Татьяна Владимировна уже давно перестала спокойно смотреть на телефон сына. Стоило аппарату завибрировать поздним вечером или глубокой ночью, как она почти безошибочно могла сказать, кто звонит.
Она не жила вместе с сыном, но он часто приезжал к ней после работы, помогал по хозяйству, привозил продукты, чинил то, что ломалось в квартире. Иногда оставался на ужин, и тогда они долго разговаривали. За эти годы мать научилась угадывать его настроение по одному взгляду.
После развода прошло уже четыре года. Срок, как казалось Татьяне Владимировне, немалый. Она была уверена, что за это время каждый из бывших супругов должен был начать новую жизнь. Однако новой жизни почему-то не получалось именно у ее сына Дмитрия.
— Развелись ведь по ее инициативе, — не раз говорила она знакомым, стараясь скрыть раздражение. — Никто ее не держал. Захотела свободы, получила. Только вот жить этой свободой почему-то не выходит. И сына моего отпускать она тоже не собирается.
Слушатели обычно кивали, хотя далеко не все соглашались с ее выводами.
У Дмитрия от первого брака осталось двое детей: девятилетний Артем и шестилетняя Варя. Детей он любил искренне, без показной сентиментальности. Алименты переводил день в день, никогда не спорил о дополнительных расходах, приходил на школьные праздники, ездил с сыном на соревнования, помогал дочери учить стихи и никогда не забывал о днях рождения.
Татьяна Владимировна и сама понимала, что таким отцом можно только гордиться. Но именно это, по ее мнению, и стало его слабым местом.
Стоило Алисе узнать, что у бывшего мужа появилась женщина, как телефон Дмитрия буквально оживал.
— Дима, ты не мог бы заехать?.. Дима, у Артема опять компьютер завис… Дима, Варе срочно нужны новые сапоги.
Он никогда не спрашивал, нельзя ли решить вопрос иначе. Просто вставал, брал ключи от машины и ехал.
Когда-то Татьяна Владимировна пыталась осторожно возражать.
— Сынок, ведь можно иногда сказать «нет». Не потому что дети не нужны, а потому что у Алисы тоже должна быть ответственность.
Дмитрий только устало улыбался.
— Мам, если речь идет о детях, какое может быть «нет»?—После этих слов спорить становилось невозможно.
В тот вечер он как раз сидел у матери на кухне. За окном лениво падал мокрый снег, батареи тихо потрескивали от жара, а на столе остывал чайник.
Татьяна Владимировна рассказывала, что соседка снизу опять жаловалась на шум, хотя шуметь было некому. Дмитрий слушал вполуха, иногда усмехался, отвечал короткими фразами.
Телефон завибрировал. Он посмотрел на экран и сразу изменился в лице.
— Алиса, — негромко произнес он.
Татьяна Владимировна даже не удивилась.
— Конечно, кто же еще…
Дмитрий уже поднялся со стула.
— Подожди хотя бы, узнай, что случилось, — попросила мать.
Он молча нажал кнопку приема.
— Да… Что произошло?
Несколько секунд он внимательно слушал, затем нахмурился.
— Какая температура?.. Когда поднялась?.. Лекарство давала?
Татьяна Владимировна невольно прислушивалась. Из трубки доносился взволнованный женский голос, слов было не разобрать, но тревога чувствовалась даже на расстоянии.
— Хорошо, — наконец сказал Дмитрий. — Сейчас приеду.
Он убрал телефон в карман.
— У Артема почти сорок, — коротко объяснил он матери. — Лекарство не помогает.
— Скорую пусть вызывает. А ты что сделаешь? Ты врач?
Он пожал плечами.
— Если станет хуже, я сам вызову.
Татьяна Владимировна ничего не ответила. Она проводила сына до двери и долго стояла в прихожей, пока не стихли его шаги на лестнице.
На следующий день Дмитрий рассказал, что скорую все-таки вызвали. В больницу ребенка не забрали, температура начала снижаться только под утро. Алиса была совершенно измотана и едва держалась на ногах.
