Ольга давно привыкла считать, что прошлое осталось далеко позади. Оно не исчезло совсем, не растворилось без следа, а просто превратилось в старую рану, которая иногда ныла перед дождем или в бессонные ночи. Днем же на воспоминания не оставалось времени. Жизнь научила ее одному простому правилу: пока работаешь, не плачешь.
Она одна вырастила сына. Двадцать три года прошли с того дня, как муж хлопнул дверью и исчез из их жизни, словно никогда не существовал. Сережке тогда не исполнилось и трех лет. Мальчик долго спрашивал, когда папа вернется домой, а потом перестал. Дети быстро привыкают к тому, чего изменить нельзя, а матери потом всю жизнь расплачиваются за такую привычку.
Ольга сменила не только свою фамилию на девичью. Она оформила документы и на сына, чтобы они носили одну фамилию. Ей хотелось раз и навсегда вычеркнуть человека, который предал их обоих.
С тех пор она больше никогда не произносила имя бывшего мужа.
Сергей вырос спокойным, серьезным парнем. Он никогда не доставлял матери хлопот. Хорошо учился, не связывался с дурными компаниями, а после школы поступил в университет. Ольга часто смотрела на сына украдкой и думала, что судьба все-таки оказалась к ней не совсем жестокой. Да, мужа она потеряла, зато вырастила настоящего человека.
Когда Сергей получил диплом, радости матери не было предела.
— Теперь у тебя вся жизнь впереди, — сказала она тогда, обнимая сына. — Главное, никогда не поступай с людьми так, как однажды поступили с нами.
Сергей лишь улыбнулся.
— Мам, не переживай. Я буду жить по совести.
Через несколько месяцев ему удалось устроиться в крупную компанию. Об этой фирме знали едва ли не все в городе. Там были высокие зарплаты, современные офисы и строгий отбор сотрудников. Многие приходили на собеседования по нескольку раз и все равно получали отказ. Сергей оказался среди тех немногих счастливчиков, кому открыли двери.
Ольга сияла от гордости. Каждой соседке, каждой знакомой она рассказывала, что сын добился всего сам.
— Ни одного знакомого не было, — говорила она, улыбаясь. — Только знания да голова на плечах.
И это была правда. Шли годы. Сергей быстро рос в должности. Начальство ценило его за ответственность и честность. Он никогда не перекладывал свою работу на других и не искал легких путей.
Ольга замечала, что сын все чаще задерживается вечерами.
— Совсем себя не жалеешь, — ворчала она, ставя перед ним тарелку с горячим ужином.
— Сейчас такой период, мам, — отвечал Сергей, устало снимая пиджак. — Работы много, зато опыт бесценный.
Она лишь качала головой. Ей нравилось видеть сына счастливым. Еще больше радовало, что рядом с ним появилась Лена.
Девушка часто приходила к ним по выходным. Всегда приносила что-нибудь к чаю, помогала накрывать на стол и никогда не сидела, уткнувшись в телефон.
Ольга быстро привязалась к ней. Как-то вечером, когда Сергей вышел проводить Лену до остановки, Ольга не удержалась.
— Леночка, скажи честно, ты ведь любишь моего сына? — спросила она с теплой улыбкой.
Девушка немного смутилась.
— Очень люблю, Ольга Николаевна. Иногда даже страшно становится.
— А о свадьбе уже думаете?
Лена покраснела.
— Сережа уже предлагал жить вместе. Только я ему сказала, что сначала хочу стать женой, а потом уже хозяйкой в общем доме. Наверное, я старомодная.
Ольга ласково коснулась ее руки.
— Нет, девочка. Просто ты правильно воспитана.
Проводив Лену, Сергей вернулся домой.
— Мам, чего вы там так долго разговаривали? — спросил он с улыбкой.
— Да так, о женском, — ответила Ольга, пряча довольный взгляд.
Она уже представляла, как однажды будет нянчить внуков. Ей казалось, что теперь жизнь наконец стала спокойной.
В тот дождливый октябрьский вечер Ольга пришла домой позже. На работе задержали с отчетами, потом пришлось зайти в магазин.
Она уже собиралась поставить чайник, когда раздался звонок в дверь. На пороге стоял высокий седой мужчина в дорогом темном пальто. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
Ольга нахмурилась, пытаясь вспомнить, где могла видеть этого человека. И вдруг сердце болезненно сжалось. Перед ней стоял Михаил. Он сильно постарел. Лицо осунулось, волосы почти полностью поседели, а взгляд стал тяжелым и каким-то усталым.
