из кабинета, она немного подвернула ногу на высоком каблуке и невольно остановилась возле приоткрытой двери соседнего помещения.
Оттуда доносились женские голоса.
— Думаешь, Эдик решил, что родители теперь согласятся с его выбором? — с усмешкой спросила одна.
— Не знаю, — ответила вторая. — Девчонка, конечно, симпатичная. Но, по-моему, там вообще какой-то уговор.
— Какой еще уговор?
— Будто бы родители давно решили поженить своих детей.
Первая женщина тихонько рассмеялась.
— Том, ты что, последних новостей не знаешь? Недавно встретила Нину Андреевну. Она жаловалась, что они всей семьей ходили к Соловьевым вроде как сватать Карину. А та прямо при всех заявила, что любит другого мужчину и уже беременна от него.
— Вот это номер…
— Еще какой. Эдуард тогда сказал родителям, что сам найдет себе жену.
Лариса почувствовала, как по спине пробежал холод. Сердце застучало так громко, что ей показалось, будто его слышно в коридоре.
«Неужели…» Договорить мысленно она не успела. Дверь рядом неожиданно открылась, и из кабинета вышел мужчина с папкой документов. Лариса мгновенно сделала вид, будто рассматривает схему эвакуации на стене.
Через минуту она уже спускалась в лифте.
На улице стояла теплая весенняя погода, люди торопились по своим делам, а у нее внутри все смешалось. Неужели ее приняли на работу вовсе не потому, что она хороший специалист? Неужели тот странный разговор в кабинете был не случайностью?
Возвращаться домой она не собиралась. Работа была слишком хорошей, чтобы отказаться от нее после первого же дня.
«Разберусь, — твердо решила Лариса, крепче сжимая ремешок сумки. — Только сначала нужно найти жилье. А потом уже думать, во что я на самом деле ввязалась».
С этой мыслью она направилась к ближайшей гостинице.
Гостиничный номер оказался маленьким, но чистым. Узкая кровать, столик у окна, шкаф и чайник — большего Ларисе сейчас и не требовалось. Она устало опустилась на стул, сняла туфли и долго смотрела в окно, где вечерний город постепенно зажигал огни.
Мысли снова возвращались к услышанному разговору.
— Неужели меня действительно приняли только потому, что хозяину понадобилась невеста? — тихо спросила она саму себя и тут же покачала головой. — Нет, это глупость. Не может серьезный человек управлять компанией такими методами. Но сомнение уже поселилось в душе.
На следующий день она приступила к работе. Коллектив встретил ее спокойно, без лишнего любопытства. Руководитель отдела подробно объяснил обязанности, познакомил с документами, показал рабочее место.
Эдуард в течение дня появился всего один раз. Он прошел по кабинету, поздоровался со всеми сотрудниками и, задержавшись возле ее стола, спросил доброжелательно:
— Освоились?
— Пока только начинаю, — ответила Лариса, стараясь говорить спокойно.
— Если возникнут вопросы, обращайтесь напрямую ко мне.
Он улыбнулся и ушел. Никаких двусмысленных намеков не последовало. Это немного успокоило Ларису.
Прошла почти неделя. Днем ей позвонила хозяйка квартиры, объявление которой она нашла еще в гостинице.
— Девушка, жильцы съехали раньше срока. Если хотите посмотреть квартиру, приезжайте сегодня после пяти.
— Хорошо, — обрадовалась Лариса. — Только скажите, пожалуйста, соседи там спокойные?
Она не успела договорить. Мимо проходил Эдуард. Услышав последние слова, он остановился.
— Вы квартиру ищете? — спросил он.
Лариса подняла глаза.
— Да. В гостинице долго жить дорого.
— И сколько собираетесь платить? —Она назвала сумму. Эдуард негромко присвистнул.
— Немало.
— Другого выхода пока нет.
Он несколько секунд молчал, словно обдумывал решение.
— Зачем тратить такие деньги? У меня трехкомнатная квартира. Я живу один. Комнат хватает. Переезжайте.
Лариса даже растерялась.
— Простите… что?
— Вы все правильно услышали.
— Нет, это невозможно. —Она смущенно улыбнулась.— Мы с вами почти не знакомы.
— Зато я уверен, что вы порядочный человек.