— Она хоть спасибо сказала? — спросила мать.
— Мам, ну что ты хочешь услышать? —Она отвела взгляд, но неприятное чувство осталось.
Через несколько недель у Дмитрия появилась новая девушка Ирина.
Она работала дизайнером и удивительно легко нашла общий язык с детьми. Варя сразу начала показывать ей рисунки, а Артем однажды даже позволил помочь ему собрать сложный конструктор.
Татьяна Владимировна почувствовала осторожную надежду. Ей казалось, что теперь все наконец наладится.
Ирина не пыталась заменить детям мать, не вмешивалась в отношения Дмитрия с бывшей женой, терпеливо ждала его, если приходилось срочно уезжать к детям.
— Главное, чтобы отец помогал, — говорила она Дмитрию. — Дети ни в чем не виноваты.
Мать слушала эти слова с облегчением. «Вот она, разумная женщина», — думала Татьяна Владимировна.
Но спокойствие длилось недолго. Будто почувствовав перемены, Алиса стала звонить все чаще. Сначала это были мелочи.
Потом просьбы становились серьезнее. А однажды поздним вечером телефон Дмитрия снова зазвонил. Он только вернулся из кино с Ириной. Дмитрий виновато посмотрел на спутницу.
— Извини… Мне нужно ответить.
Ирина долго терпела назойливые просьбы бывшей. Но терпению всегда приходит конец, и они с Дмитрием расстались.
После расставания с Ириной жизнь Дмитрия будто снова вошла в привычную колею. По крайней мере, так казалось со стороны. Он, как и раньше, ездил на работу, по вечерам забирал детей, если просила Алиса, помогал сыну с уроками, возил Варю к врачам, покупал все необходимое и никогда не спорил. Только домой он теперь возвращался в пустую квартиру.
Первое время Татьяна Владимировна старалась не заводить разговоров о личной жизни сына. Она видела, что ему тяжело. Дмитрий не жаловался, но стал молчаливее, заметно похудел, перестал шутить так, как раньше. Даже дети это почувствовали.
Однажды Артем, когда они вместе собирали модель самолета, неожиданно спросил:
— Пап, а тетя Ира больше к нам не придет?
Дмитрий замер с маленькой пластиковой деталью в руках.
— Нет, сынок.
— Вы поссорились?
Он долго подбирал слова.
— Иногда взрослые понимают, что им лучше жить отдельно.
Артем задумался, потом тихо произнес:
— Жалко… Она была добрая.
Эти простые слова больно кольнули Дмитрия. Он только сделал вид, что внимательно изучает инструкцию по сборке.
Через несколько дней Варя спросила почти то же самое.
— Папочка, а почему тетя Ира больше не приходит? Я ей рисунок нарисовала…
Она побежала в комнату и принесла сложенный пополам лист бумаги. На нем были нарисованы три человека, держащиеся за руки. Над ними светило большое солнце.
— Я хотела ей подарить.
Дмитрий почувствовал, как в горле встал ком.
— Она бы очень обрадовалась, — тихо сказал он.
Варя улыбнулась.
— Тогда ты ей передай.
Он пообещал, хотя прекрасно понимал, что не сделает этого.
Прошел почти месяц. За это время Алиса не переставала звонить, постоянно у нее были просьбы. То нужно было отвезти Артема к стоматологу. То сломалась стиральная машина, и дети на несколько дней перебрались к Дмитрию.
Татьяна Владимировна наблюдала за сыном с растущим раздражением.
Как-то вечером он заехал к ней после работы. Выглядел усталым. Пока мать накрывала на стол, телефон снова завибрировал.
Дмитрий машинально посмотрел на экран. Разговор длился всего несколько минут.
— Хорошо, сейчас приеду.
Когда он убрал телефон, мать не выдержала.
— Что опять случилось?
— Нужно забрать Варю из садика. Алису задержали на совещании.
— Родители Алисы?
— Они уехали.
Татьяна Владимировна всплеснула руками.
