— Ты обязана за мной ухаживать, а не моя дочь — свекровь ткнула в меня пальцем, но я только рассмеялась ей в лицо
Ты обязана за мной ухаживать, а не моя дочь! — свекровь ткнула в меня костлявым пальцем прямо в грудь. — Я тебя в этот дом привела, кормила, поила! А теперь, когда ноги подкашиваются, ты носом воротишь?
— Валентина Петровна, вы серьезно? — я рассмеялась ей прямо в лицо. — Двадцать лет я вам прислуживала, а теперь еще и памперсы менять должна? Извините, но у вас есть родная дочь!
— Наташка занята! У нее работа, дети! — старуха побагровела. — А ты что, королева? Сидишь дома целыми днями!
— Я фрилансер, если вы забыли. И зарабатываю больше вашего драгоценного сыночка, между прочим!
Двадцать лет назад
Когда я выходила замуж за Игоря, его мать встретила меня словами: «Ну что, деревенская, решила к нам в город пробиться?» Я тогда промолчала — молодая была, глупая. Думала, со временем привыкнет, полюбит.
Первый год жили у них. Каждое утро Валентина Петровна будила меня в шесть: «Вставай, лентяйка! Игорьку завтрак готовить надо!» Сама при этом спала до десяти. Я варила, жарила, убирала — а она только командовала с дивана.
— Картошку не так чистишь! Борщ не такой варишь! В нашей семье так не принято!
Игорь отмалчивался. «Потерпи, Лен, мама у меня сложная.» Я терпела. Даже когда она при гостях называла меня «деревенским недоразумением». Даже когда рассказывала соседкам, что сын мог бы и получше найти.
Рождение дочери
Когда родилась Маша, свекровь неделю не приходила в роддом. «Внучку хотела, а не очередную нахлебницу,» — бросила при выписке. Но потом вдруг переменилась — начала приходить каждый день.
— Ты ее неправильно пеленаешь! Кормишь не так! Да что ты вообще можешь, безрукая!
Однажды застала ее, когда она подсыпала соль в детскую смесь. «Чтобы характер твердый был, не как у матери-размазни.» Я тогда впервые не сдержалась:
— Выметайтесь из моего дома! И близко к ребенку не подходите!
Игорь, конечно, встал на сторону мамочки. Две недели спал на диване, пока я не сдалась. Свекровь вернулась с победной улыбкой.
Болезнь мужа
Пять лет назад у Игоря обнаружили диабет. Тяжелую форму. Я бросила работу в офисе, перешла на фриланс, чтобы быть рядом. Готовила специальную еду, следила за сахаром, возила по врачам.
Валентина Петровна приходила раз в неделю — покритиковать:
— Довела мужика! Это все твоя стряпня! У нас в роду никто диабетом не болел!
Наташа, золовка, вообще не появлялась. «У меня своя семья, свои проблемы.» Зато когда Игорю стало лучше, и он получил повышение — обе тут как тут. Деньги взаймы просить.
Переломный момент
Месяц назад свекровь упала на даче. Перелом шейки бедра. Операцию сделали, но ходить она теперь может только с ходунками. И тут началось представление.
— Лена должна ко мне переехать! — заявила она прямо в больнице. — Она же все равно дома сидит!
— Мам, может, сиделку наймем? — робко предложил Игорь.
— Чужих людей в дом?! Ни за что! У меня невестка есть! Она обязана!
Наташа, конечно, поддержала: «Лен, ну что тебе стоит? Мама же не чужая!» Сама при этом даже ночь дежурить в больнице отказалась — «дети же!»
Последняя капля
Вчера они пришли всей делегацией. Валентина Петровна с ходунками, Наташа с мужем, даже Игорь отпросился с работы.
— Мы все решили, — начала свекровь. — Ты переезжаешь ко мне. Будешь ухаживать, готовить, убирать. Квартиру вашу сдадите — деньги на мое лечение пойдут.
— А Маша? Ей скоро в институт поступать!
— В общежитии поживет! Не сахарная, не растает!
Я посмотрела на Игоря. Он отводил глаза.
— Лен, ну пойми, маме помощь нужна…
— Наташе твоей помощь не нужна? — я повернулась к золовке. — У тебя трехкомнатная квартира, муж-бизнесмен, дети уже взрослые!
— У меня работа! — взвилась та. — Я директор салона красоты!
— Который работает три дня в неделю?
— Ты обязана! — свекровь стукнула ходунками об пол. — Я вас с Игорем свела! Я вас из той дыры вытащила! Если бы не я…
Момент истины
— Если бы не вы, я бы давно развелась! — слова вырвались сами. — Но терпела! Ради Игоря, ради Маши! Глотала ваши оскорбления, унижения, ваше хамство!
— Как ты смеешь…
— Я все смею! Вы мне жизнь испортили! Но знаете что? Хватит!
Я достала телефон, открыла приложение банка.
— Видите? Это мой счет. Четыре миллиона. Заработала сама, пока ухаживала за вашим сыном-диабетиком. Переводами, дизайном, ночами без сна! А теперь внимание!
Я открыла другое приложение.
— А это договор купли-продажи. Я купила квартиру. На свое имя. Завтра переезжаю туда с Машей.
Игорь подскочил:
— Лена, ты что? Мы же не обсуждали…
— А что тут обсуждать? Ты молчал двадцать лет, когда твоя мать меня унижала. Молчи и дальше. С мамочкой.
— Ты не посмеешь! — Валентина Петровна покачнулась на ходунках. — Игорь, запрети ей!
— Поздно запрещать. Развод я тоже уже подала. Документы у адвоката.
Наташа взвизгнула:
— Ты mercantильная дрянь! Только за деньги и держалась!
— Нет, дорогая. За деньги я бы ушла давно. Держалась за любовь. Но она закончилась вчера, когда ваш брат не заступился за родную дочь.
Я направилась к двери. Валентина Петровна попыталась преградить путь ходунками.
— Стой! Ты обязана! Я тебе жизнь в городе дала!
— Нет, Валентина Петровна. Вы дали мне двадцать лет ада. А жизнь я себе сама устроила.
Вечером Игорь прислал СМС: «Мама упала, увезли в больницу. Ты довольна?»
Я ответила: «Пусть Наташа дежурит. У нее же дети взрослые.»
Больше он не писал. А сегодня утром адвокат сообщил — Игорь согласен на развод без раздела имущества. Валентина Петровна переезжает к Наташе.
Справедливость иногда приходит. Просто нужно двадцать лет и четыре миллиона на счету.