— А если нет?
Эдуард посмотрел ей прямо в глаза.
— Тогда я очень плохо разбираюсь в людях.
Она покачала головой.
— Спасибо за предложение, но мне будет спокойнее жить отдельно.
Мужчина не стал спорить.
— Хорошо. Подумайте еще. Иногда поспешный отказ оказывается ошибкой. —Он ушел, а Лариса долго смотрела ему вслед.
В тот вечер квартира ей не понравилась. Старый подъезд пах сыростью, на лестничной площадке горела всего одна лампочка, а хозяйка уверяла, что «к шумным соседям быстро привыкают». Лариса отказалась.
Через два дня Эдуард неожиданно пригласил ее в кабинет.
— Завтра мне нужны сопровождающие на переговоры. Начальник отдела занят. Поедете со мной?
— Если это входит в мои обязанности…
— Теперь входит.
Утром их уже ждал водитель.
Пока машина двигалась по широким улицам города, Эдуард просматривал документы, иногда задавая Ларисе вопросы. Она быстро поняла, что он вовсе не делает вид занятого руководителя. Он действительно прекрасно знал каждую цифру, каждую строчку договора.
Переговоры длились почти три часа. Лариса внимательно фиксировала все договоренности, вовремя подавала нужные бумаги и замечала, как партнеры постепенно начинают уважать молодого директора.
Когда последняя подпись была поставлена, один из бизнесменов пожал Эдуарду руку.
— Приятно иметь дело с человеком, который держит слово.
Уже в машине Эдуард облегченно вздохнул.
— Ну вот. Можно наконец поужинать.
Они остановились возле уютного ресторана на берегу реки. За окнами медленно садилось солнце. На воде дрожали золотистые блики, негромко играла живая музыка.
Некоторое время они разговаривали только о работе. Потом Эдуард неожиданно стал серьезным.
— Лариса, вам стоит узнать правду.
Он ненадолго замолчал, словно мысленно возвращаясь в прошлое.
— У нас в семье уже несколько поколений существует странная традиция. Родители заранее выбирают детям будущих супругов. Причем не случайных людей, а из круга близких друзей.
Лариса слушала молча.
— Когда мы были маленькими, меня постоянно оставляли вместе с Кариной. Родители уезжали отдыхать, работать, на какие-то мероприятия. Нас воспитывала одна няня. Мы росли рядом, вместе делали уроки, вместе дрались, мирились, болели, встречали Новый год.
Он грустно усмехнулся.
— Представьте себе мальчика и девочку, которые с трех лет каждый день рядом. Разве могли мы однажды посмотреть друг на друга как мужчина и женщина? Для меня она всегда была младшей сестрой.
— А родители?
— Они думали иначе.
Эдуард медленно провел ладонью по бокалу.
— В восемнадцать лет нас усадили за праздничный стол и объявили, что скоро состоится свадьба. Они уже все решили без нашего согласия.
— И что было дальше? — тихо спросила Лариса.
— Первой не выдержала Карина. —Он невольно улыбнулся, вспоминая тот день.— Она вскочила из-за стола и сказала родителям: «Мы не в прошлом веке живем. Я люблю другого человека и выйду только за него».
Лариса внимательно смотрела на Эдуарда.
— А потом она подошла ко мне и сказала то, чего я никогда не забуду. «Эдик, я уже переспала со Славкой. Я беременна. Теперь никто не сможет заставить меня выйти за тебя».
Он сделал небольшую паузу.
— Я тогда спросил только одно: «Настолько я тебе противен?»
— И что она ответила?
— «Нет, ты мне слишком близкий человек. Ты мне как брат».
Несколько секунд за столом стояла тишина. Потом Эдуард спокойно посмотрел Ларисе в глаза.
— После этого родители решили снова искать мне подходящую невесту. А я больше не хочу становиться участником их семейных спектаклей.
Он ненадолго замолчал, словно собираясь с духом.
— Поэтому я хочу попросить вас об одной вещи. Представьтесь моим родителям, что вы — моя невеста. И… переезжайте ко мне. Так будет проще объяснить всем, что свой выбор я уже сделал.
Лариса почувствовала, как у нее пересохло во рту. Она ожидала услышать многое, но только не это.
