«Он платил за не своего сына, пока свой ребёнок ходил в обносках»
Внучка явно голодала. У Клавдии Степановны сердце сжалось, когда она это увидела. Как можно, подумала она, доводить своего родного ребенка до такого…
Было раннее утро, Машенька собиралась в школу. Сидела у стола, смотрела на пустую тарелку. Тамара отдала дочери свой кусок хлеба с маслом, последний, что был в доме.
— Мам, я не хочу, — прошептала девочка.
Но мать уже отвернулась к окну и сказала:
— Ешь быстрее, опоздаешь.
Клавдия Степановна замерла на пороге кухни. В углу на табуретке лежало старое платье, которое Тамара перешивала для Машеньки. Надо бы просто новое платье купить, да им не по карману.
— Вы чего так рано? — Тамара вздрогнула, увидев свекровь.
— Да вот, не спится что-то. Думала, чайку попью с вами.
Роман вышел из ванной, на ходу застегивая рубашку. Новая, Клавдия Степановна заметила сразу. И ботинки у сына новые, кожаные, блестящие, она в прихожей увидела.
А Машенька в заштопанных колготках ходит.
— Мам, ты чего пришла? — буркнул сын, не глядя в глаза.
— Соскучилась по внучке. Можно?
Роман дернул плечом, схватил с вешалки куртку.
— Я на работу. У меня аврал на заводе. До вечера меня не ждите.
Клавдия Степановна проводила его взглядом. Аврал, как же, работает почти без выходных. Если бы так, хорошие деньги за переработку получал бы, а в доме шаром покати.
Тамара засуетилась, поставила чайник.
— Клавдия Степановна, может, поесть хотите?
— Не надо, Томочка. Ты на работу собирайся, я сама справлюсь.
Клавдия Степановна знала, что Тамара получает копейки, еще и уборщицей подрабатывает по вечерам. Так зачем объедать? Тамара с дочкой и так голодают. А сын ее твердит, что завод мало платит. Врет, она это чувствовала.
Но зачем?
Машенька ушла в школу, Тамара убежала на смену. Клавдия Степановна осталась одна на кухне. Она полезла выбрасывать чайный пакетик и в мусорке увидела квитанцию. Подняла, разгладила. Перевод денежный, да еще немаленький. Кому? Фамилия получателя затерта, не разобрать.
Сердце кольнуло нехорошо. Сумма составляла почти всю зарплату Романа. Куда он деньги изводит?
Через неделю Клавдия Степановна пошла в торговый центр. Хотела внучке на выпускной подарок купить, хоть что-то приличное, чтобы девочка не стыдилась перед одноклассницами. Денег у самой немного, пенсия маленькая, но уж наскребла немного.
Она-то, в отличие от Романа, про родных не забывает…
В отделе молодежной одежды она столкнулась нос к носу с Жанной, первой женой Романа, которую не видела с момента развода. Стоит в норковой шубе — в апреле-то! — перебирает блузки из шелка.
— Клавдия Степановна! — всплеснула руками Жанна. — Как я рада вас видеть!
Клавдия Степановна хотела пройти мимо, но та вцепилась в рукав.
— Спасибо вам огромное за Романа! Такой заботливый, такой внимательный к Андрюше!
— К какому Андрюше? — опешила Клавдия Степановна.
— Как к какому? К нашему сыну! Парень уже подросток, а Рома до сих пор помогает, каждый месяц переводит крупную сумму. Сейчас даже больше стал платить. Говорит, что это его отцовский долг.
У Клавдии Степановны в глазах потемнело, она села на ближайшую скамейку.
— Каждый месяц? Большие деньги?
— Ну да! — Жанна достала телефон, показала фотографии. — Вот Андрюшка в новой форме. Вот на отдыхе в Турции. А это мой муж Виктор. Владелец автосалонов, может, слышали про «АвтоПрестиж»?
— Муж? — Клавдия Степановна еле выговорила. — Вы замужем?
— Давно уже. Виктор души в Андрюше не чает, хочет усыновить. Но я говорю, зачем, если родной отец помогает? Пусть Ромка и дальше свой долг выполняет!