Но эти глаза она узнала сразу.
— Здравствуй, Оля, — негромко произнес он. — Можно войти? Нам нужно серьезно поговорить.
Она почувствовала, как внутри поднимается волна давно забытой боли. Двадцать три года она мечтала однажды сказать ему все, что накопилось. Представляла, как захлопнет дверь перед его носом, как заставит почувствовать хотя бы часть той боли, которую сама пережила.
Но сейчас слова застряли в горле. Ольга молча отступила в сторону. Михаил вошел в квартиру, снял пальто и медленно огляделся.
Все здесь было ему чужим. На стене висели фотографии Сергея, школьные, студенческие, недавние. На одной из них сын улыбался рядом с Леной.
Михаил задержал взгляд на снимке, тяжело вздохнул и тихо сказал:
— Красивый вырос… Очень на меня похож.
Ольга резко поставила на стол чашку так, что ложка громко звякнула о блюдце.
— Не смей, — холодно произнесла она. — Ты потерял право говорить о нем в тот день, когда ушел.
Михаил поднял на бывшую жену усталые глаза.
— Именно об этом я и пришел поговорить… Только боюсь, после моих слов наша жизнь уже никогда не станет прежней.
Он медленно сел на стул, словно каждое движение давалось ему через силу, а Ольга заметила, как сильно дрожат его руки.
Несколько секунд в комнате стояла такая тишина, что было слышно, как за окном дождевые капли стучат по жестяному козырьку подъезда. Ольга не сводила глаз с Михаила. Ей казалось, что стоит ему заговорить, и прошлое, которое она столько лет хоронила в памяти, снова ворвется в ее жизнь.
Михаил тяжело перевел дыхание и медленно провел ладонью по лицу.
— Оль, начну с самого главного. Бог меня наказал. Во втором браке у нас с Маргаритой так и не появилось детей. Мы лечились, ездили по врачам, надеялись, но ничего не получилось. А несколько месяцев назад мне поставили страшный диагноз. Онкология. Врачи делают все возможное, но я понимаю, что мой путь подходит к концу.
Ольга молчала. Ни жалости, ни сочувствия она не испытывала. Только старая обида вновь поднималась из глубины души.
— Так тебе и надо, — наконец сказала она тихо, но в каждом слове звучала накопившаяся за долгие годы боль. — Вспомнил, что у тебя ребенок есть? Или врачи подсказали?
Михаил опустил глаза.
— Я заслужил эти слова. Не собираюсь оправдываться. Тогда я был молодым, глупым и самоуверенным. Мне казалось, что впереди целая жизнь, что можно начать все сначала. Я предал тебя. Предал сына. И за это расплачиваюсь каждый день.
— Не надо красивых речей, — перебила его Ольга. — Где ты был, когда Сережка болел воспалением легких, а я ночами сидела у его кровати? Где был, когда нам есть было нечего, и я после смены мыла подъезды, чтобы заработать лишнюю копейку? Ты жил своей жизнью, а теперь вдруг решил стать хорошим отцом?
Михаил не спорил. Он сидел неподвижно, будто заранее был готов к каждому обвинению.
— Я пришел не за прощением, — тихо сказал он. — Я пришел к сыну.
— Нет у тебя никакого сына, — резко ответила Ольга. — Есть мой Сережа. Только мой.
Она почти выкрикнула последние слова и отвернулась к окну, чтобы Михаил не увидел навернувшихся слез. Ей ненавистно было даже то, что при нем она снова чувствовала себя той молодой женщиной, которую когда-то бросили одну с маленьким ребенком.
Михаил медленно достал из внутреннего кармана папку.
— Послушай меня до конца. Потом можешь выставить за дверь.
Ольга ничего не ответила.
— Шесть лет Сергей работает в моей компании.
Она резко повернулась.
— Что?
— Да. Только он этого не знает. И ты тоже не знала.
Ольга смотрела на бывшего мужа широко раскрытыми глазами.
— Не может быть…
— Может. Когда я впервые увидел его резюме, фамилия была другой. Я даже не понял сразу, кто передо мной. Но лицо… Он так похож на меня в молодости, что я не выдержал. Проверил документы, узнал дату рождения и понял, что ошибки быть не может.
Ольга почувствовала, как ноги становятся ватными. Она медленно опустилась на стул.
— Значит… все эти годы…
— Все эти годы я наблюдал за ним издалека. Никто не делал ему поблажек. Наоборот, я строго запретил кому-либо выделять его. Он всего добился сам. Его уважает коллектив. Руководители постоянно хвалят его за работу.
