— Молодой человек, вы в своем уме вообще? Посмотрите, что вы наделали! Куда вы бежите, как ненормальный?
— Извините, пожалуйста, — стал оправдываться Никита. — Я не хотел… Я просто на остановку бежал, думал, что проскочу.
— Думал он! Нечем вам, похоже, думать! Вы в общественном месте находитесь, а ведете себя как дикарь. Вы хоть знаете, что я этот телефон Вере на день рождения подарила. Мы с ней только полчаса назад из магазина вышли. Вы хоть знаете, сколько этот телефон стоит? До конца жизни расплачиваться будете.
«Вот это попал» — подумал Никита, посмотрев сначала на девушек, а потом на троллейбус, который уже подъезжал к остановке.
*****
Это был самый обычный день. Понедельник. Желание работать было чуть выше нуля, а желание спать — просто зашкаливало. Всю ночь Никита не мог заснуть, потому что его рыжий кот Маркиз носился по всей квартире со скоростью света.
Хотя какой там со скоростью света… Никита хоть и не физик по образованию, но был уверен, что его кот носился еще быстрее. Раз в десять, а то и двадцать.
По сравнению с рыжим котом, «летающим» по квартире, падающие метеоры — это настоящие «улитки», медленно ползущие по ночному небосводу.
Казалось, только что Маркиз был на кухне, а через мгновение уже — в гостиной.
Еще через мгновение — он был уже у Никиты под кроватью. Оттуда кот-молния «долетел» до подоконника, затем запрыгнул на двухметровый шкаф и, уронив на пол картину из пазлов, которую Никита планировал собрать на следующих выходных, снова оказался на кухне, где, судя по грохоту, чуть не сбил с ног стул.
— Маркиз! — закричал на всю квартиру Никита. — Ты с ума сошел, что ли? Мне на работу завтра.
На какое-то время стало тихо.
Кот подошел к двери, заглянул в комнату и посмотрел на хозяина невинными глазами: «Ну так это тебе завтра на работу — не мне».
А спустя несколько секунд Маркиз снова продолжил носиться по квартире.
«Ну вот за что мне такое наказание? — схватившись за голову, думал Никита. — Зачем я только подобрал его?»
Этим вопросом Никита задавался в последнее время очень часто. Он прекрасно помнил тот день, когда рыжий кот появился в жизни. Он тогда возвращался с работы домой, а кот этот внимательно смотрел на него, выглядывая из-за дерева.
И взгляд у этого кота был такой…
…ну такой, будто он спрашивал: «Домой возьмешь?»
Никаких печальных глаз и жалобных мяуканий, от которых замирает сердце. Всё четко и по делу.
Да — Да, нет — нет.
Если да, то забирай давай и люби меня таким, какой я есть. Если нет — иди мимо, нечего смотреть.
Никита почему-то остановился и задумался. Острой необходимости заводить себе рыжего кота у него не было.
С другой стороны, он на тот момент уже почти год как был не в отношениях, жил один, а с этим котом всяко веселее будет. Тем более что кот взрослый — с ним точно проблем не будет, как с котенком. И дома можно будет одного оставлять спокойно.
В общем, взвесив всё за и против, Никита подошел к коту, взял его на руки (кот, если что — не сопротивлялся) и вместе с ним пошел домой. Так в его жизни и появился Маркиз.
Первые несколько недель они притирались друг к другу, присматривались, а потом…
…потом Маркиз почувствовал себя хозяином жизни и стал вести себя, как хозяин.
То обои поцарапает, то обивку дивана. То кроссовки погрызет, то ключи от квартиры под кровать загонит.
В общем, проблем с ним было немало. И уже тогда Никита стал впервые задумываться о том, ради чего он это всё терпит? Жил себе один, не тужил, а теперь его спокойная жизнь превратилась в самый настоящий аттракцион.
То ключи с утра по квартире ищет, потому что ему на работу надо, а квартиру оставить открытой не может.
То обои в прихожей подклеивает вечером после работы. Вместо того, чтобы отдыхать.
Пылесосить опять же стал намного чаще, потому шерсти в квартире было столько, что можно было фабрику открывать по производству «кошачьей» пряжи.
Потом Маркиз начал еще углы метить. И не только углы, но и всё, что в тех углах находилось.
Например, те же кроссовки. Или ключи от квартиры, которые неведомо как там оказались, телепортировавшись с тумбочки.
