…— Своего парня надо не только любить, но и содержать, да? — Марина не выдержала, глядя на то, как дочь выкладывает из сумки продукты на три тысячи рублей.
Алёна поджала губы, но ничего не ответила. В углу комнаты сидел Роман, уставившись в монитор. На экране мелькали какие-то цифры и графики. По крайней мере, так казалось со стороны.
— Мам, не начинай, — тихо сказала Алёна. — Рома работает.
— Работает, — фыркнула Марина. — Третий день подряд вижу его в одной и той же позе. И холодильник опять пустой был, пока ты не приехала.
Роман обернулся, улыбнулся натянуто.
— Марина Викторовна, у меня сейчас сложный проект. Дедлайн горит. Извините, что не могу полноценно общаться.
— Понимаю, — кивнула Марина. — Тяжела программистская доля.
Алёна бросила на мать предупреждающий взгляд. Но Марина уже все поняла за эти полгода, что Роман живет у дочери. Понедельник — Алёна встает в семь утра, несется на работу в банк. Роман встает в одиннадцать, завтракает тем, что купила Алёна. Вторник — то же самое. Среда, четверг, пятница — одинаково.
А вечером дочь приходит уставшая, готовит ужин, а Роман жалуется на переутомление от работы за компьютером.
— Лён, у меня глаза болят от монитора, — ныл он сейчас. — И спина затекла. Можешь массаж сделать?
— Конечно, дорогой, — Алёна тут же бросилась к нему.
Марина наблюдала эту картину и злилась все больше. Дочь работает как проклятая, чтобы платить ипотеку за двушку, покупать еду, оплачивать коммуналку. А этот красавчик сидит целыми днями дома и изображает занятость.
— Роман, а проекты у вас часто бывают? — спросила Марина.
— Постоянно, — ответил он, не отрываясь от экрана. — IT-сфера очень динамичная. То густо, то пусто. Сейчас у меня большой заказ от американской компании.
— Понятно. А оплачивают как?
— Ну, по-разному. Предоплата, потом доплата по факту. Рынок сейчас нестабильный, конкуренция большая.
Алёна кивала, будто это объясняло, почему у Романа никогда нет денег даже на хлеб.
Через неделю Марина зашла в гости. Алёна была на работе, а Роман, как обычно, сидел за компьютером. Только сегодня он выглядел особенно напряженно — ругался вполголоса, стучал кулаком по столу.
— Роман, все в порядке? — спросила Марина.
— Да, да, просто… клиенты нервные. Все время что-то меняют в техническом задании.
— Понятно. Можно стакан воды взять?
— Конечно, проходите на кухню.
Но Марина зашла не на кухню, а заглянула Роману через плечо. На экране не было никакого кода. Вместо этого она увидела покерный стол с картами. В углу экрана горели цифры — минус двадцать три тысячи рублей.
— Ой, извините, — спохватилась Марина. — Дорогу перепутала.
Роман быстро свернул окно, но не заметил, что в соседней вкладке у него открыт сайт знакомств. Марина успела прочитать сообщение, которое он печатал какой-то Кристине: «Привет! У меня свой IT-бизнес, работаю на американские компании. Может, встретимся?»
— Воды попьете? — спросил Роман.
— Не надо, спасибо. Мне пора.
Марина вышла на улицу и достала телефон. Руки дрожали от злости. Она вернулась к подъезду, поднялась обратно и нажала на звонок.
— Роман, забыла очки, — солгала она.
Он открыл дверь, пропустил ее. Марина быстро прошла в комнату — Роман снова играл в покер. На этот раз проигрыш составлял уже тридцать тысяч. А в соседней вкладке он обещал другой девушке показать свой «успешный бизнес».
Марина достала телефон и сделала несколько снимков экрана.
— Нашла, — сказала она, показывая пустые руки. — Извините за беспокойство.
Вечером она сидела на кухне у дочери и ждала. Алёна пришла в восьмом часу, как всегда уставшая.
— Привет, мам. Рома где?
— В душе. Алён, нам надо поговорить.
— Опять про Романа? Мам, я устала, не сегодня.
— Сегодня, — твердо сказала Марина и достала телефон. — Посмотри.