На лице Михаила появилась слабая улыбка.
— Сережка оказался очень толковым парнем. Весь в меня… и в тебя. Упрямый, честный, трудолюбивый.
— Не смей присваивать себе его достоинства! — вспыхнула Ольга. — Это я его воспитала! Я одна! Ты даже алименты платил через раз!
Михаил виновато опустил голову.
— Да. И этого уже не исправить.
Он на мгновение закашлялся, достал платок и отвернулся. Кашель был долгим, мучительным. Когда приступ закончился, на лице выступила болезненная бледность.
Ольга невольно заметила, насколько он похудел. Но сердце ее не смягчилось.
— Чего ты хочешь? — спросила она уже спокойнее.
Михаил некоторое время молчал, словно собираясь с силами.
— Я хочу переписать фирму на Сергея. —Эти слова прозвучали так неожиданно, что Ольга даже не сразу поняла их смысл.
— Что?
— Моя компания стоит очень больших денег. Это дело всей моей жизни. Кроме Сережи, оставить ее некому.
Ольга нервно усмехнулась.
— Вот оно что… Значит, решил купить сына?
— Нет.
— А как это еще называется? Двадцать три года тебя не существовало, а теперь являешься с миллионами и говоришь: «Возьми все, только стань моим сыном».
— Я ничего не покупаю, — твердо ответил Михаил. — Я возвращаю то, что и так принадлежит ему по праву.
Ольга вскочила.
— По праву? А где было это право, когда ребенок рос без отца? Когда я отказывала себе во всем, лишь бы он ни в чем не нуждался? Когда ночами шила людям одежду, потому что одной зарплаты не хватало? Ты хоть представляешь, сколько раз мне хотелось просто сесть и заплакать?
Она уже не сдерживалась. Все пережитое за два десятилетия выплеснулось наружу.
— Я таскала Сережку на своем горбу! Я была ему и матерью, и отцом! А ты жил в свое удовольствие! А теперь объявился больной хмырь и хочешь отнять у меня сына, заманив его деньгами!
Михаил поднялся со стула.
— Я не собираюсь отнимать его у тебя. Наоборот, хочу, чтобы он наконец узнал правду. Времени у меня почти не осталось. Если я сейчас промолчу, эта правда будет преследовать вас обоих всю жизнь.
Он посмотрел Ольге прямо в глаза.
— Сегодня я вызову Сергея к себе в кабинет и расскажу ему все. Не мешай нам поговорить. Это последнее, о чем я тебя прошу.
Ольга почувствовала, как внутри все оборвалось.
Она понимала, что остановить бывшего мужа уже не сможет.
Через час Сергей спокойно поднимался на лифте в кабинет генерального директора.
Сергей уверенно шел по длинному коридору, ведущему к кабинету генерального директора. Он уже несколько раз бывал здесь на совещаниях, но каждый раз испытывал легкое волнение. Михаил Федорович редко вызывал сотрудников лично, а если такое случалось, разговор всегда был важным.
По дороге Сергей перебирал в голове последние проекты. «Неужели где-то допустил ошибку? Нет, отчеты сданы вовремя. Новый контракт подписан. Начальник отдела вчера снова похвалил…»
Он остановился у массивной двери и осторожно постучал.
— Войдите, — раздался спокойный голос.
Сергей вошел. Михаил Федорович стоял у окна. Сегодня он выглядел хуже обычного. Лицо осунулось, под глазами пролегли темные круги, а пальцы, державшие стакан с водой, едва заметно дрожали.
— Здравствуйте, Михаил Федорович, — уважительно произнес Сергей. — Вы хотели меня видеть?
— Хотел, Сережа, — ответил тот неожиданно мягко. — Присаживайся. Разговор будет долгим.
Сергей сел в кресло, но напряжение не отпускало. Несколько секунд Михаил молчал, словно не решался начать.
— Скажи, ты счастлив? — неожиданно спросил он.
Сергей удивленно посмотрел на директора.
— Наверное, да. Работа любимая. Есть девушка, которую люблю. Мама здорова. Чего еще желать?
Михаил грустно улыбнулся.
— Хорошо ответил. Значит, Ольга сумела воспитать настоящего мужчину.
При упоминании матери Сергей насторожился.
— Простите, но… откуда вы знаете мою маму?
Михаил медленно опустился в кресло напротив.
— Потому что когда-то очень давно она была моей женой.