По совету коллег Никита отвез Маркиза в ветеринарную клинику, и там ему сделали то, на что ни один кот в здравом уме никогда не согласится.
Но, Маркиз в тот момент «спал», поэтому его согласия никто не спрашивал. Около недели кот был таким растерянным, что Никите даже жалко его стало.
Но, с другой стороны, Маркиз перестал, наконец, метить все углы и портить обои с диваном.
Никита даже обрадовался, что теперь у него будет самый обычный домашний кот, который только и делает, что спит, ест, снова спит, и снова ест — и в этих повторяющихся действиях заключается его истинное кошачье счастье.
Вот только, как оказалось позже, зря Никита радовался. Потому что спустя время у Маркиза появился новый «побочный эффект» — он стал не в меру активным.
А ведь Никита спрашивал у врачей в ветклинике, что будет с котом после операции, и ему отвечали, что всё будет в порядке — кот станет тихим и спокойным.
Но что-то пошло не так. То ли врачи его намеренно обманули, то ли кот у него был какой-то неправильный.
Коллеги на работе говорили ему, что с котом играть чаще надо. Тогда он не будет таким мегаактивным.
А Никита смотрел на них и крутил у виска:
— У меня ведь взрослый кот. Какие игры?
Тем не менее по вечерам, когда Никита приходил уставший с работы домой, он первым делом начинал играть с котом. И только когда тот заваливался на диван, шел готовить себе ужин.
А вчера Маркиз будто с цепи сорвался. Днем, значит, спал целый день, как убитый.
Но как только Никита собрался ложиться спать — ему приспичило поиграть.
— Извини, Маркиз, не получится, — виновато улыбнулся Никита. — Поздно уже. А мне завтра рано вставать. Поиграй сам, ты же у меня взрослый кот.
Ну вот Маркиз и стал играть сам.
Да только шума от него было столько, что Никита скорее бы заснул где-нибудь на лавочке на космодроме, чем у себя в квартире.
И как ни пытался он Маркиза остановить и утихомирить, ничего у него не вышло.
Если рыжий кот уже «завелся», то он будет летать, пока «аккумулятор» не разрядится.
А учитывая, что пушистый весь день пролежал на подоконнике на солнышке…
В общем, так и вышло — заряда бодрости Маркизу хватило до самого утра. И Никита практически не спал этой ночью.
Поэтому неудивительно, что на работе он всё делал очень медленно, постоянно ошибался и часто зевал.
— Никит, может, тебе кофе выпить? А то ты уже весь офис зевотой своей заразил, — улыбнувшись, спросил Денис, который сидел рядом с ним.
— Да бесполезно это, — махнул рукой Никита, широко зевая. — С утра уже три раза его пил, а толку никакого. Только еще больше спать хочется. Хорошо, что главного сегодня нет.
— Игорь Николаевич вроде обещал быть после обеда, — сказал Денис. — Так что ты бы не расслаблялся сильно. Он и так на тебя в последнее время косо смотрит.
— Не, вряд ли он после обеда приедет. Какой смысл ему ехать? Туда-сюда, и уже домой надо собираться.
До обеда время тянулось очень медленно, и спать хотелось просто невыносимо.
И, конечно, Никита часто вспоминал Маркиза, который сейчас, наверное, лежит на его кровати, и дрыхнет без задних лап. Да и без передних тоже.
«Сделал доброе дело, называется… — думал Никита. — Я его, значит, с улицы домой забрал, а он… Никакой благодарности. Если не угомонится, я обратно на улицу его верну».
Когда наступил обед, многие сотрудники пошли в столовую через дорогу, а Никита решил, что можно немного вздремнуть, пока никто не видит.
Вот только вздремнуть ему не удалось. Потому что примерно спустя десять минут зазвонил телефон. Точнее — завибрировал и быстро пополз к самому краю стола.
Никита открыл глаза и успел его схватить до того, как телефон собирался «сигануть» вниз, а потом посмотрел на экран и увидел, что звонит соседка Антонина Викторовна.
«Вот только её мне для полного счастья не хватало…» — подумал Никита, после чего быстро провел пальцем по экрану телефона, сбрасывая вызов.
Свой номер телефона он дал Антонине Викторовне три месяца назад, когда ему надо было срочно уехать в командировку на пару дней, а кота оставить было не с кем.
