Она вышла из проходной, весело разговаривая с подругой, неожиданно та толкнула её локтем в бок:
— Настя, смотри, Григорий стоит. Не иначе, как тебя ждёт. Ладно я пошла, не буду вам мешать.
Анастасия сделала задумчивое лицо деловой женщины, возвращающейся с работы.
— Настя, — мужчина робко подошёл к ней.
— Григорий? – на лице отразилось удивление.
— Я хотел тебя…
— Наверно, проводить до дома?
— Да, — и столько радости было в глазах мужчины.
— Пошли, — и взяла его под руку.
***
Обычно до дома Анастасия доходила минут за пятнадцать, если в магазины заходила, то за час. Сегодня они шли более двух часов, и всю дорогу она, словно посылала себе мысленно приказ:
«Не торопи события! Тебе тридцать девять и, возможно, это твой последний шанс встретить старость с нормальным мужчиной».
Возле подъезда на скамейке сидели пожилые соседки, которые уже заметили их.
— Григорий, вон мой подъезд, возле которого сидят женщины.
— Всё понял. До завтра!
— Гриша, ты не обижаешься?
— Нет, — по его сияющим глазам было понятно, что он даже повода не видит, на что обижаться.
Проводила его взглядом и направилась к подъезду, по пути кивнув соседкам:
— Здравствуйте!
***
Зашла в свою квартиру, огляделась, представляя, как будут заходить сюда вместе. Душа просто пела:
«Какой он хороший и добрый. Всего на два года старше меня. Судьба только несчастливая. Говорят, что был женат на дочери какого-то начальника, но пришёлся им не ко двору.
Дочь моя уже месяц не показывается. У будущего зятя однокомнатная квартира… Когда же он официально зятем станет? Надо их поторопить. Женятся, сыграем свадьбу, и займусь своей личной жизнью».
Прикрыла глаза и возник образ Григория. С этим образом стала готовить ужин, представляя, что готовит на двоих.
Зазвучала мелодия на телефоне. Звонила дочь:
— Мама, чем занимаешься?
— С работы пришла, ужин готовлю.
— На меня тоже готовь. Сейчас приду.
Положила на стол телефон:
«Голос какой-то странный. Сейчас какую-нибудь новость принесёт.
Дочери девятнадцать. Полгода она уже со своим другом живёт. Однокомнатная квартира у её жениха есть. Колледж Вика окончила. Когда же они поженятся? Деньги вроде зарабатывают. Киоск у них, какими-то продуктами торгуют. Уж не знаю сколько, но зарабатывают.
Ой, чувствует моё сердце, что сейчас какую-нибудь новость принесёт!»
***
Дочь пришла с загадочной улыбкой на лице, словно мать сама должна, о чём-то догадаться. Обнялись:
— Проходи! – дочь пошла на кухню, а Настя невольно крикнула. – Вика!
— Что, мама? – та повернулась.
— Ты беременна?
— Да.
— И сколько уже?
— Четыре месяца.
— Кто – уже сказали?
— Да, дочь, — и Вика, улыбнувшись, добавила. – У нас в роду одни дочери рождаются.
— И почему я до сих пор не знаю?
— Мама, ну, что тебя заранее волновать.
— Проходи, садись!
Поставила перед дочерью тарелку риса с гуляшом и сразу спросила:
— И что собираетесь дальше делать.
— Через две недели у нас свадьба. Денег мы немного накопили. Его родители обещали добавить…, — и Вика вопросительно посмотрела на мать.
— Сто тысяч, и я дам, — Анастасия сразу поняла, что означает этот взгляд. – Больше у меня нет.
— Ладно, хватит! Я немного у бабушки попрошу.
— Ну, и как будете жить после свадьбы и рождения дочери?
— Так же, — похоже, дочь уже всё продумала, — Будем торговать в своём киоске.
— А дочь?
— Когда у матери Олега будет свободное время, она будет сидеть, когда у тебя свободное, ты. Вы ведь бабушки.
— Вика, я не хочу быть бабушкой, у меня только жизнь началась, — Анастасия явственно почувствовала, как рушатся её мечты.
— В смысле?
— Я всю жизнь нянчилась с тобой, в свободное время сидела со своей больной бабушкой, царствие ей небесное. Я хочу пожить нормальной жизнью, хочу любви.
— Мама, какой любви? Ты пожилая, тебе скоро сорок лет.
— А что в сорок лет уже ни любви, ни жизни нет?
— Я не знаю, — дочь обняла её. – Ну, что ты плачешь? Ты что, правда, влюбилась.
— Да.
Очередной вопрос дочери прервал звонок домофона. Вика бросилась в прихожую:
— Кто?
— Я. Открывай!
— Дочь, кто там? – в прихожую, вытирая слёзы, вышла мать.
— Бабушка.
Валентина Леонидовна зашла, глянула на свою дочь:
— Настя, почему у тебя глаза на мокром месте.
— Всё нормально, — Анастасия улыбнулась. – Твоя внучка сообщила, что выходит замуж.
Бабушка внимательно посмотрела на свою внучку:
— Похоже, она тебе не только эту новость сообщила.
— И ту тоже, — кивнула головой Анастасия.
— Готовь чай! Вместе все новости обсудим. Мне тоже есть, о чём рассказать.
— Проходи, мама! Рис с гуляшом будешь?
— Нет, чай попьём. Я булочек вкусных принесла.
Расселись за стол уже втроём, три поколения таких похожих и непохожих женщин.
— Вика, сколько уже месяцев? – сразу стала задавать вопросы бабушка.
— Четыре.
— Наверно, тоже девчонка:
— Девчонка.
