«Твоя машина — ты и чини»: сказал мне мой сожитель (41 год), когда у меня сломалась машина. Хотя сам он каждый день ездит на ней
Белый пар повалил из-под капота внезапно, словно кто-то внутри включил дым-машину. «Тойота» дернулась, чихнула и замерла посреди оживленного проспекта. На часах восемь утра, за бортом минус пятнадцать, а до важного совещания оставалось полчаса. Первая мысль была не об эвакуаторе. Первая мысль была: «Надо звонить Вадиму».
Логика была железной. Мы живем вместе два года. Моя машина давно перестала быть только моей. Каждое утро сценарий один и тот же: Вадим (ему сорок один) садится за руль, довозит меня до станции метро, а сам едет дальше — на работу, по объектам, вечером в спортзал. Я вижу свой автомобиль только по выходным, когда мы едем за продуктами. Бензин, мойка, страховка — все это почему-то оплачивалось с моей карты, пока Вадим копил на «что-то важное».
Я набрала его номер, стуча зубами от холода. Печка моментально остыла. — Алло, — его голос звучал сонно и недовольно. Видимо, он только пришел в офис и наливал кофе.
— Вадик, мы встали, — прокричала я, пытаясь перекричать шум пролетающих мимо фур. — Пар из-под капота, антифриз течет! Я на Ленинградке, в левом ряду. Мне страшно, тут машины несутся! Что делать?
Я ждала, что он скажет: «Сейчас приеду», «Вызывай эвакуатор, я скину денег», или хотя бы «Уйди с дороги». Но в трубке повисла тишина. Потом послышался тяжелый вздох.
— Лен, ну ты нашла время, — наконец произнес он с ленцой. — У меня планерка через пять минут.
— Какая планерка? — я опешила. — У меня машина сломалась! Ты вчера весь вечер катался! Ты же говорил, что там какой-то датчик мигает, но «еще походит»!
— Ну вот, значит, не походила, — философски заметил он. — Вызывай мастера. Или эвакуатор. В бардачке визитка сервиса валяется.
— Вадим, эвакуатор стоит пять тысяч. У меня до зарплаты три дня, на карте пусто. Скинь мне денег и помоги решить вопрос с сервисом. Ты же мужик! Ты на ней ездишь больше меня!
Его ответ прозвучал как пощечина. Спокойный, равнодушный, пропитанный какой-то бюрократической наглостью:
— Лен, давай рассуждать логически. Открой СТС. Кто там в графе «собственник» записан? Ты. Вот ты и занимайся. Твоя машина — ты и чини. Бремя содержания имущества лежит на владельце. Это закон.
— Ты серьезно сейчас? — мой голос упал до шепота. — Ты каждый день ездишь на моей машине, а как беда случилась — ты в кусты?
— Я не в кусты, я на работе, — отрезал он. — И вообще, не истери. Решай свои проблемы сама, ты же у нас сильная и независимая. Вечером расскажешь, сколько ремонт встал.
Гудки. Я стояла на ледяном ветру, глядя на погасший экран. Мимо проносились машины, обдавая меня грязным снегом. Но холодно мне было не от ветра. Холодно было от осознания, с кем я делила постель и хлеб два года.
…Домой я вернулась поздно. Эвакуатор (оплаченный с кредитки), сервис, нервы, поиск запчастей. Машину починили — лопнул патрубок радиатора, ничего страшного, но день был потерян. Вадим уже был дома. Он лежал на диване перед телевизором, сытый и довольный. На столе стояла тарелка с остатками ужина, который он сам себе разогрел.
— О, явилась! — он даже не повернул головы. — Ну что там с ласточкой? Починила? А то мне завтра с утра в Химки надо, своим ходом вообще не вариант.
Я молча прошла в прихожую. Медленно расстегнула сапоги. Сняла куртку. Потом подошла к столику в коридоре, где лежали ключи от машины. Те самые, которые он привычно бросил там вчера. Я сгребла их в кулак. Достала из сумочки второй, запасной комплект.
— Вадим, — позвала я тихо.
— А? — он лениво повернулся. — Чего там? Денег много содрали? Ну ничего, главное — на ходу. Ключи на тумбочке оставь, я утром пораньше стартую.
— Нет, — я подошла к дивану и позвенела связкой у него перед носом.
— В смысле «нет»? — он нахмурился, чувствуя неладное.
— В прямом. Ты сегодня сказал отличную фразу. «Бремя содержания лежит на собственнике». Я ее запомнила.
— Ну сказал и сказал, чего бухтеть-то? Это правда.
— Так вот, собственник принял решение, — я чеканила каждое слово. — Чтобы бремя было легче, эксплуатация транспортного средства третьими лицами прекращается. Навсегда.
— Ты ключи не дашь, что ли? — он сел на диване, лицо его вытянулось. — Лен, не дури. Мне ехать надо! У меня встреча! Ты что, из-за пяти тысяч обиделась? Я потом отдам… с премии.
— Дело не в пяти тысячах, Вадим. Дело в том, что ты пассажир. И не только в машине, а по жизни. Ты удобно устроился на моем пассажирском сиденье. Но конечная остановка приехала.
Я швырнула ему на колени большой черный пакет для мусора. — Собирай вещи.
— Ты гонишь! — он вскочил, покраснев. — Из-за какой-то железки семью рушишь? Меркантильная! Да кому ты нужна будешь с таким характером? Я тебе помогал, я тебя возил…
— Ты возил свою пятую точку в тепле за мой счет, — перебила я. — Время пошло. У тебя час. Или я вызываю полицию и говорю, что посторонний отказывается покидать квартиру. Собственник квартиры, кстати, тоже я. Так что бремя выселения тоже на мне.
Он собирался долго. Швырял рубашки, кричал, что я «психичка» и «пожалею». Пытался давить на жалость, вспоминая, как мы ездили на дачу. Но я видела перед собой не любимого мужчину, а наглого попутчика, которого давно пора было высадить.
Когда за ним захлопнулась дверь, я впервые за день выдохнула спокойно. Завтра я поеду на работу сама. Включу любимую музыку, настрою зеркала под себя. И никто не будет указывать мне, как тратить мои деньги и мою жизнь.
Как вы считаете, справедливо ли делить расходы на авто, если машина принадлежит одному, а ездят оба? Или хозяйка машины действительно «перегнула»? Жду ваши комментарии!