Сергей даже не сразу понял смысл услышанного. Он несколько секунд молча смотрел на директора, ожидая, что тот сейчас объяснит свои слова. Но Михаил продолжал смотреть ему прямо в глаза.
— Только не упади, сынок, — тихо произнес он. — Я не сразу признался, потому что долго не мог решиться. Но ты мой родной сын.
В кабинете стало так тихо, что было слышно, как тикают старинные часы на стене. Сергей почувствовал, будто земля ушла из-под ног.
— Что?.. — едва слышно спросил он.
— Я твой отец.
Молодой человек медленно покачал головой.
— Нет… этого не может быть.
Перед глазами мгновенно промелькнули рассказы матери. Она всегда говорила одно и то же: отец испугался ответственности и ушел еще до его рождения. Он никогда не интересовался сыном.
Все эти годы Сергей даже не пытался искать человека, который добровольно отказался от собственного ребенка. А теперь этот человек сидел напротив.
— Мама сказала, что мой отец сбежал, — наконец выговорил Сергей. — Получается… это были вы?
Михаил опустил голову.
— Да. И мне нет оправдания.
Он не стал перекладывать вину на молодость, обстоятельства или чьи-то советы.
— Я совершил подлость. Если бы можно было прожить жизнь заново, я никогда не повторил бы той ошибки.
Сергей поднялся и подошел к окну. Он не мог смотреть на человека, который одним признанием разрушил привычную картину мира.
— Почему сейчас? — спросил он, не оборачиваясь. — Почему не десять лет назад? Или хотя бы пять?
Михаил тяжело вздохнул.
— Потому что я трус. Я наблюдал за тобой со стороны и каждый раз откладывал разговор. Думал, успею. Казалось, впереди еще много времени. —Он сделал небольшую паузу.— А потом врачи сказали, что времени почти не осталось.
Сергей резко повернулся.
— Вы серьезно больны?
Михаил достал медицинское заключение и молча положил его на стол.
— Онкология. Лечение уже почти не помогает.
Сергей машинально взял бумаги. Диагноз был написан черным по белому. Он почувствовал странное чувство. Перед ним сидел человек, которого он должен был ненавидеть, но который выглядел не победителем жизни, а смертельно уставшим человеком.
— Даже если все это правда… — медленно произнес Сергей, — откуда такая уверенность, что я ваш сын?
Михаил не удивился, словно ожидал именно этого вопроса. Он открыл лежавшую рядом папку и достал еще один документ.
— Прости меня за этот поступок. Я не хотел снова вмешиваться в твою жизнь без уверенности. Поэтому сделал генетическую экспертизу. —Он подвинул лист к Сергею.— Вот результат.
Сергей долго смотрел на цифры и печати. Вероятность отцовства составляла почти сто процентов. Сомнений не оставалось. Он медленно опустился обратно в кресло.
— Значит… это правда…
Михаил молча закрыл папку.
— Ты вправе никогда меня не простить. Но я хочу успеть сделать хоть что-нибудь для тебя. —Он открыл другую папку.— Шесть лет ты работаешь в моей компании. И все эти годы никто не помогал тебе по знакомству. Наоборот, я специально следил, чтобы тебе не делали никаких поблажек.
Сергей невольно вспомнил бессонные ночи, сложные проекты, первые ошибки, постоянные проверки. Выходит, все это время за ним действительно наблюдали.
— Я горжусь тобой, — тихо сказал Михаил. — Ты оказался сильнее меня. —Эти слова неожиданно больно ударили по сердцу Сергея. Он всегда мечтал хоть раз услышать подобное от родного отца.
Но сейчас почему-то не чувствовал радости. Только тяжесть.
— Что вы хотите от меня? — спросил он.
— Передать тебе компанию.
Сергей даже усмехнулся.
— Вы думаете, после таких новостей можно сразу говорить о бизнесе?
— Нет. Но времени у меня почти нет.
Михаил достал папку с документами.
— Это дело всей моей жизни. Миллионный бизнес. Мне некому его оставить. Ты мой единственный сын.
Сергей долго молчал.
— А ваша жена?
— Маргарита получит квартиру, часть накоплений и двадцать процентов акций. Я не могу оставить ее ни с чем. Она ни в чем передо мной не виновата.
Сергей задумчиво потер виски. Он чувствовал, как мысли путаются. С одной стороны, мать, которая двадцать три года жила только ради него. С другой, отец, которого он только что обрел и который, кажется, действительно сожалел о содеянном.
Наконец Сергей поднялся.