Возвращаясь тем вечером в гостиницу, она понимала, что впереди у нее есть ровно неделя на ответ.
Всю следующую неделю Лариса жила словно на двух берегах одной реки. Один берег обещал спокойную, обеспеченную жизнь рядом с человеком, который вызывал уважение. Другой заставлял настороженно всматриваться в будущее, где все начиналось с необычного предложения, похожего на хорошо продуманный расчет.
По вечерам она долго гуляла по улицам города, заходила в небольшие скверы, садилась на скамейку и снова мысленно возвращалась к разговору в ресторане.
Эдуард больше не заводил эту тему.
На работе он держался так же спокойно и доброжелательно, как в первый день. Никогда не пользовался своим положением, не выделял Ларису среди остальных сотрудников, не задерживал после рабочего дня без необходимости. Если они встречались в коридоре, он лишь приветливо улыбался и спрашивал, не возникло ли сложностей с документами.
Именно это спокойствие сбивало Ларису с толку. Если бы он настойчиво ухаживал, заваливал цветами или дорогими подарками, ей было бы проще отказаться. Но Эдуард словно предоставил ей полную свободу выбора.
В субботу она поехала к матери. Галина Павловна сразу заметила, что дочь чем-то озабочена.
— Рассказывай, — сказала она, разливая чай по чашкам. — По глазам вижу, что опять что-то случилось.
Лариса сначала молчала, но потом рассказала обо всем: и о работе, и о странном семейном обычае, и о предложении пожить у Эдуарда.
Мать слушала очень внимательно, ни разу не перебив. Когда дочь закончила, она поставила чашку на стол и даже всплеснула руками.
— И ты еще думаешь?
— Конечно думаю.
— О чем тут думать? Мужчина молодой, красивый, богатый, одинокий. Не пьет, не гуляет. Еще и сам предложил жить вместе. Другие девушки за такого зубами бы держались.
— Мам, но ведь это ненастоящие отношения.
— А настоящие у тебя уже были, — жестко ответила Галина Павловна. — Напомнить, чем они закончились?
Лариса опустила глаза.
— Все мужчины разные.
— Вот именно. Одни обещают любовь и бросают. Другие сначала помогают, а потом уже влюбляются. Ты слишком много мечтаешь, дочка. Иногда счастье приходит совсем не так, как его представляешь.
Домой Лариса возвращалась в тяжелых раздумьях. Она не любила, когда мать вмешивалась в ее жизнь, но сейчас впервые поймала себя на мысли, что в ее словах есть доля правды.
В понедельник утром она постучала в кабинет директора. Эдуард поднял голову от бумаг.
— Проходите.
Лариса села напротив.
— Я согласна… Переехать к вам.
Эдуард облегченно выдохнул.
— Спасибо, что доверились.
— Не обольщайтесь, — тихо улыбнулась она. — Это не означает, что я стала вашей невестой.
— Пока не означает, — спокойно ответил он. — Но обещаю, вам не придется жалеть о своем решении.
Он действительно сдержал слово. Через два дня вещи Ларисы уже стояли в просторной трехкомнатной квартире в новом доме.
Эдуард сразу показал ей комнаты.
— Здесь спальня. Это мой кабинет. А эта комната теперь ваша. Если захотите что-нибудь переставить или купить новую мебель, говорите сразу.
Лариса удивленно посмотрела на него.
— Вы даже не спросили, нравится ли мне здесь.
— Мне важно, чтобы нравилось. —Она улыбнулась совершенно искренне.
Совместная жизнь оказалась удивительно спокойной. Утром они вместе завтракали. Эдуард варил кофе, а Лариса готовила омлет или сырники.
По вечерам ужинали дома, обсуждая рабочий день. Он никогда не входил в ее комнату без стука. Никогда не позволял себе лишних прикосновений.
Иногда ей даже казалось, что они действительно брат и сестра, а не мужчина и женщина.
Прошел почти месяц. Однажды в субботу Лариса решила сделать генеральную уборку. Она открыла окна, включила музыку и, вооружившись влажной тряпкой, тщательно протирала пол в гостиной.
В этот момент раздался звонок. Не успела она подняться, как дверь открылась своим ключом. На пороге появилась эффектная женщина лет шестидесяти.