На первом снимке был покерный стол с проигрышем в тридцать тысяч. На втором — переписка с девушкой по имени Кристина. На третьем — сообщение другой женщине о «встрече в ресторане за мой счет».
Алёна смотрела на экран и бледнела.
— Откуда у тебя это?
— Сегодня заходила к вам. Он играл в покер на твои деньги и одновременно договаривался о свиданиях с другими женщинами.
— Не может быть, — прошептала Алёна. — Он же работает…
— Алён, посмотри на цифры. Тридцать тысяч проиграл. Это твоя зарплата за полмесяца.
Алёна молчала, разглядывая снимки. Из душа доносилось пение — Роман явно был в хорошем настроении.
— Поезжай домой, — сказала дочь тихо. — Мне нужно разобраться.
— Алён…
— Пожалуйста, мам. Оставь меня одну.
Марина ушла, но не домой. Спустилась во двор и села на скамейку под окнами дочери. Ждала.
Через час Алёна тихо вошла в квартиру. Роман сидел за компьютером, как всегда. На экране снова был покер. И снова красные цифры — минус сорок две тысячи рублей.
— Лён, привет! — обернулся он с улыбкой. — Работаю, как видишь! Сегодня хороший день, проект продвигается.
Алёна стояла в дверях и смотрела на экран. На покерный стол. На сообщения в соседней вкладке, где Роман писал незнакомой Марии: «Завтра свободен. Кафе за мой счет?»
— Алён? — Роман наконец заметил ее странное выражение лица.
— Работаешь, — медленно сказала она. — С моей кредитки играешь в покер. Это тоже проект для американской компании?
Роман побледнел, быстро закрыл окна.
— Лён, я могу объяснить…
— Объясни, — она прислонилась к дверному косяку. — Объясни, почему за полгода ты ни копейки не заработал. Объясни, почему твоя видеокарта за пятьдесят тысяч нужна для игры в покер, а не для работы.
— Это не то, что ты думаешь…
— А что это? — Алёна достала телефон, показала скриншоты, которые прислала мать. — Это тоже не то, что я думаю?
Роман молчал, глядя на снимки экрана.
— Сколько ты проиграл за эти полгода? — спросила Алёна тихо.
— Алён, послушай…
— Сколько?!
— Не так много. Двести… может, триста тысяч.
— Триста тысяч, — повторила она. — Моих денег. Пока я работала как дура, ты просирал мою зарплату в интернете и спал с другими.
— Не было такого! Просто переписывался!
— Ясно. Просто переписывался. — Алёна ушла в спальню, вернулась с чемоданом. — Собирайся.
— Алён, давай поговорим…
— Не о чем говорить. — Она поставила чемодан рядом с его столом. — Можешь искать дуру, которая будет содержать твои покерные проигрыши. Это не я.
— Ты серьезно?
— Абсолютно. У тебя полчаса.
Роман пытался оправдываться, клялся, что бросит играть, что найдет нормальную работу. Но Алёна только молча показывала на чемодан.
Через двадцать минут он собрал вещи и ушел, оставив на столе долговые расписки на сто пятьдесят тысяч рублей — деньги, которые занял у знакомых «на развитие бизнеса».
Алёна сидела на кухне и плакала, когда вернулась Марина.
— Лучше одной, чем с паразитом, — сказала мать, обнимая дочь.
— Я такая дура, мам. Полгода его содержала, а он меня обманывал.
— Не дура. Просто поверила человеку. Бывает.
— Как ты сразу поняла?
Марина погладила дочь по волосам.
— Опыт, доченька. Видела таких. Они всегда найдут объяснение, почему у них нет денег. И всегда найдут женщину, готовую их содержать.
— А если он вернется?
— Не пустишь. Ты сильная, справишься.
Алёна кивнула, вытирая слезы. Впереди были долги, кредиты, одинокие вечера. Но зато не было больше этого постоянного вранья, не было человека, который жил за ее счет и еще умудрялся ей изменять.
— Спасибо, что открыла глаза, — сказала она маме.
— Я же мать. Моя работа — защищать дочь от паразитов.
И Марина была права. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Лучше одной, чем с тем, кто использует твою доброту и называет это любовью.
