Истории

Квартиру разорвал крик мужа. Не просто повышенный голос — а именно крик, с той хрипотцой, что бывает

Алина сидела за своим рабочим столом, устремив уставший взгляд в светящийся монитор, где рябили строчки

– Захлопни рот и смирись – у меня давно другая, – процедил Виктор, играя ключами от новенькой Камри.

На юбилее муж ударил мою мать, заорав. «Это ты легко отделалась? Не забудь заплатить за ипотеку моей сестры».

— Хватит мозги мне выносить! Я сказал — приезжает моя мать, значит, приезжает! Нина сидела на диване

Телефон лежал на столе экраном вверх. Уведомление высветилось ровно в тот момент, когда я проходила мимо

Людмила полола морковь, солнце пекло макушку даже через старую панаму, а поясница ныла. Но Люда не останавливалась

В кабинете паспортного стола пахло дешевым кофе, старой бумагой и человеческим отчаянием. Ольга Петровна

«Ты выглядишь как библиотекарша!» — муж брезгливо отсадил меня за стол к звуковику, чтобы я не позорила

Галина Степановна встала из-за стола так, будто собиралась объявить амнистию. Поправила воротник, разгладила

Дождь барабанил по крыше, когда я услышала скрип калитки. Сердце ушло в пятки. Я только что вытерла пол

Вокруг матери Ленина ходит невероятное количество домыслов и слухов. В советское время ее образ был до

Oceнь 1945 гoдa. Нeмeцкий мaльчик. Oнa выхoдилa тoгo, кoгo вecь лaгepь cчитaл живым тpупoм, кopмилa c

— Ту путевку, которую ты купила моей маме, тебе придется оплатить самой, — холодно произнес

Слушай, я завтра на неделю в Сочи улечу. Перезагрузка нужна. Надоело мне твое нытье. Я прихожу домой

Пятьдесят тысяч, Степан. Пятьдесят. Поверх тридцатки алиментов. Валентина швырнула телефон на кухонный

Лиза не спала третью ночь подряд. Алиса орала с одиннадцати вечера до четырёх утра. Колики. Врач сказала —

Я только вчера тебе две тысячи давал! – рявкнул Антон, врываясь в комнату. – На что ты их потратила?