– Значит, ты любишь её? А разводиться со мной собираешься? – увидела жена сообщение от другой женщины

Муж молча завтракал. Я заваривала чай. Его планшет лежал на подоконнике. Экран вспыхнул. Подхожу и что я вижу? Сообщение: «Люблю тебя сильно». Вот это новость!

Андрей вздрогнул, резко повернулся к окну и быстро перевернул планшет экраном вниз.

Я стою и думаю, это правда или показалось?

– Ты чего это замерла? – с раздражением спрашивает муж.

– Сообщение, я ведь прочитала…

Я смотрела на него и не понимала, как такое может быть. Андрей попытался улыбнуться. Перевести всё в шутку.

– Это рабочий чат, шутки такие у нас, не накручивай себя и не преувеличивай, – объяснил он.

Он взял портфель, куртку и поспешил к выходу. Я осталась одна. В груди давило, шутки у них такие. А мне как жить с этим теперь? Двадцать лет прожили вместе. Дочь у нас уже большая. Маша год назад уехала учиться в Питер. И квартира стала для нас большой, и в ней стало непривычно тихо.

У меня небольшая кондитерская на соседней улице. Андрей же ходит в костюме с галстуком, так положено в отделении банка, где он работает.

Я вытерла стол и подошла к окну. Андрей шел по двору к машине и с кем-то разговаривал по телефону. В этот раз он не оглянулся и не помахал мне рукой.

В обед позвонила дочь Маша:

– Мам, я зачет сдала по высшей математике! Пятерку поставили!

– Молодец, дочка, – порадовалась я.

– Мам, а ты чего такая грустная? У вас там что-то случилось?

– Да нет, всё нормально. Работы много, устала просто. Заказ большой делаю.

– Ладно, мам, бегу на лекцию, целую.

Я положила телефон на стол. За окном ранним утром, а у меня тут такие новости. Я наливаю себе чай.

Вечером Андрей вернулся поздно. Часы в прихожей показывали девять. Он принес пакет с продуктами из супермаркета: молоко, хлеб, сыр. Поставил на стол.

– Я задержался на совещании, – начал оправдываться он. – Проверка приехала, много вопросов у них к нашему филиалу.

– Инна помогала на вопросы отвечать? – поинтересовалась я с издевкой.

Андрей разозлился:

– Опять ты за свое. Я же сказал, что это шутка была. Девочка просто глупая, написала ерунду. Зачем ты цепляешься к словам?

– Шутки какие-то странные у вас на работе.

– Хватит устраивать допросы. Я устал на работе, хочу поесть и отдохнуть. Разогрей лучше ужин.

Он прошел в комнату, сел в кресло и включил телевизор. Шли новости. Диктор говорил про курс валют. Я налила суп, поставила перед мужем на журнальный столик. Андрей ел молча.

Двадцать лет назад мы познакомились в институте. Он покупал мороженое в бумажных стаканчиках и провожал до общежития. Мы расписались на третьем курсе. Жили в комнате общежития, спали на скрипучем диване.

Потом он устроился в банк. А я знания экономики решила применить в собственном бизнесе. Открыла кондитерскую. Мы выплатили ипотеку, купили машину, у нас дочь уже сама скоро замуж выходить будет.

Вот чего не жилось спокойно ему? Чего ему не хватает?

Теперь земля уходила из-под ног, как будто и не было 20 лет.

– Ты любишь ее? – спросила я.

Андрей молчал, может, не услышал, что я спросила. Телевизор громко работал. Я подошла к зеркалу в прихожей. На меня смотрела женщина сорока пяти лет с уставшими глазами. Волосы были собраны в хвост. Какая тут любовь и романтика? Только голая правда, которую я узнала. Вот как с этим жить-то?

