Узнав, что Леха собирается жениться на женщине с ребенком от первого брака, Даня, разве что, только пальцем у виска не покрутил. Жениться! Официально! В ЗАГСе! Только что ребенка не усыновил — а так вообще комбо было бы.
Конечно, Даня, как настоящий друг и порядочный мужчина, не раз беседовал с Лехой. И убеждал, и аргументы приводил и даже пару раз наорал на него, усомнившись в умственных способностях друга. Бесполезно. Леха был непробиваем. «Я ее люблю, — твердил он. — А с ее сыном у нас вполне ровные отношения. Он и с папкой общается прекрасно, и со мной не против в кино сходить. Нормальный пацан, не избалованный, не капризный. Не понимаю, что такого страшного?»
Вот и говори с таким. Словно приворожила она его, что ли!.. Ничего не хочет видеть. Как говорится, в клубах розового тумана. У невесты, так-то, квартирка однокомнатная — после развода да раздела осталась, работает в детском саду кем-то… методистом каким-то, что ли, — словом, денег с гулькин нос.
Ну… красивая, да, тут не поспоришь, фигурка хорошая, не расплывшаяся, лицо вполне себе «натуральное» и симпатичное — без сделанных в салоне ресниц и накачанных губ (может, просто денег на это нет, ха-ха). Но ведь на этом — все. И что? Леха, такой видный парень, не мог, что ли, найти себе нормальную? Без детей? Что, симпатичных да стройных мало? Да ему только пальцами щелкнуть — очередь выстроится! Нет. Настя ему эта нужна. Зачем, ну вот зачем? Совершенно непонятно. И Даня не сдавался, продолжая убеждать друга не губить себя. А Леха даже не возмущался. Слушал, попивал пенное и усмехался. А потом говорил: «Ничего ты, Данька, в этой жизни не понимаешь! Не повзрослел еще, хоть мы и ровесники!»
«Да пойми ты! — горячился Даня. — Во всем в этой жизни должен быть смысл. Ну вот смотри. Вот как ты машину выбираешь? Не по цвету же, правда? Ты смотришь и оцениваешь все — и то, где ты будешь на ней ездить, и сколько бензина она расходует, и в какую стоимость ремонт будет обходиться, ну и на цену тоже смотришь. Вот если бы ты в деревне жил — ты что, взял бы себе седан с низкой посадкой? Да прям! Кроссовер, как минимум, а то и внедорожник!.. Так ведь машину-то берут на несколько лет, а женятся — ну хотя бы теоретически — на всю жизнь! И вот что толку от твоей Насти? Регистрация в Москве у тебя и так есть, ты москвич. Квартира тоже есть. Должность? У тебя отличные перспективы и без Насти. Приданное? Смешно. Родственники богатые? Тоже нет. Зачем, вот зачем ты это все затеял?»
«Знаешь, — задумчиво проговорил Леха, который даже не сердился на друга. — А я ведь даже когда машину выбирал… Вот сел — и понимаю, что не мое. И характеристики отличные, и отзывы великолепные, и цена подъемная, а не мое. Глупо, наверное, но для меня машина как живая. Я даже всегда чувствую, «девочка» это или «мальчик». Имена им даю… «Рено сценик» у меня был, я его Сеней величал… Мамину «Хёндай соната» Соней зову, когда на ТО вожу или в автосервис. И ведь машины меня слушаются. Не подводят… Машины! А ты живого человека только со стороны выгоды оцениваешь. Тебе самому-то не противно? И после этого про меркантильность женщин говорить будешь?»
«Да ты что! — Даня даже задохнулся от возмущения. — Я? Это я-то меркантильный?.. Ты до сих пор не понял, о чем я! Я же только о женщинах с несовершеннолетними детьми говорю! О том, что нужна какая-то очень веская причина, чтобы в эту кабалу влезать. Если уж нормальную не нашел. А вообще ты сейчас обидную вещь сказал. Я же только про тех, кто сам, точнее, сама свою семью развалила! А вот если вдова… Знаешь… — его лицо просветлело и стало одухотворенным. — Если это вдова твоего друга… Это меняет все. Жениться на вдове товарища — это святое. Это подвиг. И это очень по-мужски, — Даня посмотрел на друга, и снова вернулся с небес на землю: — А не вот это вот все.»
Разговоры и уговоры не помогли. Через год Леха женился на своей Настеньке. А еще через три года не стало их третьего друга — Сережи. Он тоже был их однокурсником, но после окончания института вернулся в свой родной город на Урале.
Все эти годы друзья встречались редко, в основном, общаясь по телефону и в соцсетях. Но даже при таком формате и Леха, и Даня знали, что в личной жизни их другу не слишком повезло, хоть он и не жаловался. Его «окрутила» хваткая селянка, сообщив сначала, что у нее детей никогда не будет по состоянию здоровья, а потом продемонстрировав тест с двумя полосками. Сына Сережа очень любил, а вот с женой отношения не складывались. Разводиться же он боялся — супруга говорила, что не позволит ему видеться с ребенком, увезет малыша хоть на Дальний Восток, лишь бы разлучить с отцом. И Сережа терпел.
Никто, конечно, не показывал пальцем на вдову, но за ее спиной все-таки шептались — «съела» мужа. Откуда у молодого мужика, еще сорока нет, вдруг инфаркт? А потому что работал день и ночь, жене все мало было. А дома вечные скандалы — «ты меня не любишь», «ты меня не ценишь», «ты мне внимания не уделяешь». Вот и не выдержало сердце-то.
…Уже сидя в такси, по дороге в аэропорт, Леха вдруг тяжело вздохнул и толкнул локтем Даню. «Ты чего?» — спросил тот, едва ворочая языком — все-таки, выпито было немало. — «Как — чего? Вдова ведь осталась. Ребенку пять лет всего. А Серега нашим другом был.» — «И?» — «Ну как же… Святое дело… Подвиг… Забыл, что ли? Я-то женат, у меня скоро свой ребенок будет, а ты у нас парень холостой. Тебе и жениться на вдове друга.» — «Ты нормальный?» — испугался Даня. — С какой это радости?» — «Что и требовалось доказать,» — удовлетворенно кивнул Леха и откинулся на спинку сиденья.
