Истории

— Привет, слушай, я насчёт ботинок. В этом месяце никак, вообще на мели, — промямлил Кирилл в трубку

— Мама, Поля уже третий раз звонит, просится домой. Она что, заболела? — Марина говорила тихо, но с нескрываемой

Пойдешь! Я сказала пойдешь! Как миленькая! — кричала Алла Аркадьевна. — Никуда я не пойду, мама.

— Ей ведь три года, да? – напряжённо поинтересовался Матвей, глядя на спящую малышку. —

— Умерла… Всё, теперь начнётся, — сказал Иван Степанович, глядя в окно на припаркованный у дома джип.

— Марин, ну сколько можно? — Олег прервал тишину пятничного вечера, его голос был наполнен тщательно

Звонок телефона в квартире застал Эллиота Роу у плиты. На сковороде жарился омлет, наполняя кухню ароматом

Все у Вали было плохо: муж, похоже, завел себе любовницу, сын прогуливал школу, прятал под матрасом сигареты

Дом был похож на избушку на курьих ножках из сказки, но Аня ему радовалась так, словно ей достались царские хоромы.

Я помню всё до мельчайших подробностей — даже если иногда ловлю себя на мысли, что хотела бы забыть.

Варя очнулась от шума, доносившегося с улицы. За окном стояла жаркая летняя погода, тяжелый зной висел

— Анна Михайловна, соберите личные вещи. Вы больше не работаете в компании. Игорь даже не оторвал взгляда

Одним из осенних дней на станцию скорой помощи поступил экстренный вызов: «Ребёнок пяти лет, высокая

Ирина всегда была «домашней». Тихой, скромной, заботливой. 20 лет в браке, двое детей, вечные заботы

—Мама, неужели ты не знаешь, в каких условиях мы живем! Или для тебя существует только младшая дочь

Я стала нелюбимой дочерью своей матери с того момента, когда моя младшая сестра Геля родила сына.

Что?! Как это вы отдали бабушку в интернат? — не верила своим ушам Альбина. — Аля, не кричи!

У Антонины и Василия Гудковых росли две девочки — погодки, в которых молодые родители души не чаяли.