Катерина домой с работы пришла такая уставшая, что дочка Вероника даже испугалась, увидев её измождённый вид.
— Мама, что с тобой?
— Ничего, — сердито ответила мать. – Просто, замоталась я. Сил нет никаких. Скорее бы на пенсию, что ли.
— Странно. Ты раньше такой с работы никогда не приходила.
— А потому что я в нашем отделе теперь одна осталась! Сразу за троих работаю. А мне, между прочим, уже почти пятьдесят.
— Мамочка, но ведь пятьдесят — это ещё так мало, — заулыбалась Вероника. — И потом, куда все ваши остальные женщины с работы делись?
— Куда, куда… — Катерина удручённо вздохнула. — Одна женщина на днях уволилась, а вторая с внучкой нянчится, на старости лет.
— Как это?
— Так. Обычное женское дело. Бабушкой она стала. Дочка у неё на прошлой неделе родила. Умудрилась дождаться до тридцати пять лет, и всех осчастливила. А Ольге Семёновне приходится теперь ей помогать. Куда денешься? Взяла отпуск за свой счёт, на целых три месяца.
— Вот, здорово, — заулыбалась Вероника. – Когда-нибудь, и ты мне так помогать будешь. Ведь, правда?
— Не знаю, — опять сердито пробурчала Катерина, и пошла на кухню разогревать еду. – Может, буду, а может, и нет.
— Как это – нет? – Дочь сделала испуганные глаза и поспешила за ней. – Почему – нет? Мне же, наверное, тяжело будет сразу после родов одной нянчиться с ребёнком. Я же ничего не умею. А ты – опытная. Ты всё знаешь. И потом, тебе же моя бабуля помогала, когда я родилась. Правильно?
— А как же, — хмуро ответила Катерина. – Мне моя помогала…
— А ты не будешь?
— Всё зависит от того, когда это случится.
— Что – случится?
— Рождение твоего первенца, вот чего. Какая ты непонятливая стала… Вот скажи, только честно, у вас с твоим Андреем сейчас отношения на каком этапе?
— В смысле? – Вероника сразу же напряглась. – Ты про какие отношения спрашиваешь?
— Я спрашиваю, когда он сделает тебе предложение? Или вы собираетесь – как все вокруг – однажды просто съехаться, снять себе квартиру, и жить не расписываясь?
— Мама, я пока ничего не знаю. Мы ещё об этом не говорили. Может, мы и зарегистрируем наш брак. Надо подумать.
— Ну-ну, — хмуро кивнула Катерина. — А ребёночка, вообще, вы рожать собираетесь?
— Ну, наверное. Чем мы хуже других?
— И вы его сразу родите, как только вместе жить станете?
— Нет! – испуганно воскликнула дочка.
— Почему?
— Потому что мы с Андрюшкой никуда не торопимся! Сначала мы должны пожить для себя. Лет десять.
— Понятно. Лет десять – это – ого-го — сколько… Значит, скорее всего, после родов, ты на мою помощь можешь не рассчитывать.
— Как это?
— А так это. Я уже сейчас, вся, как загнанная лошадь. А через десять лет у меня сил вообще не останется. Понимаешь?
— Нет, не понимаю, — затрясла головой дочь. – Я не понимаю, что в этом такого сложного — помогать дочке возиться с новорожденным? Ты же знаешь, как это делается. И всё помнишь.
— Я-то помню, да только, толку в этом мало. Вон, Ольга Семёновна, та самая, которая сейчас нянчится с внуком, сегодня на работу пришла бумажки подписывать бледная вся, и плачет. Лица на ней нет.
— Почему?
— Потому что, ей уже пятьдесят восемь. У неё у самой уже куча болезней. С ней бы кто понянчился. А она и работает, и теперь, вон, дочке помогает. И всё это — из последних сил. В её годы женщинам пора уже внуков женить, а не на руках их таскать с пятого этажа на прогулку. Я тебя когда родила, мне было двадцать, а моей маме — всего сорок лет. И сил у неё было в то время ещё много. Она с тобой так нянькалась, что мне приходилось тебя из её рук порой вырывать. Я даже ревновала тебя к ней. А Ольга Семёновна говорит, что у неё от маленького ребёнка и спина болит, и руки немеют. Но дочку-то ей жалко. Вот она, бедная, и страдает. Но дочке вида не показывает. Понимаешь, о чём я говорю?
— Не совсем, — обиженно ответила Вероника.
— Тогда ещё раз повторяю, если родишь только через десять лет, у меня помощи не проси. Я тебя из роддома, конечно, встречу, поцелую, а дальше, пусть с внуком или внучкой тебе свекровь помогает.
— Мама, но ведь мама Андрея старше тебя, — жалобно простонала Вероника. – Она вот-вот на пенсию выйдет. Он же у неё – поздний ребёнок.
— Ну, тогда, поздравляю, — пожала плечами Катерина. — Придётся тебе с младенцем как-нибудь одной управляться. Я его на руки даже брать не буду, чтобы случайно не уронить. Или, вон, путь твой Андрей декретный отпуск оформляет. Сейчас так можно.
— Ну, мамочка… Ну, спасибо тебе… — Дочь надула губы. – А я-то думала, ты мне, если что — поможешь…
— Если завтра нужно помочь, то я — с великим удовольствием, — вздохнула Катерина. – А через десять лет… Мне бы дожить до этого времени… Ты ужинать будешь?
— Нет, — сердито ответила дочь. – У меня скоро с Андреем встреча. — Вероника развернула, и вышла из кухни.
— Обиделась… — пробормотала Катерина, и тяжело вздохнула. – Ну, ничего… На обиженных, говорят, воду возят…
Когда Вероника — поздно ночью — пришла со свидания, мама уже спала. Но она подсела к Катерине на кровать, и осторожно положила её руку на плечо.
— Что? – моментально проснулась спящая.
— Мама, я пришла домой.
— Хорошо… — сонно пробормотала мать, и снова закрыла глаза. — Молодец… Ложись спать…
— Мама, погоди, не засыпай. Мы с Андреем обо всём договорились.
— Прекрасно…
— Мы скоро поженимся.
— Ага… — Катерина сонно улыбнулась. – Дочка, давай, мы завтра поговорим, и ты мне всё расскажешь. А сейчас – у меня сил нет. Я так спать хочу, что кажется, умру.
— Ладно. Спи, мамочка. — Дочка погладила Катерину, как маленькую, по голове. — Просто, имей в виду, мы и ребёночка с Андреем родим, тоже, очень скоро. Так что, ты за это не переживай. И готовься мне помогать.
— Что?! Готовиться? – Сонное состояние Катерины мгновенно куда-то испарилось, и она уставилась на дочь огромными глазами. – Как это скоро родишь? Когда – скоро?
— Ну, наверное, месяцев через девять, — улыбнулась дочь. – А сейчас, ты спи, мамочка, спи… Спокойной ночи…