Жанна еще что-то щебетала, но Клавдия Степановна уже не слышала. Перед глазами стояла Машенька в перешитом платье, Тамара, отдающая последний кусок хлеба. А эта стоит в норке и хвастается.
— Извините, мне нехорошо, — Клавдия Степановна поднялась, пошла к выходу.
— Клавдия Степановна! Вы чего? Может, скорую?
Но она уже не слышала, шла по улице, не разбирая дороги. Так вот куда деньги уходят, вот почему внучка в обносках ходит.
Дома Клавдия Степановна долго сидела в своей комнате. Думала. Сын ее, Ромка, которого она одна вырастила, образование дала, на ноги поставила, обманывает жену и дочь. Ради бывшей жены, которая замужем за богачом. И ради ребенка, про которого почему-то молчал раньше. И который, Клавдия Степановна это шестым чувством понимала, возможно, даже не от Романа…
Вечером Роман вернулся поздно. Клавдия Степановна ждала его на кухне.
— Сынок, поговорить надо, — сказала она.
— Мам, я устал, давай завтра.
— Нет, сейчас. Я Жанну встретила сегодня.
Роман побледнел, сел на табурет.
— И что?
— А то, что ты близких обкрадываешь. Дочь твоя в обносках ходит, жена на двух работах горбатится, а ты… Все деньги бывшей жене!
— Мам, ты не понимаешь. У меня сын растет, я его бросил, когда Жанна беременная была. Даже тебе про него не сказал, думал, забуду и заживу заново… Но не смог… Совесть вынудила вернуться, теперь содержу пацана.
— Сын? — Клавдия Степановна встала, подошла к нему вплотную. — А ты уверен, что он твой?
— Что за намеки? Конечно, мой!
— А проверял? Тест делал?
Роман молчал, уставившись в пол.
— Мам, я не могу его бросить. Совесть замучает.
— Совесть? — Клавдия Степановна рассмеялась горько. — А когда Машенька плачет, что в школе дразнят за старую одежду, совесть не мучает? Когда Тамара ночами полы моет, чтобы копейку заработать?
— Я помогаю как могу. Но у Андрея переходный возраст, ему нужна поддержка отца.
— У Андрея есть отчим небедный, а у Машеньки только ты!
Роман встал, пошел к двери.
— Мам, я взрослый человек, сам разберусь.
— Разберешься? Ну-ну, посмотрим…
Кладвия Степановна решила разобраться сама.
На следующий день она достала телефон, нашла в справочнике автосалоны «АвтоПрестиж». Позвонила, попросила директора.
— Виктор Павлович? Это мать одного вашего знакомого, — сказал она. — Нам нужно встретиться. Речь о вашей жене и пасынке.
Мужчина на том конце насторожился.
— О чем конкретно?
— О том, что мальчик, которого вы хотите усыновить, получает деньги от бывшего мужа вашей жены. Крупные суммы. Вы в курсе?
Молчание.
— Где встретимся? — коротко спросил Виктор.
Встретились они в кафе. Виктор оказался крупным мужчиной с умным, жестким лицом.
— Что вы хотите? — спросил прямо.
— Справедливости. Мой сын платит вашей жене деньги якобы на содержание сына. При этом его дочь живет впроголодь, а ваша жена покупает шубы и ездит в Турцию.
— Жанна говорила, что бывший муж не помогает…
— Ну так доказательства этому есть, — сказала Клавдия Степановна. — Проверьте переводы по счету жены. Уверена, найдете немало интересного.
Виктор кивнул. Лицо его темнело с каждой секундой.
— Спасибо за информацию, я разберусь, — ответил он.
— И еще. Мальчик, скорее всего, не от моего сына, но Жанна это скрывает.
— Почему вы так думаете?
— Женская интуиция. И сроки не сходятся, я посчитала. Перед расставанием с Жанной Роман часто в командировках был.
Виктор кивнул, встал.
— Я все понял, спасибо.
Скоро Клавдия Степановна снова встретилась с Жанной. Но не случайно, она пригласила ее к Роману домой. Сказала, что сын хочет увеличить помощь, но стесняется сам позвонить.
Жанна приехала как раз в день рождения Тамары. Та накрывала стол, селедка под шубой, винегрет, курица в духовке. Машенька помогала, наряженная в единственное приличное платье.