Соседка, спасибо ей за это, без проблем согласилась приютить Маркиза у себя.
А после этого Антонина Викторовна время от времени названивала Никите, если ей что-то надо было.
То молока в магазине купить (причем обязательно, чтобы свежее было), то из почтового ящика газету забрать, то еще что-нибудь.
В общем, он уже и не рад был, что дал ей свой номер и обратился к ней с просьбой присмотреть за котом.
Нет, Никита, конечно, помогал ей. Но именно сегодня и именно сейчас ему совсем не хотелось с ней разговаривать. Вообще ни с кем ему не хотелось разговаривать.
Больше всего на свете ему хотелось поспать хотя бы еще пятнадцать минут — ровно столько, сколько оставалось до конца обеда.
Ему, если честно, уже мама с самого утра настроение испортила. Позвонила, когда он в троллейбусе на работу ехал, и давай его отчитывать, что он такой-сякой, не думает о матери. Все её подружки давно уже с внуками нянчатся, а она, как белая ворона.
— Мам, ну не начинай, пожалуйста, — шептал ей Никита. — И вообще, мне не очень удобно сейчас разговаривать.
— Что значит неудобно? Это мне неудобно перед подругами, что у меня сын вместо того, чтобы девушку себе хорошую найти, с каким-то рыжим котом живет.
Через минуту телефон зазвонил снова. И снова — Антонина Викторовна. «Да что же ей надо?» — гневно подумал Никита, сбрасывая вызов.
В общем, раз десять он, наверное, сбрасывал, а на одиннадцатый раз ответил.
— Антонина Викторовна, ну неужели непонятно, что если я сбрасываю вызов, то говорить мне сейчас неудобно? Я вообще-то на работе.
— Никита, ну неужели непонятно, что если я звоню столько раз, то на это есть причина! Твой кот… — женщина замолчала на мгновение. — Он на этом, ну как его… Да что ж такое, не могу вспомнить, как эта штука называется. За окном, в общем.
— В смысле он за окном?! — сразу проснулся Никита. — На карнизе, что ли?
— Вот-вот! На карнизе. Ты бы, Никита, приехал домой, поймал его, пока не случилось чего.
*****
Через минуту Никита уже выбегал из здания и бежал в сторону остановки.
А пока бежал, убеждал себя в том, что пора уже действительно избавляться от этого кота — одни проблемы от него.
И одновременно с этим он пытался понять, каким образом его Маркиз мог вообще оказаться на карнизе.
И понял: утром он открывал окно, чтобы побольше свежего воздуха было в квартире, а закрыть, наверное, забыл. Потому что опаздывал на работу. Вот он и вышел на этот карниз.
«Ну как так-то? Ну за что мне наказание такое? Это же не кот, а настоящая КОТастрофа! Теперь меня еще и уволят за то, что с работы сбежал посреди рабочего дня».
А уволить его действительно могли, потому что когда Никита выбегал из офиса, то столкнулся с начальником, который всё-таки приехал на работу после обеда.
Обед, конечно, еще не закончился, но начальник всё равно спросил, куда Никита направляется.
А что Никита мог ему ответить? Не было у него времени, чтобы придумать себе уважительную причину, поэтому сказал только, что у него кот на карнизе, и побежал дальше.
Игорь Николаевич что-то еще кричал ему вслед, но Никита, если честно, уже ничего не слышал.
Слышал он в тот момент только своё сердце, которое колотилось так сильно, что казалось, еще немного — и выпрыгнет из груди.
И если оно всё-таки выпрыгнет, то Никите придется выбирать, что делать: бежать дальше на остановку, чтобы успеть спасти своего рыжего кота, или пускаться вдогонку за своим сердцем, скачущим по тротуару. И что бы он выбрал, Никита не знал.
Маркиз, конечно, за последний месяц основательно расшатал его нервную систему, но…
…если кот упадет с высоты четвертого этажа, Никита себе этого никогда не простит.
До остановки оставалось около ста метров, и на ней уже стояли люди, которые смотрели на дорогу.
А это значит, что троллейбус скоро должен был подъехать. На всякий случай Никита ускорился.
А перед ним шли две девушки. Одна была в красивом платье в горошек, другая — в джинсах и блузке. И так получилось, что шли они по центру тротуара.
