Сергей никогда не был слишком инициативным, настойчивым и пробивным. Даже мать его ещё в детстве ругала:
— Весь в отца! Бесхребетный и слишком добрый… Ну, нельзя же таким мямлей быть!
С отцом мать развелась, когда Серёжа закончил школу. Мальчик переживал развал семьи, но отец, недолго думая, женился во второй раз и уехал в другой регион с новой семьёй, практически бросив не только энергичную и вечно жалующуюся на него бывшую жену, но и Серёжку.
Женился Сергей после армии по настоянию матери, так как Лиза, девушка сына, была с характером руководителя и работала уже в свои молодые годы главным бухгалтером на фабрике.
— Бери Лизку в жёны. Не пропадёшь. Кто-то в семье должен быть сильным, иначе ничего не добиться, а ещё она и симпатичная, — уговаривала сына Анна Ивановна.
Она умалчивала, что Лиза дарила ей дефицитные в то время духи, доставала отрезы на платье. Сергей видел, что Лиза ласково смотрит на него и выгодно отличается от других девушек своим зрелым мнением о жизни, семье, и на хорошем счету на работе.
После свадьбы молодая пара получила квартиру от фабрики, и вскоре у них родилась дочь Тамара, а потом, через три года Лиза родила и вторую девочку – Аллу. Сергей долгое время трудился в электросетях, получал неплохую зарплату, и был доволен своей жизнью.
Вот только жена с годами раздражала его всё больше и больше. Лизе не хватало денег, она требовала от мужа находить шабашки, а он уставал на основной работе, и не мог понять куда деваются его получки.
— Я же тебе всё до копейки отдаю, — пытался возразить он жене, — а тебе вечно мало… Ну, не миллионер я, знала, за кого замуж выходила…
Но Лиза ничего не хотела слушать. Она приводила в пример соседей, знакомых, у которых были новые машины, дачи, и вся квартира в коврах.
— Ну, и зачем нам ковры? А машина у нас и так есть, правда, старенькая, но на ходу, ездим ведь… — отвечал Сергей, — дочки учатся хорошо, скоро замуж выдавать будем.
— Вот именно! Вспомнил о дочерях! А им надо приданое! А что у нас за душой? Ни-че-го. Я, как главный бухгалтер, могла бы ездить и на хорошей машине, мне уже по возрасту положено солиднее выглядеть, а ты не хочешь статусных вещей, не желаешь больше потрудиться, чтобы жить достойнее! – упрекала его Лиза.
Так, год за годом, скандалы, ссоры были все на одну тему. И наконец, Лиза подала на развод, когда и девочки уже вышли замуж, и внуки пошли. И Сергей так устал от ворчливой жены и её непрекращающихся претензий, что и сам был рад развестись.
— Да, я понимаю, состарился, скоро на пенсию, надоел тебе… — сказал он Лизе, — что ж, насильно мил не будешь…Но и работать я как прежде, на шабашках по выходным, и на производстве не могу, тяжело стало. Ты не понимаешь, ты ведь сидя трудишься, а я всю жизнь по столбам лазил, и электричеством бит не раз, но уж извини, что не смог сделать тебя богатой.
Вот только уходить Сергею от жены было совсем некуда. После развода ему остались гараж и его машина. Квартира была оформлена на всех, и он не смел претендовать на свою четверть. Потому и согласился на такой раздел имущества, и ушёл жить в гараж, благо было тепло – лето.
Сергей всё ещё работал, до выхода на пенсию ему оставался один год. Соседи шептались, осуждая Лизу, мол, выгнала мужика жить в гараж, съела с потрохами, и долго он ещё держался.
В гараже у Сергея был диван, ведро с водой, а готовил он на электроплитке, точнее, перекусывал: омлет, жареная колбаса, или полуфабрикаты в виде котлет или сосисок. Даже небольшой старенький холодильник имелся у него там. Но подошла осень, и холод и сырость заставили Сергея идти к матери.
Она неохотно приняла его к себе, хотя и жалела по-своему, и негодовала на Лизу, и укоряла внучек, что никому отец не нужен.
— Неужели ты думаешь, что я буду мешать жить своим девочкам? У них семьи и по дочери у каждой. И на что я им нужен? – отвечал матери сын.
— Вот именно, одна я тебе дверь открыла. Ничего себе семейка у тебя! Ни любви, ни уважения, ни сострадания не заслужил за все годы, — сердилась мать. Сергею казалось, что мать больше негодует из-за того, что теперь стеснена сама, и он начинал думать о том, чтобы снимать себе квартиру.