— Рождаются у нас роду одни женщины, — вздохнула Валентина Леонидовна. – И судьбы у нас одинаковые. А со свадьбой что?
— Через две недели будет.
— Я сто тысяч к твоей свадьбе отложила.
— Спасибо бабуля! – на лице внучки появилась радостная улыбка.
— Вы не забыли, что мне через два месяца шестьдесят и я на пенсию выхожу? – строго спросила бабушка, но тут же на лице появилась добрая улыбка. – Успею и с правнучкой понянчится.
Валентина Леонидовна посмотрела на странные выражения лиц, дочери и внучки:
— А вы, что на меня так смотрите? Словно я одним махом все ваши проблемы решила.
Вика не выдержала и рассмеялась, а за ней и Анастасия. Они подумали об одном и том же.
— Ну-ка, давайте рассказывайте, в чём дело?
— Бабуля, моя мама влюбилась, — начала внучка издалека. – Ей всего тридцать девять, и она у нас очень красивая.
— Настя, правда? — спросила Валентина Леонидовна.
— Да.
— Ну, и хорошо! Тебя и сорока нет, у тебя вся жизнь впереди. Мне скоро шестьдесят и то ко мне один сосед, старичок, захаживает. Так что выходите обе замуж, возражать не буду.
— Спасибо, мама!
— Спасибо, бабуля!
— Так, так, так! – задумчиво произнесла Валентина Леонидовна. – Я кажется догадываюсь, о чем вы думаете.
Дочь и внучка опустили головы, а бабушка рассмеялась и продолжила:
— Как я понимаю, рожать Вика собирается, а воспитывать у неё времени нет, и она решила свалить воспитание на свою маму, а мама влюбилась. Вот незадача, а тут бабушка на пенсию собирается и мечтает понянчится с правнучкой. Я правильно рассуждаю?
Дочь с внучкой кивнули и вновь виновато опустили головы.
— Нет, дорогие, мы, глядя на своих мам и бабушек, одинаково подходим к воспитанию детей. Давайте, менять этот подход! Воспитывать ребёнка должна мама. Вика, тебе понятно?
— Бабушка…
— Мы с твоей матерью будем помогать, но не сидеть целыми днями с твоей дочерью. У нас и личная жизнь должна быть. Даже я не считаю себя сильно пожилой, а тем более, старой, а мама у тебя совсем молодая. Ей надо замуж выйти.
— Бабуля…
— Всё, Вика, давай лучше поговорим о твоей свадьбе, а то я даже ни с кем из родственников твоего жениха не знакома.
— Я сама ни с кем из них незнакома, — тут же поддержала разговор мама невесты. – Его самого всего несколько раз видела.
***
Прошло полгода.
Анастасия Сергеевна в этот морозный декабрьский вечер, готовила мужу ужин и вспоминала события этого года, а их было много и все знаменательные:
«Разве год назад, тридцатого декабря я могла предположить, что столько событий произойдёт за год. Какой там за год? Считай за последние полгода все события и произошли.
Дочь замуж вышла, новые родственники появились. А потом я и сама замуж вышла, как раз перед своим юбилеем. Разве я раньше могла подумать, что встречу своего Гришу в тридцать девять лет? Какой он добрый и хороший!
Затем мама на пенсию пошла, сразу после того, как ей юбилей справили. А теперь она уже и прабабушкой стала. Она прабабушка боевая. Вместе там с каким-то соседом живёт. Надо когда-нибудь познакомиться.
И Вике только двадцать исполнилось, и она родила. Интересно, маме – шестьдесят, мне – сорок, Вике – двадцать, а внучка моя – только родилась. И судьбы похожие.
Хотя, судьбы, чем-то различаются, и в лучшую сторону. Мама одна меня растила и Вику воспитывала, без мужа прожила. У меня жизни более благополучная. Я и высшее образование получила, и теперь замужняя женщина. Вика замуж вышла до рождения своей дочери. Вместе с мужем свои проблемы решают. У моей внучки жизнь должна быть ещё более счастливой».
Зазвенел домофон. Вытерла руки полотенцем и бросилась в прихожую:
— Кто?
— Настя, я, — раздался голос матери.
Валентина Леонидовна зашла, запорошенная снежком и в радостном настроении:
— Какая погода новогодняя! Снежок все черные пятна на земле закрыл.
— Мама, раздевайся! Давай я твои пальто и шапку отряхну.
— Ты чем занимаешься?
— Ужин готовлю. Мой ещё не пришёл. У них там на работе аврал, а им не хочется завтра выходить. Проходи, проходи! Посидим, чай попьём!
— Как там моя правнучка? – тут же спросила прабабушка.
— Растёт скоро два месяца будет.
— А Вика с ней справляется?
— Мы со сватьей, — Анастасия рассмеялась. – Договорились, по переменки приходим к ней, как бы случайно. Внучка такая красивая на Вику похожая. Мне так понравилась бабушкой быть.
— Правнучка, на нас всех похожа. Ты точна такой же была, когда родилась.
— Зять наш в свой павильон, какую-то родственницу поставил. Приходится той платить. А куда денешься?
Сели за стол, продолжая разговаривать:
— Настя, вы где собираетесь Новый год отмечать?
— Вика с мужем и дочерью там у свекрови, а мы с Гришей дома.
— Я вот что пришла, — приблизилась Валентина Леонидовна к цели своего визита. — Мы с моим другом-соседом тоже одни на Новый год остались. Приходите к нам, вместе справим и мужики наши хорошенько познакомятся.
— Я не против. Сейчас Гриша придёт поговорю с ним.
— Вот и хорошо! – улыбнулась Валентина Леонидовна. – Рада, что в нашем бабьем царстве жизнь налаживается!