— Они у нее все время где-то уезжают! И няня постоянно не может! Неужели ты сам не видишь, что происходит?
Дмитрий устало потер переносицу.
— Мам, если ребенок сидит в садике и ждет, какое это имеет значение?
Она повысила голос.
— Потому что ты давно перестал разделять помощь детям и помощь бывшей жене.
Он удивленно посмотрел на мать. Та редко разговаривала с ним таким тоном.
— Нет, Дима, не одно и то же. Детям нужна забота. А Алисе удобно знать, что стоит ей позвонить, и ты бросишь все.
Дмитрий нахмурился.
— Что ты предлагаешь? Не ехать?
— Я предлагаю хоть иногда спрашивать, какие еще есть варианты.
Он ничего не ответил, молча надел куртку и ушел.
Через несколько дней Татьяна Владимировна встретила во дворе общую знакомую, Галину Сергеевну.
Та сразу заговорила о Дмитрии.
— Жалко его, конечно. Один опять остался.
— Жалко? — переспросила Татьяна Владимировна. — А кого еще жалеть?
Галина Сергеевна пожала плечами.
— Я бы на вашем месте Алису не обвиняла.
— Это еще почему?
— Потому что она одна растит двоих детей.
— Не одна! У детей есть отец.
Женщина внимательно посмотрела на Татьяну Владимировну.
— И хорошо, что он помогает.
— Помогать — это одно. А жить по первому звонку бывшей жены — совсем другое.
Галина Сергеевна покачала головой.
— А вы уверены, что она его заставляет?
Этот вопрос прозвучал неожиданно. Татьяна Владимировна хотела возразить, но знакомая продолжила:
— Знаете, мой бывший муж тоже отец. Если я прошу его забрать внука или помочь дочери, он сначала думает, может ли. Иногда говорит «да». Иногда — «нет». И мир от этого не рушится.
Она немного помолчала.
— Ваш сын ведь никогда не говорит «нет». Значит, дело не только в Алисе. —Эти слова неприятно задели Татьяну Владимировну.
Весь вечер она мысленно спорила с Галиной Сергеевной: «Легко рассуждать со стороны. Она не знает Алису. Не знает, какая та хитрая».
Через неделю Дмитрий приехал к матери поздно вечером. Он выглядел настолько измученным, что она даже испугалась. Татьяна Владимировна внимательно посмотрела на сына.
Под глазами у него залегли темные круги. Он постоянно смотрел в телефон, словно ждал нового звонка. И этот звонок действительно раздался.
Дмитрий машинально потянулся к аппарату, но неожиданно замер. Несколько секунд он просто смотрел на имя.
Телефон продолжал звонить.
— Почему не отвечаешь? — удивилась мать.
Он медленно провел пальцем по экрану.
— Да?
— Дим, извини, пожалуйста, — быстро заговорила Алиса. — Я совсем закрутилась. Можешь завтра утром отвезти детей в школу? Мне очень рано нужно быть в офисе.
Дмитрий молчал, посмотрел в окно, потом на мать. Та тоже не сводила с него глаз.
— Алиса… — наконец произнес он спокойно. — А ты уже пробовала попросить няню?
На другом конце повисла тишина, словно бывшая жена просто не ожидала услышать такой вопрос.
Дмитрий даже почувствовал облегчение, бывшая отключилась. Мать его угостила чаем с пирогом. Он поел и попрощался.
Вышел и долго сидел в машине возле дома матери. Двигатель не завел, за стеклом шел мелкий весенний дождь, а он все никак не мог заставить себя повернуть ключ в замке зажигания.
В голове крутились слова Ирины: «Ты боишься отказать Алисе больше, чем боишься потерять меня».
Тогда они показались ему несправедливыми. Теперь же он честно признался себе: она была права хотя бы в одном. Он действительно никогда не пытался выяснить, может ли бывшая жена справиться без него.Он просто всегда ехал.
На следующий день Алиса снова позвонила.
— Дим, привет. Слушай, можешь сегодня после работы заехать? Нужно купить детям обувь. Я совсем не успеваю.