Когда раздался звонок в дверь, Клавдия Степановна пошла в прихожую.
— Я открою! — крикнула она.
На пороге Жанна в новой шубе.
— Клавдия Степановна! А где Ромочка? — спросила она.
— Проходите, проходите. Все в сборе.
Жанна вошла в комнату, увидела накрытый стол, Тамару, Машеньку. И замерла.
— Это что за собрание?
— Присаживайтесь, — Клавдия Степановна указала на стул. — Нам надо поговорить. Всем вместе.
Роман побледнел, увидев бывшую жену.
— Мама, что происходит?
— А то, что твоя бывшая жена пришла поблагодарить тебя за помощь. Правда, Жанна?
Та растерялась, но быстро взяла себя в руки.
— Да, я благодарна Роману за заботу о сыне.
— О сыне? — Тамара повернулась к мужу. — Роман, о чем она говорит? Про… Про какого сына?
— Тамарочка, милая, — Клавдия Степановна взяла невестку за руку. — Твой муж переводит Жанне, бывшей жене, крупные суммы ежемесячно. На содержание якобы сына. При том что Жанна замужем за богатым мужчиной.
Тамара смотрела на мужа. В глазах было сначала непонимание, потом боль.
— Ты отправляешь деньги каждый месяц? А я думала, у нас ничего нет.
Машенька заплакала, выбежала из комнаты.
— Рома, миленький, — заговорила Жанна. — Ты ведь не оставишь это просто так? Ты же сам хотел помогать Андрюше! Он же твой сын.
— Стоп, — Клавдия Степановна подняла руку. — А давайте проверим, чей это сын.
Она достала из сумки конверт.
— Вот договор с лабораторией. Тест на отцовство. Все готово, осталось только образцы взять.
— Вы что?! — Жанна вскочила со стула, схватила сумочку. — Это оскорбление! Роман, скажи своей матери, чтобы прекратила этот цирк!
Роман молчал, уставившись в стол. Руки его мелко дрожали.
— Никакого цирка, — спокойно сказала Клавдия Степановна. — Или делай тест сейчас, или я звоню твоему мужу. У меня есть его номер.
— Откуда? — Жанна побледнела под слоем тонального крема.
— Мы с Виктором Павловичем уже встречались. Милейший человек. Очень удивился, когда узнал про ежемесячные переводы. Он-то думал, что полностью содержит твоего сына.
Жанна медленно опустилась на стул. В комнате стало тихо, только из коридора доносились всхлипы Машеньки.
— Мам, зачем ты это делаешь? — наконец выдавил Роман. — Это мое личное дело.
— Личное?
Тамара, которая все это время молчала, вдруг рассмеялась. Страшно так, надрывно.
— Личное дело? А то, что я ночами полы драю, чтобы дочке на еду хватило, — это чье дело?
Она встала, подошла к мужу вплотную.
— Я думала, что у нас нет денег, экономила на всем. На лекарствах даже, когда болела. Машеньке отказывала во всем. А ты что? Переводил бывшей все?
— Тамара, ты не понимаешь, у меня обязательства.
— Перед кем? Перед этой? — Тамара кивнула на Жанну. — Которая в шубе разгуливает?
Клавдия Степановна достала из сумки ватные палочки, запечатанные в пакетики.
— Так что, Жанна? Делаем тест или звоним Виктору?
— Не надо Виктора, — быстро сказала Жанна. — Я сама все расскажу. Только не при всех.
— Нет уж, милочка, — Клавдия Степановна покачала головой. — Я тебя выведу на чистую воду при всех. При всех начали, при всех и закончим.
Жанна посмотрела на Романа. В глазах мелькнуло что-то похожее на жалость.
— Ромка, прости. Андрюша не твой сын.
Роман поднял голову. Лицо его было серым, как промокашка. Наверное, это стало для него просто страшным ударом…
— Что?
— Он от Сергея. Помнишь Сергея Михайлова из нашего отдела? Мы с ним полгода встречались, пока ты в командировках пропадал.
— Но ты сказала, что малыш от меня. Клялась.
— Ну да, сказала. Сергей женат был, да и денег у него не было. А ты такой правильный, ответственный. Знала, что не бросишь.