Он сказал об этом матери, и она вроде бы успокоилась, хотя старалась первое время готовить, и даже пыталась гладить сыну рубашки.
— Что ты, мама. Я сам! – говорил Сергей, — и готовлю, и стираю, и убираюсь.
— Пока я тут хозяйка! Ладно, убирайся, но готовить буду я, — ответила мать.
Вскоре Сергей нашёл небольшую квартиру неподалёку от матери и переехал. Он вышел на пенсию, но нашёл себе работу полегче, чтобы оплачивать съёмное жильё – иначе бы пенсионных денег на всё не хватило.
Квартира его была в частном секторе на полдома, с соседями через стенку. К уютному двору прилегал небольшой садик с домиком-банькой, что Сергею особенно понравилось, и он даже договорился с хозяином о постепенном выкупе этой квартиры.
Ради этой цели он продал гараж и машину, и внёс продавцу первую значительную выплату, радуясь своей удаче. Мать оценила его покупку:
— Всегда мечтала жить на земле, — сказала она, посетив новую обитель сына, — да вот не решилась без мужа. А, наверное, зря.
Анна Ивановна стала чаще приходить к сыну. То пирогов своих испечёт, то щей наваристых принесёт.
Наступила весна, и Сергей, как-то вернувшись с работы вечером, застал мать у себя в огородике. Женщина за восемьдесят лет что-то сажала в грядки.
— Ма, ты что надумала? – удивился Сергей, — неужто картошку сажаешь? Ты сама копала?
— Нет, не волнуйся, договорилась с твоим соседом. Он тут культиватором прошёлся по старым грядкам, ведь раньше здесь сажали, и огород не надо запускать… А я зелень посадила, а картошку ещё рано, попозже, сынок… — ответила она, улыбаясь.
— Вот те раз! – рассмеялся сын, — так, значит. Дома у меня руководительница всегда была, и меня наставляла, а теперь, не успел я своим жильём обзавестись, ты начала тут командовать.
— Только огородом, сынок, только земелькой… Я вроде как молодею в твоём саду, даже домой ноги не идут. Поверь, так земля полезно на меня действует… — застеснялась она.
— Ма, подумай, я тебя сюда взять не могу, тут даже отопления нет, печки! Спасибо, что воду и канализацию сделал продавец недавно, потому и квартира дешёвая, мне по карману… А тебе тут холодно будет, — предупредил сын.
— Так сейчас лето, — махнула рукой Анна Ивановна, — дай мне хоть перед смертью попробовать самой вырастить редиску или хоть чеснок. Я тебе мешать не буду. Сил надолго моих не хватает. Я посмотрю на садик, на сирень твою и домой пойду. А заодно тебе поесть приготовлю.
— Ну, смотри, потом не жалуйся, — улыбнулся Сергей.
Странно, но почин матери сделать посадки в небольшом огороде вызвали и у Сергея отклик в душе. В выходной день он занялся огородом, поговорил с соседями, посмотрел их гряды, чтобы перенять опыт.
Вскоре огород и садик имели ухоженный вид, и мать почти не пропускала дня, чтобы не прийти сюда, благо жила совсем рядом.
Сергей снова стал брать шабашки, чтобы сделать отопление в своём новом жилье. Всё лето он трудился, а мать по сути одна была в огороде, но к концу осени дом уже был тёплым, газовый котёл подключен, и ванная комната обрела современный вид.
— Я рада и спокойна за тебя, — сказала мать, — вот тебе на следующие расходы.
Она положила на стол перед сыном значительную сумму.
— Откуда у тебя такие деньги, мама? – удивился Сергей.
— Я давно живу для себя, одна. Внучкам помогала только немного, когда учились, а теперь вот скопила себе на чёрный день, но думаю, что неправильно. Надо бы не на чёрный, а на радостный… Вот, погаси долг. Сколько тебе ещё осталось платить?
Сергей посчитал деньги и сказал:
— Почти вся сумма… Вот спасибо…
Он вытер глаза, и обнял мать.
— Но я пока всё равно поработаю, чтобы насобирать денег нам с тобой. Мало ли… Вдруг болезнь или операция какая… Это жизнь. И мы уже оба немолодые…
Через год Сергей забрал мать к себе. Она стала чаще болеть, а он всё работал, не бросал и случайные заработки, и ходить к ней на квартиру не всегда успевал.
Анна Ивановна даже обрадовалась. Она и посоветовала сыну сдавать свою квартиру жильцам.
— Вот и будет тебе дополнительный доход, — сказала она, — не надо столько работать. Тебе тоже седьмой десяток. Когда же пожить для себя?
