– Подержи Злату, я только за смесью в аптеку сбегаю, – Алена засунула мне в руки трехмесячную дочку и, не дожидаясь ответа, побежала вниз по лестнице.
Я осталась стоять в коридоре. Ребенок на руках сопел, прижимаясь к кофте. На тумбочке у зеркала валялись неоплаченные квитанции за свет, пустые пачки от сигарет и смятый лист из суда. На листе синел штамп: «Пять лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима».
История Валеры, мужа Алены, прогремела на весь наш район полгода назад. Пьяная драка у круглосуточного магазина, неудачный удар попавшейся под руку арматуры, реанимация и глухой финал. Валера отправился на нары, а Алена, дохаживавшая седьмой месяц, осталась одна с кучей займов и скорым рождением дочки.
В тот вечер я ждала ее ровно час. Когда она вернулась, от нее стойко несло дешевым пивом.
– Ты где была? – я переложила уснувшую Злату на диван. – Какая аптека? От тебя разит за версту.
– Не учи меня жить, Ира! – подруга сбросила сапоги прямо посреди прихожей. – У тебя все гладко, муж при должности, квартира трехкомнатная. А у меня муж в тюрьме! Я как должна этот кошмар выносить? Мне расслабиться нельзя?
– У тебя грудной ребенок! – я попыталась говорить тише, чтобы не разбудить малышку. – Твоя мать с ней сидит целыми днями, пока ты гуляешь.
– Мать сидит, потому что должна помогать! – Алена махнула рукой и прошла на кухню. – Дай лучше в долг пару тысяч. Завтра электричество отключат, если не заплачу.
Я достала из сумки купюры, положила на стол и молча вышла.
Мы дружили с пятого класса. Сидели за одной партой, делили одну помаду, прятали друг друга от строгих родителей. Я знала про нее все, она знала все про меня. Нам казалось, эта связь на всю жизнь. Но жизнь в один момент начала трещать по швам.
Через месяц после того разговора рассыпалась моя собственная семья. Десять лет брака с Игорем превратились в пыль буквально за один вечер.
Никаких громких скандалов не происходило. Я просто взяла его телефон, чтобы посмотреть номер сантехника, и на экране выскочило сообщение: «Жду тебя, любимый, она ничего не заподозрит».
Девице было двадцать два года. Она пришла к ним в компанию полгода назад на практику.
Игорь отпираться не стал. Спокойно собрал дорожную сумку, забрал ключи от машины и ушел. Квартира осталась мне – мы покупали ее на деньги моих родителей, так что претендовать на нее он не мог.
Два месяца я привыкала жить одна. В трехкомнатной квартире было слишком тихо. По вечерам я перебирала старые фотографии, готовила ужин на одного и думала, где свернула не туда.
Потом подруга по работе затащила меня на свой день рождения. Там я и познакомилась с Денисом.
Он был младше меня на три года. Симпатичный, подтянутый, умел вовремя подать пальто, сделать комплимент и вовремя подлить сока. Денис работал в торговле, снимал комнату с приятелем и постоянно рассказывал про перспективные проекты, которые вот-вот принесут ему кучу денег.
Через три недели после знакомства он перевез ко мне свои вещи. У него не было своего жилья, машины тоже не водил, но в тот период меня это совершенно не волновало. Мне хотелось простого тепла. Хотелось, чтобы кто-то обнимал по вечерам и спрашивал, как прошел день.
Естественно, я познакомила Дениса с Аленой. К тому времени подруга опустилась еще сильнее. Посиделки с пивом превратились в ежедневные загулы. Дочку Злату забрала к себе бабушка, а Алена искала любой повод, чтобы не оставаться дома одной.
Она часто приходила к нам. Сидела на кухне, плакала, жаловалась на судьбу и на Валеру, который пишет из колонии письма и просит приехать на свидание.
– Бедная девка, – рассуждал Денис, когда за Аленой закрывалась дверь. – Не повезло ей с мужиком. Ты у меня другая, я тебя в обиду не дам.
Я радовалась, что мой мужчина так сочувственно относится к моей подруге детства.
—
В ноябре меня отправили в краткосрочную командировку. Нужно было принять документы по филиалу в соседнем городке. Денису я оставила ключи от квартиры, попросила поливать цветы и присмотреть за котом.
Проверку закончили раньше на целые сутки. Я решила не предупреждать Дениса, а сделать приятный сюрприз. Купила свежей рыбы, заехала в магазин за любимым соком и рано утром уже поднималась на свой этаж.
Ключ в замке повернулся бесшумно.
В прихожей стоял стойкий запах сигаретного дыма и чужого резкого парфюма. На вешалке рядом с моей курткой висела чужая куртка – ярко-розовая, с пушистым мехом на капюшоне.
Я прошла по коридору к спальне. Дверь была приоткрыта.
На нашей кровати спал Денис. А рядом с ним, положив голову ему на плечо, спала блондинка в коротком халате. На тумбочке валялись окурки, стояла недопитая бутылка коньяка.
Я не стала кричать. Просто прошла в ванную, чтобы смыть с лица дорожную пыль. В корзине для грязного белья сверху лежали полотенца. А рядом с ними блестело серебро.