– Значит, ты любишь её? А разводиться со мной собираешься? – увидела жена сообщение от другой женщины
Следующие недели потянулись однообразно. Андрей приходил с работы поздно, ужинал и ложился спать на диване в гостиной. Он принес туда подушку, одеяло и объяснял это тем, что ему нужно высыпаться перед важными совещаниями в банке. Через три дня он собрал небольшую спортивную сумку.

– Я поеду к матери на пару ночей, – сообщил он в прихожей, завязывая шнурки. – Хочу побыть один, и чтобы не слышать твоих вопросов.

– Хорошо, раз так решил, – согласилась я. – Передавайте привет Галине Петровне.

Он вернулся в воскресенье вечером с виноватым видом и коробкой моих любимых конфет. Мы пили чай на кухне. Андрей смотрел в окно и избегал встречаться со мной взглядом. Я попыталась завести разговор о нашем браке и о той переписке с Инной. И тут Андрея понесло. Изменился в лице, бросил ложку и резко встал из-за стола.

– Ты замучила меня своим контролем, кто вообще сможет жить с такой занудой! – возмутился он. – Я работаю с утра до ночи, приношу деньги в дом, а вместо отдыха получаю допросы. Дай мне просто спокойно жить!

– Живи, кто тебе не дает…

После этой ссоры дома наступила напряженная обстановка. Мы общались только по делу: оплатить счета, купить порошок, отправить посылку дочери. Я с головой ушла в работу в кондитерской, пропадала там до поздней ночи и старалась не думать о будущем.

Прошло два месяца. В начале мая Андрей внезапно изменился. В пятницу он приехал домой в шесть вечера с двумя большими пакетами продуктов из супермаркета. Сам разложил покупки в холодильник, починил протекающий кран на кухне и предложил съездить в выходные на дачу к друзьям.

– Давай я помогу с коробками для тортов, – сказал он в субботу утром. – Тебе же везти их на заказы, там пробки страшные.

Он стал звонить мне днем с работы. Спрашивал, как прошли продажи, не устала ли я, что купить к ужину. Вечерами мы снова сидели вместе за столом, обсуждали учебу дочери и планы на летний отпуск. Я начала верить, что сложный период позади, а та история с коллегой была обычным минутным увлечением.

Вечером я сидела в гостиной с каталогом новых упаковок для кондитерки. Андрей находился рядом с ноутбуком и проверял рабочую почту.

Его телефон лежал на столе. Экран загорелся, раздался короткий звуковой сигнал. Я посмотрела на дисплей. Высветилось имя Инны и две строчки текста: «Скучаю по нашему вечеру, жду завтра».

Я отложила каталог и посмотрела на мужа. Андрей даже не стал прятать телефон. Он спокойно отложил ноутбук в сторону и поднял на меня взгляд.

– Да, я общаюсь с ней и бросать не собираюсь, – признался он четко. – Хватит диктовать мне условия. Мне сорок шесть лет, я имею право на личную жизнь и нормальные эмоции.

Внутри все взорвалось от злости. Это ж надо быть таким циничным. Два месяца притворства, заботы и звонков оказались обычной ширмой. Я сняла фартук, бросила его на стул и пошла в спальню. Достала с антресоли его большую дорожную сумку, открыла шкаф и начала сбрасывать туда его вещи. Андрей стоял и молча наблюдал.

Я застегнула молнию на сумке, вытащила ее в прихожую и поставила у входной двери. Потом распахнула дверь на лестничную площадку.

– Уходи, – потребовала я. – Забирай свои вещи и уходи прямо сейчас.

Андрей посмотрел на меня, взял сумку и ушел. Он не стал спорить, оправдываться или просить остаться. Просто развернулся и пошел к родителям.

—

Прошло две недели. Я поехала в торговый центр за продуктами и упаковочной бумагой для заказов. Понедельник выдался солнечным, на улице дул свежий весенний ветер. Я шла к торговому центру с большой сумкой в руках.