Так они и поступили. Но однажды на пороге появилась Лиза.
— Ты? – удивился Сергей, увидев бывшую жену, — какими судьбами? Что-то случилось с девочками, с внучками?
— Случилось, потому и пришла, — тихо и с грустью ответила Лиза, — можем мы поговорить?
Он пригласил её в кухню, предварительно прикрыв дверь комнаты, где спала мама.
— Там Анна Ивановна? – спросила Лиза, — как она?
— Жива. Много спит, меньше вставать стала, слабеет. Возраст берёт своё… — ответил Сергей.
— Слышала я о тебе. А квартира хорошая, — Лиза с явным интересом рассматривала свежий ремонт и вид из окна в сад.
— Ты пришла посмотреть, как я живу? – спросил Сергей.
— Вижу, что ты не такой стал, — ответила она, — даже посуетился о своём новом жилье.
— А ты думала, что я на улице подохну, как собака? – ответил он, — мне мать помогла, и работать пришлось как в молодые годы.
— Так для себя и старался, — резко ответила она, а потом мило улыбнулась, — у младшей нашей развод, ты знаешь. Она пришла ко мне с внучкой. Живут уже у меня полгода… Я в маленькой комнате, а они в большой.
— И что? – не понял Сергей, — там она прописана, и внучка тоже. Имеют право.
— Так-то да. Но я не думала, что у них дойдёт до этого… — со слезами ответила Лиза, — я ведь в пенсионном возрасте. А тут – жить вместе! А ты стал более хладнокровным, Сергей. Квартира у нас небольшая, и нам тесно. К тому же у дочери появился новый избранник. Понятное дело, она молодая, ещё может повторно выйти замуж, и правильно…
— Не понимаю, зачем ты мне это рассказываешь? – спросил Сергей.
— Наши девочки как были, так и остаются нашими детьми! А мы – их родители! Кто как не мы должен заботиться о них, о внучках? Мариночке нужна отдельная комната, чтобы делать уроки. А ты, как я вижу, живёшь неплохо, и ни о чём не беспокоишься, хотя она и твоя внучка! — повысила голос Лиза.
Она всё так же хорошо выглядела, от неё веяло дорогими духами, и маникюр был как всегда, безупречным.
Сергей молчал. Он рассматривал жену с равнодушным сердцем, словно со стороны, будто и не было долгих лет брака, и тех бурных эмоций, с которыми они расставались.
Лиза с прямой спиной сидела на стуле и продолжала:
— Я знаю, что у тебя сдаётся квартира, которая сейчас свободна.
— Она не моя, мамина, — напомнил Сергей.
— Это всё равно. Мама уже очень старая, и всё на тебе держится, я же понимаю. Она живёт у тебя, — Лиза посмотрела строго, — если тебе не безразлична внучка, разреши им пожить пока в этой квартире. Что тебе с этих денег? Ты на пенсии, мать тоже. А дочери надо помочь с новой семьёй.
— Тебе не кажется, что это забота её нового мужа? – удивился Сергей, — он молодой и здоровый мужик, наверное.
— Вот именно. Молодым сейчас как раз трудно. Им надо помогать пробиться в жизни.
— Так им по сорок лет! Пусть утверждаются, только не за счёт здоровья своих пенсионеров-родителей, — ответил Сергей, — и ты беспокоишься больше о своём комфорте, а не о дочери и внучке, и тем более, уж никогда не волновалась обо мне. И сейчас этот разговор бесполезен.
Сергей встал, и показал Лизе всем своим видом, что не хочет больше разговаривать.
— Вот ты всегда таким был, а я-то считала тебя добрым и понимающим! – пылко, не скрывая досады, ответила она, вставая.
— Нет, но ты меня научила думать о себе, спасибо, — Сергей открыл дверь, выпуская её.
Когда он запер дверь и вошёл в кухню, то увидел на стуле мать.
— Зачем она приходила? – спросила Анна Ивановна, глядя в окошко на уходящую сноху.
— Твою квартиру хотела…
— Уже и про это прознала… — вздохнула мать, — вот баба…Ведь и так всё дочкам после тебя останется. А она торопит время.
Больше Лиза не приходила. Навещали Сергея только внучки, и реже — дочери. Первые годы после развода они мало виделись с отцом, а теперь их отношения снова возобновились.
Внучки иногда ночевали у прабабушки и деда. И Сергей с Анной Ивановной перестали чувствовать себя брошенными и забытыми.
А Лиза ещё некоторое время жила с новой семьёй младшей дочери, а потом попросила их съехать, оставив у себя жить только любимую внучку.