Дорогой костюм, идеально уложенные волосы, крупные серьги с жемчугом. Взгляд у нее был холодный и цепкий.
Она медленно осмотрела квартиру, потом перевела глаза на Ларису.
— Эдик домработницу нанял? — спросила она с плохо скрываемым презрением.
Лариса смутилась.
— Здравствуйте. Нет… Я…
— Кто вы такая?
— Я работаю в компании. Эдуард пригласил меня временно пожить здесь.
Женщина резко поставила сумочку на стол.
— Пожить? —Она произнесла это слово так, будто услышала нечто неприличное.
— Это как понимать? В эскорте, что ли, работаешь? Или настолько распущенная, что готова идти к первому встречному?
Лариса почувствовала, как лицо вспыхнуло. Она никогда в жизни не слышала подобных оскорблений.
— Вы ошибаетесь, — тихо сказала она. — Между нами ничего такого нет.
— Не рассказывай мне сказки, — перебила женщина. — Приличные девушки к чужим мужчинам жить не переезжают.
— Меня зовут Лариса…
— Мне безразлично, как тебя зовут.
Клара Андреевна подошла почти вплотную.
— Собирай свои вещи и убирайся отсюда. Да и вообще лучше уезжай из этого города. Пока не поздно. —Каждое слово било больнее пощечины.
Лариса молча прошла в свою комнату. Руки дрожали так сильно, что она с трудом застегивала чемодан. В голове стучала одна мысль: «Наверное, она права… Что я вообще здесь делаю?»
Через несколько минут она уже стояла в прихожей с чемоданом. В этот самый момент хлопнула входная дверь. Вернулся Эдуард.
Он сразу перевел взгляд с матери на Ларису, потом на чемодан. Из кухни донесся раздраженный голос Клары Андреевны:
— Девки совсем совесть потеряли. Уже по чужим квартирам расселяются…
Эдуард медленно снял пиджак, молча вошел на кухню и закрыл за собой дверь. Клара Андреевна, продолжая возмущаться, даже не сразу заметила выражение его лица.
— Вот и хорошо, что пришел, — сказала она. — Эта девица уже вещи собрала. Еще немного, и духу ее здесь не будет.
Эдуард спокойно посмотрел на мать.
— Это ты заставила Ларису уйти?
— А что мне оставалось делать? Не собираюсь терпеть в доме неизвестно кого.
— Во-первых, — негромко произнес он, — это мой дом. Во-вторых, Лариса здесь живет по моему приглашению. И, наконец, в-третьих, ты не имеешь права унижать человека, которого совсем не знаешь.
Клара Андреевна недоверчиво усмехнулась.
— Неужели ты всерьез решил связать жизнь с первой встречной? Да она наверняка охотится за твоими деньгами!
Эдуард покачал головой.
— Если бы ей нужны были только деньги, она давно согласилась бы на все мои условия. Но она даже переехать ко мне решалась целую неделю.
— Все они умеют притворяться.
— Мама, хватит. —Он произнес эти слова таким тоном, что Клара Андреевна замолчала.— Я прошу тебя уйти.
— Ты меня выгоняешь, свою мать?
— Сегодня — да.
Женщина долго смотрела на сына, словно надеялась, что он передумает. Потом молча взяла сумочку и направилась к двери. Проходя мимо Ларисы, она лишь холодно бросила:
— Еще пожалеешь.
Когда дверь захлопнулась, в квартире наступила тяжелая тишина. Лариса продолжала стоять возле чемодана. Она боялась поднять глаза.
— Простите меня, — тихо сказала она. — Наверное, мне действительно лучше уйти.
Эдуард подошел совсем близко.
— Посмотри на меня. —Она медленно подняла голову.— Лариса, ты мне понравилась еще тогда, когда я увидел твое резюме. Когда открыл файл с фотографией, будто что-то кольнуло внутри. Не знаю, как это объяснить. Потом прочитал твое резюме, посмотрел опыт работы и понял, что хочу познакомиться лично.
Он немного помолчал.
— Разговоры о невесте появились позже. Просто мне действительно надоело, что родители постоянно пытаются устроить мою жизнь.
Лариса внимательно слушала.
— Поэтому я и предложил тебе жить здесь. Сначала думал, что это будет лишь способ успокоить родителей. Но очень быстро понял, что мне хорошо рядом с тобой.