— Михаил Федорович… Нет… Я даже не знаю, как теперь к вам обращаться.
Михаил слабо улыбнулся.
— Пока можешь по-прежнему.
— Мне нужно время, — твердо сказал Сергей. — Я не могу принять такое решение за один день. Мне необходимо поговорить с мамой, все обдумать.
— Конечно.
Михаил тоже поднялся.
— Я не тороплю тебя. Только не откладывай слишком долго. —Они пожали друг другу руки.
Когда Сергей вышел из кабинета, ему казалось, что весь мир изменился. После работы он не поехал домой сразу. Сначала долго сидел в машине, затем набрал номер Лены.
— Ты сегодня какой-то грустный, — заметила девушка, едва увидев его в небольшом сквере возле ее дома. — Что случилось?
Сергей долго молчал, а потом тихо произнес:
— Сегодня я узнал, что человек, которого я шесть лет называл генеральным директором, оказался моим родным отцом.
Лена побледнела.
— Господи… А твоя мама знает?
— Да. Он уже был у нее. Теперь мне нужно вернуться домой. Боюсь, сегодняшний разговор станет для нас обоих самым тяжелым за все эти годы.
Домой Сергей вернулся поздно вечером. Всю дорогу он мысленно возвращался к разговору с Михаилом Федоровичем. Казалось, за один день он прожил сразу несколько жизней. Он узнал, что отец, которого никогда не видел, все эти годы находился совсем рядом. Узнал, что этот человек смертельно болен, что ему хотят доверить огромное дело, которое создавалось десятилетиями.
Но самым тяжелым испытанием был разговор с матерью.
Ольга сидела на кухне. Свет не горел, лишь настольная лампа освещала стол, на котором давно остыл чай. Она услышала, как повернулся ключ в замке, но не вышла навстречу.
Сергей вошел тихо.
— Мам…
Она подняла на него усталые глаза.
— Ну что, поговорили?
Он сел рядом. Ольга долго смотрела на сына, словно пыталась понять, насколько сильно он изменился за этот день.
— Значит, он все рассказал?
— Рассказал.
Она тяжело вздохнула.
— И что теперь?
Сергей не стал ничего скрывать.
— Он действительно мой отец. Он показал результаты генетической экспертизы. Мам… здесь ошибки быть не может.
Ольга горько усмехнулась.
— Конечно, не может. Он привык все просчитывать.
Несколько минут они молчали. Потом Сергей осторожно накрыл ладонью руку матери.
— Мамочка, послушай меня спокойно. Я не перестал быть твоим сыном.
— Пока не перестал, — тихо ответила она.
— Что ты такое говоришь?
— А что мне думать? Двадцать три года мы жили спокойно. Потом появляется богатый отец, обещает фирму, миллионы, красивую жизнь… Как думаешь, что чувствует женщина, которая одна поставила сына на ноги?
Сергей сжал ее ладонь.
— Ты воспитала меня не ради того, чтобы я отказался от своей семьи.
— А разве это не происходит сейчас?
Он покачал головой.
— Нет. Просто появился еще один человек, которому осталось жить совсем немного.
Ольга отвернулась.
— Не защищай его.
— Я не защищаю. Я говорю правду.
Она резко поднялась.
— Правду? Тогда послушай мою правду! Я в двадцать пять лет осталась одна с маленьким ребенком. Денег не хватало. Иногда я ночами шила людям одежду, а утром бежала на работу. Я боялась заболеть, потому что некому было оставить тебя. Когда у тебя была температура под сорок, я думала, что сойду с ума. А где в это время был твой отец?
Сергей молчал. Ответа у него не было.
— Теперь он решил искупить вину деньгами, — продолжала Ольга. — Только молодость мне уже никто не вернет.
— Мам, он понимает это.
— Поздно понял. —Она опустилась обратно на стул и закрыла лицо руками.— Я боюсь потерять тебя. —Эти слова прозвучали совсем тихо.
Сергей пересел ближе и крепко обнял мать.
— Посмотри на меня. —Она подняла глаза.— Я люблю тебя так же, как любил вчера. И буду любить через десять, двадцать, тридцать лет. Никакие деньги этого не изменят.
По ее щекам медленно покатились слезы. Ольга прижалась к сыну. И в этот момент она поняла, что борется вовсе не с Михаилом. Она борется со своим страхом.
Через несколько дней Сергей дал Михаилу согласие. Оформление документов заняло почти месяц. Михаил лично знакомил сына с руководителями подразделений, рассказывал о сложных проектах, объяснял, почему принимал те или иные решения.