Из дверей вышел Андрей. На нем была дорогая куртка, которую мы покупали вместе прошлой осенью, и чистые джинсы. Волосы аккуратно уложены, на лице легкий загар. Он выглядел посвежевшим и находился в отличном настроении. Заметив меня, он остановился.

– Привет, Лена, – поприветствовал он. – Отлично выглядишь.

– Привет, Андрей, – ответила я. – Как дела?

– Всё нормально. Живу у мамы, работаю.

Мы отошли в сторону, чтобы не стоять на проходе. Двадцать лет совместной жизни испарились, как будто и не было их. Вот не могу я никак успокоиться.

– Нам нужно обсудить кое-какие вопросы, – попросила я. – Дочь звонит мне каждый день, спрашивает, почему ты не отвечаешь на ее сообщения. И с жильем надо решать вопросы. Ты подал на развод или собираешься возвращаться?

Лицо Андрея мгновенно изменилось. Улыбка пропала. Он молчал несколько минут. Люди проходили мимо нас со своими пакетами, гремела музыка из динамиков торгового центра, а мы стояли посреди этого шума.

– Я пока люблю тебя, – признался он. – Но жить буду один.

Я опять его не понимала. Слова звучали дико и нелепо. Как так, любить меня и при этом жить отдельно? Это что за любовь такая?

– Что это значит? – спросила я. – Кого ты любишь? Меня или Инну? Зачем устраивать весь этот цирк?

– Я не собираюсь ничего объяснять на улице, – отрезал он. – Я тороплюсь, у меня совещание. Позже созвонимся.

Он развернулся и быстро зашагал к своей машине. Я осталась стоять у стеклянных дверей. Ветер трепал мои волосы, в кармане куртки лежал список продуктов.

Вечером я открыла мессенджер, чтобы отправить Маше фотографии новых тортов. Хотела написать Андрею насчет коммунальных платежей, нажала на его чат, но сообщение не отправилось. Красный восклицательный знак сообщал об ошибке. Я проверила другой мессенджер — там было то же самое. Андрей заблокировал меня везде. Вот это номер…

Я набрала его с сотового телефона. Длинные гудки шли без ответа, а потом включился автоответчик. Я позвонила дочери.

– Мам, папа трубку не берет, – расстроенно сказала Маша в трубку. – Я ему три раза писала за день, а он даже не прочитал. Что у вас происходит?

– У папы много работы, Маш, – ответила я как могла спокойнее. – Не переживай, он занят на работе.

Дочь успокоилась и перевела разговор на учебу.

Правда выяснилась через несколько дней. Знакомая рассказала. Оказалось, что к Инне Андрей не переехал. У той была своя семья, муж, и разрушать привычный уклад никто из них не планировал. Инна не собиралась уходить от мужа, а Андрей не планировал разводиться со мной.

Ему было так удобно жить. Где можно иметь всё сразу и ни за что не отвечать. Надо что-то делать. Так жить дальше невозможно. Нужно самой подать документы на развод и раздел имущества.

—

В кондитерской горел один светильник над рабочим столом. Я осталась одна в цехе. На столе лежал круглый бисквитный корж для утреннего заказа. Его нужно было выровнять масляным кремом до идеальной гладкости.

Взяла металлическую лопатку, зачерпнула густой крем и разровняла на поверхности. Крем лег ровным слоем, закрывая пористый корж.

Я остановилась. Посмотрела на торт, на цех, где проводила половину жизни. Сравнила свою жизнь с этим тортом. Всё выглядело аккуратно снаружи, но внутри каждого дня накопилось столько фальши, недомолвок и чужих секретов, что продолжать эту игру больше не имело никакого смысла.

– Хватит украшать то, что внутри давно прокисло, – сказала я сама себе.

Сняла фартук, аккуратно повесила его на крючок у двери и выключила свет.

Оцініть статтю
Додати коментар

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

– Значит, ты любишь её? А разводиться со мной собираешься? – увидела жена сообщение от другой женщины
Пропажа