Он осторожно взял ее за руку.
— Давай официально поженимся.
Лариса растерялась.
— После всего, что произошло? Но ведь ты меня почти не знаешь.
— Зато знаю главное. Ты добрая, честная и никогда не предашь человека ради собственной выгоды. —У Ларисы защипало в глазах.
Через месяц они расписались. Никакой пышной свадьбы не было.
Только двое молодых людей, сотрудники загса и тихое согласие. После регистрации Эдуард улыбнулся.
— Теперь уже никто не сможет выгнать тебя из моего дома.
Лариса рассмеялась сквозь слезы. Она была уверена, что наконец-то нашла свое счастье.
Годы летели удивительно быстро. Эдуард оказался именно таким мужем, о котором многие женщины только мечтают. Он никогда не жалел денег на любимую женщину. Почти силой возил ее по магазинам.
— Лара, перестань смотреть на ценники, — смеялся он. — Если платье тебе идет, значит, мы его покупаем.
Он полностью обновил ее гардероб. Они путешествовали. По вечерам готовили ужин и спорили, какой фильм посмотреть.
Лариса все чаще ловила себя на мысли, что мать оказалась права. Она действительно встретила человека, который был способен сделать ее счастливой.
Лишь одна беда омрачала их жизнь. Детей не было. Сначала супруги не переживали. Потом начали ждать.
Еще через год отправились к врачам. Обследование показало, что оба абсолютно здоровы. Доктор лишь развел руками.
— Такое иногда бывает. Не теряйте надежды.
Эдуард не унывал.
— Значит, все впереди. —Он говорил это искренне.
Только Лариса каждый раз чувствовала укол совести. Она тайком продолжала пить противозачаточные таблетки.
Страх оказался сильнее любви. Ей казалось, что если однажды Эдуард поймет, что ошибся в выборе, ребенок станет самым несчастным человеком.
А вдруг он разлюбит ее? А вдруг снова вмешается Клара Андреевна? Или однажды он выгонит ее так же легко, как когда-то мог отказаться от собственного решения?
Эти мысли не давали ей покоя. Она молчала пять долгих лет.
Однажды утром Эдуард искал в ванной обезболивающее. Открыв шкафчик, он увидел незнакомую упаковку. Потом прочитал название. Руки медленно опустились.
Когда вечером Лариса вернулась домой, он сидел в гостиной. На столе лежала та самая упаковка.
— Объясни, — спокойно сказал он.
Она сразу побледнела. Отпираться было бессмысленно. По ее щекам покатились слезы.
— Я боялась… Что однажды ты поймешь, что ошибся. Что твоя мама была права. Что ты меня бросишь…
Эдуард долго молчал. Потом тихо произнес:
— А ты хоть раз подумала, что своим молчанием уже разрушила нашу семью?
Лариса бросилась к нему.
— Прости меня… Я больше не буду. Я готова рожать тебе каждый год. Хоть пятерых, хоть десятерых. Только не прогоняй меня.
Он осторожно освободил свои руки. В его глазах не было злости.
— Лара, я любил тебя без всяких условий. —Он тяжело вздохнул.— Но жить рядом с человеком, который пять лет не доверял мне самое главное, я не смогу.
— Я исправлюсь…
Он покачал головой.
— Семью разрушает не отсутствие детей. Ее разрушает недоверие.
Через несколько дней Лариса собрала чемодан, с которым когда-то стояла у двери после разговора со свекровью.
Только теперь никто не выгонял ее силой. Она уходила сама. На прощание Эдуард лишь тихо сказал:
— Я желаю тебе счастья. —Лариса ничего не ответила.
Когда поезд тронулся, она смотрела в окно и понимала, что потеряла не богатую жизнь, не красивые платья и не просторную квартиру. Она потеряла человека, который однажды поверил ей без остатка.
А она так и не смогла поверить ему в ответ.
И только теперь Лариса поняла простую истину: любовь можно пережить, бедность можно преодолеть, одиночество тоже когда-нибудь заканчивается. Но недоверие, которое человек сам впускает в свое сердце, однажды разрушает даже самое большое счастье, оставляя после себя лишь запоздалое раскаяние.
