Мужчина (42 лет) с сайта знакомств в ресторане заказал себе стейк, а мне предложил «попить водички»
Сайты знакомств — это неисчерпаемый клондайк для антрополога и бесконечный источник вдохновения для сатирика. Иногда мне кажется, что там нужно выдавать не анкеты, а медицинские карты с подробным анамнезом. К своим годам я, как самозанятая женщина, привыкла четко планировать свое время, ценить свой труд и не питать иллюзий насчет принцев на белых «Мерседесах». Но женское любопытство — штука неискоренимая.
Его звали Аркадий. Сорок два года, в профиле — фотографии в хороших костюмах, рассуждения о важности духовного развития и фраза: «Ищу музу, уставшую от мужской инфантильности». Переписывались мы дня три. Аркадий сыпал цитатами, рассказывал о своем инвестиционном портфеле и казался вполне адекватным, солидным мужчиной.
Встретиться он предложил в пятницу вечером в известном и весьма недешевом мясном ресторане в центре. Перед выходом я, чисто смеха ради, вытянула карту из своей колоды Таро на исход вечера. Выпала Четверка Пентаклей — классический символ скряги, судорожно сжимающего свои монеты. Я только усмехнулась: ну какие скряги могут быть в премиальном стейк-хаусе? Карты явно шутят.
Я надела элегантное платье, сделала укладку и приехала вовремя. Аркадий уже ждал меня за столиком. Вживую он оказался чуть ниже, чуть лысее и сильно суетливее, чем на фото. На нем была водолазка, которая видела лучшие времена, но держался он с апломбом нефтяного магната на выездном совете директоров.
Первые двадцать минут прошли в формате его бенефиса. Аркадий вещал. Он рассказывал о том, как тяжело в наше время вести бизнес, как его предавали партнеры, и как современным женщинам нужны только деньги. Мой Марс в Рыбах — штука коварная. Внешне он делает меня невероятно эмпатичной, мягкой и всепонимающей. Я сидела, кивала, смотрела на него большими глазами и изредка поддакивала. Аркадий, расслабившись в лучах моего мнимого обожания, окончательно уверовал в свою неотразимость.
К нашему столику бесшумно подошел официант с блокнотом.
Аркадий взял тяжелое кожаное меню, небрежно пробежался по нему глазами и с барскими интонациями начал диктовать:
— Значит так, любезный. Мне, пожалуйста, стейк Рибай, прожарка строго медиум-рэар. К нему порцию овощей гриль, соус с голубым сыром и бокал вашего лучшего аргентинского Мальбека.
Он с шумом захлопнул меню, отдал его официанту и перевел свой властный, сканирующий взгляд на меня.
Я как раз открыла рот, чтобы заказать себе салат с морепродуктами, но Аркадий меня опередил. Он окинул взглядом мою талию, снисходительно улыбнулся и выдал фразу, которую я теперь считаю шедевром жлобской мысли:
— А ты, я смотрю, в отличной форме. За фигурой следишь, молодец. Девушкам вечером тяжелую пищу вообще вредно есть, старит кожу и карму портит. Я терпеть не могу этих вечно жующих баб. Принесите-ка ей просто попить водички. Без газа. С лимоном. Ей хватит.
Официант, повидавший на своем веку многое, профессионально окаменел лицом. В его глазах промелькнуло искреннее мужское сочувствие пополам с животным ужасом.
В ресторане играл легкий лаунж. Пахло жареным мясом и розмарином. А я сидела и физически чувствовала, как внутри меня медленно, со скрипом, разворачивается тяжелая артиллерия моего сарказма.
Знаете, я не стала краснеть. Я не стала суетливо бормотать «да-да, я не голодна». И уж тем более я не собиралась глотать эту унизительную пилюлю ради сохранения светской беседы.
Я мило улыбнулась. Посмотрела прямо в бегающие глазки этого сорокадвухлетнего инвестора и предельно ласковым, грудным голосом поинтересовалась:
— Аркадий, простите за бестактный вопрос. Ваш инвестиционный портфель прямо сейчас переживает дефолт, или мы участвуем в каком-то увлекательном социальном эксперименте на выживание?
— В смысле? — его барская улыбка сползла куда-то в район кадыка. — При чем тут дефолт? Я просто о твоем здоровье забочусь! Нельзя на ночь наедаться!
— О моем здоровье позаботится мой лечащий врач, — я перевела взгляд на замершего официанта. — Будьте добры, меню обратно. Итак. Мне, пожалуйста, севиче из лосося, филе миньон прожарки медиум и бокал Шабли. Водичку с лимоном тоже оставьте. Запью ей ваш Рибай.
Аркадий побледнел. Потом пошел некрасивыми красными пятнами. Его водолазка вдруг показалась ему слишком тесной.
— Эй, подожди! — он нервно заерзал на стуле, понизив голос до шипящего шепота. — Мы так не договаривались! Я не собираюсь спонсировать твои гастрономические аппетиты! Я ищу духовную музу, а не ресторанную чайку! У меня принципы! Женщина должна быть скромной!
— Успокойтесь, Аркадий, берегите желчный пузырь, — я изящно промокнула губы салфеткой. — Ваши принципы останутся при вас, вместе с вашим Рибаем. Я, слава богу, работаю на себя и в состоянии оплатить свой стейк без помощи духовных наставников. Официант! Сразу посчитайте нас раздельными чеками, пожалуйста. Мой спутник сегодня на строгой финансовой диете.
Весь оставшийся вечер мы провели в звенящей тишине. Это был один из самых вкусных ужинов в моей жизни. Я с огромным наслаждением, не торопясь, ела нежнейшее мясо, запивала его отличным вином и с научным интересом наблюдала за Аркадием.
Его Рибай, судя по всему, встал ему поперек горла. Он давился мясом, злобно зыркал на меня исподлобья и яростно жевал овощи гриль, напоминая хомяка, у которого отбирают запасы на зиму. Вся его солидность испарилась, оставив на стуле обычного, мелочного, закомплексованного мужичонку, который панически боится потратить лишнюю копейку.
Когда принесли терминал, я спокойно приложила телефон, оплатила свой счет, оставила официанту щедрые чаевые за моральный ущерб и встала из-за стола.
Аркадий в этот момент судорожно пересчитывал чек за свой Рибай, что-то недовольно бубня себе под нос.
— Спасибо за прекрасный вечер, Аркадий, — я накинула на плечи пальто. — Мясо здесь действительно великолепное. А вам я искренне рекомендую перед следующими свиданиями пить побольше водички с лимоном. Говорят, отлично выводит жлобство из организма. Всего хорошего!
Я вышла на вечернюю улицу, вдыхая прохладный воздух. Настроение было потрясающим. Таро, как всегда, не обманули. А Аркадий, конечно же, заблокировал меня в приложении еще до того, как я успела доехать до дома. Видимо, ушел искать себе музу, питающуюся исключительно святым духом и росой.
Такие ситуации — идеальный маркер. Когда мужчина на первом же свидании под соусом «заботы о фигуре» или «духовных принципов» пытается сэкономить на вашем банальном комфорте, демонстрируя при этом откровенное потребительство по отношению к себе самому — это диагноз. Не нужно пытаться быть удобной или стесняться. Лучший ответ на такую наглость — это здоровый сарказм и раздельный счет, который мгновенно срывает с них маску благородных инвесторов.