Роман закрыл лицо руками, плечи его затряслись.
— Я мучился совестью, когда бросил вас! А потом отдавал вам последнее!
— Не последнее! — фыркнула Жанна. — Ты неплохо зарабатываешь. И потом, я же не заставляла. Ты сам предложил помогать, чтобы свою вину искупить.
Тамара вытерла глаза.
— Знаете что? Убирайтесь отсюда. Сейчас же.
Жанна схватила сумочку, пошла к двери. У порога обернулась.
— Рома, не обижайся. Бизнес есть бизнес.
— Бизнес? — Клавдия Степановна преградила ей дорогу. — А теперь послушайте меня внимательно. Ты вернешь все деньги, пусть даже частями.
— С какой стати? Это подарки!
— Это мошенничество. Ты получала деньги обманным путем, зная, что ребенок не от Романа. И Виктор Павлович будет очень заинтересован в этой ситуации.
Жанна сглотнула.
— У меня нет таких денег.
— У мужа есть. Объясни ему, как ты обманывала и его, и моего сына. Уверена, он поймет.
— Вы меня шантажируете!
— Нет, милочка. Это ты шантажировала моего сына несуществующим отцовством, а я просто восстанавливаю справедливость.
Жанна выскочила за дверь, громко хлопнув ею.
В комнате повисло молчание. Роман все еще сидел, закрыв лицо руками. Тамара стояла у окна, глядя на улицу.
— Какой же я глупец, — наконец сказал Роман.
— Да, это так, — согласилась Тамара.
Она повернулась к мужу.
— Знаешь, что самое страшное? Не деньги, а то, что ты обманывал меня. Каждый день врал, умолчал про сына.
— Тома, прости. Я думал, ты не поймешь.
— Не пойму? Что именно? Что ты должен помогать ребенку? Поняла бы. Но ты предпочел врать.
Клавдия Степановна тихо вышла из комнаты. В коридоре сидела Машенька, прижавшись к стене.
— Баб, папа нас не любит, да? — спросила она.
Клавдия Степановна села рядом, обняла внучку.
— Любит, деточка. Просто взрослые иногда делают глупости.
— Очень глупые глупости, — всхлипнула Машенька.
— Да, очень глупые.
Клавдия Степановна осталась ночевать у сына и невестки. Роман заперся в спальне, Тамара легла с Машенькой.
Утром позвонил Виктор.
— Клавдия Степановна? Спасибо вам. Жанна все рассказала. Я потрясен.
— Что будете делать?
— Развожусь. И деньги ваши она вернет, я прослежу.
— А мальчик? Что… Что будет с ним?
— Андрей остается со мной. Я его фактически вырастил, и он ни в чем не виноват.
Клавдия Степановна положила трубку, вздохнула. Вот и все. Справедливость восстановлена, но легче от этого не стало.
Когда пришли деньги, Тамара сказала Роману:
— Это твои деньги. Решай, что с ними делать.
— Наши деньги, — тихо сказал Роман. — Общие, мы же семья.
— Общие? — Тамара усмехнулась. — Какая мы семья, если ты врал?
— Тома, дай мне шанс. Один шанс…
Тамара молчала, потом неохотно ответила:
— Сначала дашь деньги Машеньке на платье выпускное. И на все, в чем ты ей отказывал.
— Конечно.
— Потом будешь отдавать мне всю зарплату. Всю до копейки.
— Хорошо.
— И каждое утро будешь просить прощения. У меня и у дочери.
Роман кивнул.
— А потом посмотрим, — Тамара пошла к двери. — Может, и прощу, а может, и нет.
Клавдия Степановна на кухне пила чай. К ней подсела Машенька.
— Баб, а мама папу простит?
— Не знаю, милая, время покажет.
— А ты бы простила?
Клавдия Степановна задумалась. Вспомнила своего мужа, которого давно уже не стало. Хороший был человек, честный, таких обманов себе не позволял.
— Наверное, нет, — сказала она. — Но твоя мама сильнее меня. Она умеет прощать. А это самая большая сила.
Прошло несколько месяцев. Роман исправился, теперь он все деньги отдавал жене, а Машенька на выпускной из начальных классов пошла в новом красивом платье.