Можно было, конечно, попробовать обогнуть их слева или справа. Но слева была проезжая часть, а справа — газон, который поливал дворник.
А между девушками было небольшое пространство, и поскольку Никита был худощавого телосложения, он решил, что сможет между ними прошмыгнуть.
Вот только одного Никита не учел. У одной из девушек (та, которая была в красивом платье) в руках был телефон, который он не мог видеть.
И в тот момент, когда он уже собирался пробежать между ними, эта девушка подошла к своей подруге, чтобы что-то показать и… зазор между ними стал меньше.
И, естественно, Никита столкнулся с ними. Одновременно с двумя. И, естественно, телефон, который держала девушка в платье, выпал у неё из рук, упал на асфальт, и тут же погас.
Девушка в платье растерянно смотрела то на Никиту, который вынужден был остановиться, то на телефон…
А её подруга вперила в Никиту свой хмурый взгляд и как закричит на всю улицу:
— Молодой человек! Вы в своем уме вообще? Посмотрите, что вы наделали! Куда вы бежите, как ненормальный.
— Извините, пожалуйста, — стал оправдываться Никита. — Я не хотел… Я просто на остановку бежал, думал, что проскочу.
— Думал он! Нечем вам, похоже, думать! Вы в общественном месте находитесь, а ведете себя как дикарь. Вы хоть знаете, что я этот телефон Вере на день рождения подарила. Мы с ней только полчаса назад из магазина вышли. Вы хоть знаете, сколько этот телефон стоит? До конца жизни расплачиваться будете.
На горизонте показался троллейбус, который направлялся в сторону остановки.
— Девушки, миленькие! — начал торопливо говорить он. — Я оплачу вам ремонт, если надо. Или куплю вам точно такой же телефон, и привезу вам его куда скажете. Но я сейчас очень спешу! У меня кот на карнизе! Он упасть может, понимаете?
— Нет, ну точно ненормальный! — покрутила пальцем у виска девушка в джинсах и блузке.
А вот вторая девушка — так, которая была в платье (и которую, как Никита понял, звали Верой)… Она повела себя совсем иначе. Она подняла телефон с тротуара и, даже не взглянув на него, внимательно посмотрела на Никиту:
— Кот на карнизе! А какой этаж? — спросила Вера.
— Четвертый… — ответил Никита. — Я утром окно забыл закрыть, вот он и вышел. Соседка позвонила… Он по самому краю ходит. Простите меня, ладно?
— Мамочки дорогие! — округлила она глаза. — Что ж вы стоите? Бегите же скорее!
Никита впопыхах достал из бумажника визитку со своими контактами, отдал её Вере со словами:
«Позвоните мне, решим вопрос с вашим телефоном», и побежал на остановку, к которой уже подъехал троллейбус.
А возле дома его уже ждала Антонина Викторовна и еще с десяток соседей, которые смотрели на рыжего кота, гуляющего по карнизу.
«Нет, я его точно на улицу выставлю за такую выходку, — думал Никита, забегая в подъезд. — Никакого здоровья не хватит за него переживать».
Потом, высунувшись наполовину из окна, Никита минут сорок уговаривал Маркиза подойти к нему. А Маркиз упорно делал вид, что не слышит его.
И только когда Никита уже собрался было лезть на карниз, потому что других вариантов всё равно не было, рыжий кот соизволил подойти к хозяину и даже разрешил взять себя в руки.
На протяжении следующих полутора (или даже двух) часов Никита громко отчитывал кота, потом просил у него прощения, потом говорил, что выставит его на улицу — туда, где взял.
А когда Никита посмотрел на часы, то понял, что на работу ему ехать уже нет никакого смысла.
Он позвонил коллеге, объяснил ему ситуацию и попросил передать главному, что сегодня Никиты уже не будет. Через пятнадцать минут Денис перезвонил и сказал:
— Игорь Николаевич велел передать, чтобы завтра с утра ты первым делом зашел к нему в кабинет.
— Начинается… — вздохнул Никита, держа на руках кота. — Он сильно злой?
— Да Игорь Николаевич не то, чтобы злой очень. Скорее, нервный какой-то, — ответил Денис.
Никита положил телефон на кровать и посмотрел на невозмутимого Маркиза.
