— Родион, самому-то не стыдно? Два года живёте с Таней, а ты ей ни разу даже не намекнул на свадьбу? — Борис с недоумением смотрел на друга, который спокойно помешивал ложечкой остывающий кофе.
Они сидели в небольшом кафе возле работы. За окном моросил осенний дождь, люди торопились по мокрому тротуару, пряча лица в воротники пальто. Внутри пахло свежей выпечкой и корицей, а за соседним столиком две женщины вполголоса обсуждали чью-то свадьбу.
Родион усмехнулся и откинулся на спинку стула.
— Ну вот ты женат, — спокойно ответил он Борису. — И где у вас с женой романтика? Вы утром обсуждаете, кто отвезёт ребёнка, днём — сколько денег осталось до зарплаты, а вечером спорите, что купить в магазине. Это разве семейное счастье?
Борис нахмурился, хотя спорить с другом ему не хотелось.
— У меня двое детей, Родя. Естественно, я думаю о бюджете и продуктах. Это жизнь, а не курорт.
— А у нас с Таней нет никаких обязательств, — возразил Родион, чуть улыбнувшись. — Мы ценим каждый день, который проводим вместе. Захотели, поехали на турбазу. Захотела она круиз, я нашёл путёвки и мы уехали. Таня любит путешествия, ей нравится просыпаться в новом месте, смотреть на воду, фотографировать всё подряд. Я хочу, чтобы она была счастливой.
— Пока ты оплачиваешь эту свободу, — заметил Борис.
Родион посмотрел на него внимательнее.
— А что в этом плохого?
— Да ничего. Только ты называешь это свободой, а я смотрю на ситуацию немного иначе. Ты фактически содержишь женщину, с которой даже не уверен, что проживёшь всю жизнь.
Родион поморщился.
— Не начинай.
— Я не начинаю, я считаю, — Борис поставил чашку на блюдце. — За квартиру кто платит? А продукты кто покупает?— Родион даже не изменился в лице, все это он делал по привычке.
— Я же сказал, Боря, не переживай за меня.
Борис не улыбнулся.
— А одежду?
— Каждый покупает себе сам. В этом как раз всё честно. Мне не нужно спрашивать Таню, могу ли я купить себе куртку, а ей не приходится объяснять, почему она захотела новые сапоги.
Борис несколько секунд молчал, разглядывая друга. Родион всегда был человеком, который ценил удобство. Он не любил скандалов, обязательств и разговоров о будущем. Даже когда они были студентами, Родион предпочитал не строить планы дальше ближайшего месяца.
Но сейчас ему было тридцать четыре года.
— Получается, Татьяна пользуется всеми благами семейной жизни, — медленно произнёс Борис. — У неё есть мужчина, который оплачивает квартиру, покупает продукты, возит её отдыхать, решает бытовые вопросы. Только одного у неё нет: уверенности, что через год ты всё ещё будешь рядом.
Родион перестал улыбаться.
— Она знает, что я её люблю.
— Любовь — это хорошо, — ответил Борис. — Только женщине иногда нужно понимать, куда эта любовь ведёт.
— А я не хочу, чтобы Таня превратилась в сварливую жену, которая встречает меня с работы словами: «Почему так поздно?» — Родион поморщился. — Не хочу, чтобы мы начали считать деньги, делить обязанности и выяснять, кто больше сделал по дому. Пока мы просто любим друг друга.
— А если она хочет большего?
Родион замолчал. Этот вопрос Борис задал совершенно спокойно, без насмешки, и именно поэтому он задел сильнее остальных.
— Если бы хотела, сказала бы, — наконец произнёс Родион.
Борис тяжело вздохнул.
— Иногда женщина не говорит именно потому, что боится услышать отказ.
Родион уже собирался ответить, но дверь кафе открылась, и в помещение вошла Татьяна. Она была в короткой тёмной куртке, с мокрыми от дождя волосами и большим шарфом, небрежно обмотанным вокруг шеи. Увидев Родиона, она сразу направилась к нему.
— Родя, возьми, пожалуйста, — сказала она, снимая куртку и протягивая её мужчине.
Родион машинально поднялся.
— Конечно.
Он забрал куртку и пошёл к вешалке. Татьяна даже не посмотрела на Бориса, будто его здесь вовсе не было. Она прошла к соседнему столику и села у окна, достала телефон.