Еще месяц назад он бы автоматически ответил согласием, но теперь молчал.
— Ты меня слышишь? — удивилась Алиса.
— Слышу.
— Ну так приедешь?
— А почему ты сама не можешь? Магазины работают до позднего вечера.
— У меня работа.
— У меня тоже.
Алиса словно растерялась.
— Но ты же всегда помогал…
— Помогал. И буду помогать, если это действительно необходимо детям. Но покупать обувь можно и в выходные. Или заказать доставку.
Алиса от таких слов потеряла дар речи.
— Понятно, — сухо произнесла она и первой закончила разговор.
Весь день Дмитрий чувствовал себя странно. Ему казалось, что он совершил что-то неправильное.
Но вечером телефон больше не зазвонил. Не позвонила Алиса и на следующий день.
Через неделю он приехал к детям сам. Они, как всегда, обрадовались. Варя бросилась ему на шею. Артем сразу потащил показывать новый велосипед.
Все было как обычно кроме Алисы. Она больше не казалась женщиной, которая ничего не успевает.
Пока дети собирались гулять, Дмитрий неожиданно сказал:
—Прости, но понял одну вещь.
— Какую?
Он ответил не сразу.
— Я все время думал, что спасаю детей. А теперь понял, что часто просто облегчал жизнь тебе.
Она отвернулась к окну.
— Наверное… ты прав. —Эти слова прозвучали неожиданно.— Когда мы развелись, мне было очень страшно, — тихо продолжила она. — Двое маленьких детей, работа, болезни… Я действительно не справлялась.
Она грустно улыбнулась.
— А потом привыкла, что можно позвонить тебе.
— И ты перестала искать другие способы.
— Да.
Она честно посмотрела ему в глаза.
— Даже не замечала этого. Я не хочу, чтобы ты исчез из их жизни, — сказала Алиса.
— И не исчезну.
— Но, наверное… мне действительно пора перестать рассчитывать на тебя в каждой мелочи.
Он улыбнулся.
— Вот это и есть то, чего мне давно хотелось.
Татьяна Владимировна заметила перемены почти сразу. Телефон сына больше не разрывался по ночам. На выходные дети приезжали, как и раньше, но теперь все было заранее обговорено.
Если нужно было отвезти Артема на соревнования, Алиса предупреждала за несколько дней. Если Варю записывали к врачу, они вместе обсуждали, кто сможет поехать. Исчезли бесконечные срочные просьбы.
— Неужели случилось чудо? — однажды спросила Татьяна Владимировна.
Сын рассказал матери, что у детей теперь появилась постоянная няня с гибким графиком. Родители Алисы тоже стали чаще помогать. Некоторые дела она научилась решать сама.
— Видишь? — не удержалась Татьяна Владимировна. — А раньше говорила, что без тебя никак.
Дмитрий покачал головой.
— Нет, мама. Не она говорила.
— Как это?
— Это я был уверен, что без меня никак.
Татьяна Владимировна задумалась. Эти слова неожиданно многое объясняли. Она столько лет винила только Алису, что совсем не замечала очевидного. Ее сын сам не умел выстраивать границы, потому что слишком боялся оказаться плохим отцом.
Как-то вечером уже через полгода Дмитрий приехал к матери с тортом. Настроение у него было необычно хорошее.
— Праздник? — улыбнулась Татьяна Владимировна.
— Можно сказать и так.
Он немного помолчал.
— Помнишь Ирину?
Мать осторожно улыбнулась.
— Конечно.
— Мы случайно встретились. Выпили кофе.
— Только кофе?
— Пока только кофе.
Мать не стала расспрашивать. Она боялась спугнуть эту осторожную надежду.
Уже уходя, сын неожиданно остановился в прихожей.
— Знаешь, мама… Раньше мне казалось, что если я хоть раз скажу «нет», то перестану быть хорошим отцом. —Он улыбнулся.— А оказалось, детям нужен не отец, который бесконечно спасает взрослых. Им нужен отец, который всегда рядом, когда действительно нужен именно им.