— Ну вот видишь, что ты натворил? — сказал коту Никита. — Теперь меня, наверняка, уволят. А еще мне одной девушке телефон новый надо купить. Вот не было бы тебя в моей жизни, ничего такого бы не случилось. А теперь…
Никита махнул рукой.
А потом вспомнил про девушек, и ему стало неловко. Он действительно думал, что проскочит между ними без последствий, но не получилось. И вдруг звонок с незнакомого номера.
— Алло, — осторожно сказал Никита.
— Здравствуйте еще раз, — услышал он знакомый женский голос.
— Вера?
— Да, меня Вера зовут, я вам звоню…
— Вы не переживайте, Вера, — перебил её Никита. — Я обязательно возмещу вам стоимость телефона. Или новый могу купить. Вы только скажите, где мы с вами можем встретиться?
— Да я вовсе не по поводу телефона звоню, — сказала Вера. — Тем более что с ним всё в порядке. Работает. Так, несколько царапин на корпусе, но это ерунда. Вы лучше скажите, что там с котом? Вам удалось снять его с карниза? Он жив? С ним всё в порядке?
— Да, с котом всё в порядке, — удивленно ответил Никита.
Он явно не ожидал, что незнакомая девушка, которой он чуть не разбил телефон, будет интересоваться здоровьем Маркиза.
— Ну слава Богу, — облегченно выдохнула Вера. — Вы знаете, я так за него переживала.
Они еще немного поговорили про кота и о том, как он оказался на этом карнизе, а потом Никита сказал:
— Знаете, Вера, мне всё равно неловко перед вами, и я бы всё-таки хотел как-то загладить свою вину. Может, мы встретимся на днях, и я угощу вас кофе?
— Я не против, — рассмеялась Вера. — Мой номер телефона у вас есть, так звоните.
Только Никита убрал телефон в сторону, как тот снова завибрировал. Номер был тот же.
— Да, Вера…
— Алло, это снова я. Никита, я хотела сказать, вы когда завтра на работу поедете, не забудьте пожалуйста окна проверить. Пожалуйста! Берегите своего Маркиза.
— Не переживайте, — улыбнулся Никита. — Теперь каждый раз буду окна проверять.
*****
На следующий день, когда Никита собирался на работу, он несколько раз проверил, закрыты ли окна, потом посмотрел на Маркиза, которого хотел вчера выставить за дверь, погладил его по голове, и вышел из квартиры.
И первым делом, как Никита приехал на работу, он направился в кабинет к своему начальнику.
— Игорь Николаевич, можно? — осторожно спросил он, постучав два раза и приоткрыв дверь.
— Да, заходи Никита. Я тут хотел с тобой по поводу вчерашнего…
— Игорь Николаевич, — перебил его Никита. — Я понимаю, что виноват, и что не должен был покидать рабочее место, просто мне соседка позвонила, сказала, что мой кот на карнизе, вот я и…
— Вот я и хотел спросить, что там с котом? — перебил Никиту начальник. — Жив-здоров?
— Д-да… жив, здоров, — удивленно ответил Никита.
— Ну и слава Богу, — улыбнулся Игорь Николаевич. — Очень, я знаешь ли, переживал за твоего кота. Ты смотри — береги его.
Вот так и закончилась эта история. Хорошо.
С Маркизом всё было в полном порядке, и у Никиты, как ни странно, тоже всё было в порядке.
Начальник с тех пор стал относиться к нему иначе. Если раньше часто ворчал и был недоволен, то теперь всегда улыбался и первым протягивал руку, когда они встречались в офисе. С Верой у Никиты тоже всё сложилось наилучшим образом.
Они встретились один раз, второй, третий. Потом Никита познакомил её с котом. Маркиз был в восторге от неё.
А через полгода Никита сделал ей предложение руки и сердца, потому что понял, что жить без Веры не может, и теперь они уже год как живут вместе.
Скоро и ребенок у них появится. И все счастливы. Особенно мама Никиты.
И иногда, глядя на рыжего Маркиза, развалившегося на диване рядом с Верой, Никита думает о том, что было бы, если б не было кота? И он пришел к выводу, что наверное, ничего бы хорошего не было. А теперь все в его жизни просто замурчательно. Ой, простите — замечательно. Хотя нет, всё таки — замурчательно! Но специальные противокошачьи сетки на окна Никита установил на всякий случай.
Потому что рыжее пушистое счастье, которое однажды ворвалось в его жизнь, надо беречь.