Иногда он вдруг останавливался посреди разговора, начинал кашлять, а потом долго не мог отдышаться.
Сергей видел, как болезнь с каждым днем отнимает у него силы. Но Михаил не жаловался. Он торопился передать сыну все, что успел создать.
— Запомни одну вещь, — сказал он однажды, когда они остались вдвоем в кабинете. — Компания держится не на деньгах. Она держится на людях. Если сотрудники перестанут тебе доверять, никакие миллионы не помогут.
Сергей внимательно слушал. Он понимал, что отец передает ему не только бизнес. Он передает весь свой жизненный опыт.
Прошел еще месяц. В одно холодное ноябрьское утро Михаилу стало плохо прямо дома. Его срочно увезли в больницу. Сергей приехал сразу, как только ему сообщили.
Отец был очень слаб. Он с трудом открыл глаза и попытался улыбнуться.
— Сын…
Сергей наклонился к нему.
— Я здесь.
— Ты же понимаешь… я женат… Я написал завещание. —Он говорил медленно, часто переводя дыхание. — Тебе… фирма… почти все акции… Остальное… Маргарите. Квартира… часть накоплений… двадцать процентов компании… Она хорошая женщина… Ни в чем не виновата… Не обижай женщину.
— Не волнуйся. Все будет так, как ты решил.
Михаил с благодарностью посмотрел на сына.
— Спасибо…
Это было последнее слово, которое Сергей услышал от родного отца. Через несколько часов Михаила Федоровича не стало.
На похоронах собралось огромное количество людей. Пришли сотрудники компании, старые друзья, деловые партнеры. Каждый говорил о нем как о сильном руководителе. Но только Сергей понимал, насколько одиноким оказался этот человек в конце своей жизни.
После прощания к нему подошла стройная женщина в черном пальто. Это была Маргарита Семеновна. Она выглядела потерянной.
— Сережа, — тихо сказала она, — спасибо, что был рядом с ним.
Сергей молча прижал женщина к себе. Рита смахнула слезу.
— Миша очень боялся, что ты его не простишь.
— Я не успел его простить, — честно ответил Сергей. — Но и ненавидеть уже не мог.
Маргарита благодарно посмотрела на него.
— Надеюсь… ты меня тоже не оставишь одну.
Сергей осторожно сжал ее руку.
— Не оставлю. Отец доверил мне заботиться о вас.
Когда Ольга узнала, что сын помогает вдове Михаила, ее терпение закончилось.
— Значит, теперь ты еще и ее содержишь? — с обидой спросила она.
— Мам, она осталась одна.
— А обо мне ты подумал?
Сергей устало сел напротив матери.
— Почему ты считаешь, что любовь можно разделить? Ее не становится меньше. —Ольга молчала.— Ты всегда будешь моей мамой, — продолжил он. — А Маргарита Семеновна — просто пожилой человек, которому сейчас очень тяжело. Разве ты сама смогла бы пройти мимо чужого горя?
Ольга не ответила. Она знала, что не смогла бы.
Сергей улыбнулся.
— И еще у меня есть новость.
— Какая?
— Я купил квартиру. —Она удивленно посмотрела на сына.— Там просторные комнаты, рядом парк. Сейчас заканчивают ремонт. Ты переедешь ко мне. Будешь жить в хороших условиях. Я слишком долго мечтал отблагодарить тебя за все, что ты для меня сделала.
Ольга растерянно смотрела на сына. Он улыбнулся.
— И это еще не все. —Сергей достал из кармана небольшую коробочку.— Через месяц мы с Леной подаем заявление.
Ольга ахнула.
— Женишься?
— Да. —Он засмеялся.— Лена по-прежнему говорит, что сначала свадьба, а потом совместная жизнь.
На этот раз улыбнулась и Ольга. В ее душе наконец что-то отпустило. Любовь сына не исчезла. Она просто стала больше.
Ольга подошла к окну. Она подумала, что судьба иногда возвращает людей слишком поздно. Михаил не успел стать настоящим отцом своему сыну. Зато успел подарить ему возможность жить достойно и попросить прощения.
А она сама едва не совершила другую ошибку: чуть было не заставила сына выбирать между прошлым и будущим.
Ольга обняла Сергея и тихо сказала:
— Прости меня, сынок. Иногда материнская любовь бывает такой сильной, что начинает бояться даже счастья собственного ребенка.
Сергей крепко прижал ее к себе.
— Мамочка, никакое наследство в мире не стоит дороже тебя.