Я подняла вещь. Это был массивный серебряный браслет с затейливым плетением. Я сама дарила его Алене на тридцатилетие.
Картинка сложилась моментально. Денис привел в мою квартиру стороннюю девицу, а перед этим здесь побывала Алена. Или они были здесь вместе.
Я вернулась в спальню, подошла к окну, шире открыла форточку и сдёрнула с кровати одеяло.
Денис подорвался мгновенно. Сначала он хлопал глазами, пытаясь сообразить, что происходит, потом уставился на меня.
– Ира? А ты почему сегодня? Ты же завтра должна была!
Девица на кровати завозилась, заохала и стала судорожно искать свои вещи.
– Десять минут, – я посмотрела на Дениса. – Если через десять минут ваших вещей не будет в прихожей, я звоню в полицию и говорю, что меня ограбили.
– Ира, ты не так всё поняла! – Денис начал спешно натягивать штаны. – Это знакомая моя, ей идти некуда было! Алёна тоже приходила, ей плохо было, мы просто сидели!
– Браслет Алёны заберешь и уберешься отсюда, – я бросила браслет на пол.
Денис замолчал. Понял, что отпираться бессмысленно.
Девица выскочила из квартиры через три минуты. Денис собирался еще минут пять, скидывая футболки в рюкзак. За ними захлопнулась дверь, и в квартире стало тихо.
—
Оставаться в этом месте я больше не могла. Трехкомнатная квартира, где каждый угол напоминал сначала о разбитом браке, а теперь о предательстве подруги и парня, стала чужой.
Я выставила жилье на продажу, оформила перевод в филиал нашей компании в моем родном городе и перевезла вещи к родителям. Там же пустовала небольшая двушка, доставшаяся мне от бабушки.
Продать трехкомнатную удалось быстро. Отдала долг родителям, сделала ремонт в бабушкиной квартире, сменила номер телефона и полностью погрузилась в работу. Прошлое хотелось просто стереть из памяти.
Спустя полгода я случайно встретила на рынке знакомую.
– Ира, ты ли это? – Женщина поставила сумки на землю. – А у нас тут такие новости, прямо кино!
– Какие новости? – спросила я без особого интереса.
– Да Алена твоя совсем с катушек слетела. Дочку Златку мать у нее забрала через опеку. А Алена с тем твоим Денисом живет! Представляешь? Они комнату снимают у деда какого-то на окраине. Он еще и крестным Златы стал на прошлых выходных!
Я выслушала это и даже не удивилась. Денис нашел себе ровню – женщину, с которой можно пьянствовать и ни о чем не думать. А Алена получила то, к чему шла последние годы. Валера из колонии пишет письма, думая, что его женушка ждет его дома с ребенком, а она устраивает застолья с другим.
—
Прошло еще полтора года. Моя жизнь вошла в нормальное, спокойное русло. Я привыкла к маленькому городу, завела собаку, по выходным помогала родителям на даче. О мужчинах пока даже не думала – хотелось побыть одной и прийти в себя.
В конце ноября зарядили холодные дожди. Я выходила из местного гастронома с тяжелым пакетом продуктов, торопясь к машине.
У самого крыльца стояла женщина. В потертой куртке не по размеру, с грязными волосами, собранными в куцый хвост. В руках она держала горячительное.
Она взглянула на меня, и я с трудом узнала в этой опустившейся женщине Алену. Ей не было и тридцати пяти, а выглядела она на все пятьдесят.
Алена замерла. Быстро спрятала банку в карман и сделала шаг мне навстречу.
– Ира…
Я остановилась.
– Привет, Алена.
– Ты… Ты здесь живешь теперь? – Голос у нее был сиплый, пропитой. – А я вот… В магазин зашла.
Она попыталась улыбнуться, но уголки губ дергались.
– Ира, ты до сих пор на меня обижаешься? – выдохнула она, глядя под ноги. – Я же тогда совсем спивалась. Денис этот… Он же сам ко мне лез, честное слово! Я не хотела тебе сделать больно!
Я смотрела на нее, и у меня не осталось ни капли той злости, которая жгла меня в спальне. Ни обиды на Игоря, который ушел к молодой. Ни злости на Алену, которая перечеркнула двадцать лет дружбы.
– Я не обижаюсь, Алена, – проговорила я спокойно. – Все это осталось в прошлом.
– Так мы… Мы можем поговорить? Зайти куда-нибудь, посидеть, как раньше? – в ее глазах блеснула надежда. – Я ведь скучаю. Совсем одна осталась. Валера скоро выходит, я боюсь…
– Нет, Алена, – я перехватила пакет с продуктами поудобнее. – Посидеть не получится. Простить я тебя простила. Но общаться нам больше незачем. Живи своей жизнью.
Я повернулась и пошла к своей машине. Слышала, как она окликнула меня еще раз, но даже не стала оборачиваться.
Предательство мужа и подруги научили меня одной важной вещи: простить – не значит впустить человека обратно в свою жизнь. Я оставила их в прошлом и пошла дальше.