Борис проводил её взглядом. Ему стало почему-то неприятно. Не потому, что она не поздоровалась. В конце концов, они не были близкими друзьями. Его тревожило другое: в лице Татьяны не было той беззаботности, о которой только что говорил Родион.
Она выглядела усталой.
— Я, пожалуй, пойду, — сказал Борис, поднимаясь.
Родион вернулся к столику и удивлённо посмотрел на него.
— Уже?
— Да. И подумай над тем, что я сказал.
— Опять ты за своё.
— Потому что ты мне друг, — ответил Борис, надевая пальто. — И я не хочу однажды услышать от тебя, что ты всё потерял, потому что слишком долго считал, будто ничего менять не нужно.
Родион проводил его до двери, а потом вернулся к Татьяне. Она сидела, положив руку на стол, и задумчиво крутила кольцо на безымянном пальце.
Родион остановился. Он сразу узнал кольцо, которое дарят во время помлвки.
— Это как понять? — спросил он, стараясь говорить спокойно.
Татьяна подняла глаза. Несколько секунд она молчала, словно решалась сказать то, после чего прежней жизни уже не будет.
— Так и понимай, — наконец произнесла она. — Мне сегодня Егор сделал предложение.
Родион побледнел.
— Какой ещё Егор?
— Ты прекрасно знаешь, какой, — ответила Татьяна, отводя взгляд. — Егор Крылов. Мы иногда встречались с ним в компании Люды.
Родион сел напротив.
— И что ты ему ответила?
Татьяна посмотрела прямо ему в глаза.
— Я согласилась.
Внутри у Родиона будто что-то оборвалось. Только теперь он понял, насколько сильно привык считать Татьяну частью своей жизни. Он даже не допускал мысли, что однажды она может собрать вещи и уйти к другому мужчине.
— Ты серьёзно? — тихо спросил он.
— Более чем.
— Таня, ты ведь понимаешь, кто такой Егор? — Родион нахмурился. — Его отец купил ему первую машину ещё в университете, потом помог открыть фирму. Он привык водить женщин по ресторанам, дарить дорогие вещи. Ты думаешь, это любовь?
— А ты думаешь, что два года совместной жизни без единого разговора о будущем — это любовь? — спросила она, и голос её дрогнул.
Родион не нашёлся с ответом. Татьяна сняла кольцо и положила его на стол.
— Я устала жить в невесомом состоянии, Родя. Сегодня ты говоришь, что мы счастливы, потому что свободны. А завтра что будет? Через пять лет? Когда мне будет сорок? Я всё ещё буду твоей девушкой, которая сама покупает себе одежду и не имеет права спросить, что будет дальше?
— Ты могла просто поговорить со мной, — сказал Родион.
— Я пыталась много раз. Только ты каждый разговор превращал в шутку.
Родион опустил глаза. Он действительно вспоминал такие разговоры. Татьяна несколько раз спрашивала, хочет ли он когда-нибудь семью, детей, общий дом. Он отшучивался, переводил тему или говорил, что им и так хорошо.
Тогда ему казалось, что впереди ещё бесконечно много времени. Теперь возникло ощущение, что времени больше нет.
— А если я сейчас сделаю тебе предложение, — тихо сказал Родион, — ты откажешь Егору?
Татьяна посмотрела на него долго и внимательно.
— Вот когда сделаешь, тогда и буду думать, — ответила она.
Она встала из-за стола и направилась к выходу. Родион остался сидеть.
Ему казалось, что Борис только что каким-то невероятным образом предсказал будущее. Только минуту назад он был уверен, что именно отсутствие брака сохраняет их любовь, а теперь боялся, что сам своей осторожностью оттолкнул женщину, которую любил.
Татьяна уже открыла дверь, когда неожиданно обернулась.
— Родя, я не хочу делать тебе больно, — сказала она тихо. — Но я тоже больше не хочу ждать.
Дверь закрылась, оставив после себя звон колокольчика и холодный сквозняк.
Родион ещё долго сидел в кафе, не замечая ни посетителей, ни официантку, которая несколько раз проходила мимо его столика. Перед глазами у него стояла одна и та же картина: тонкое кольцо на безымянном пальце Татьяны и её спокойное лицо, когда она сказала, что согласилась выйти замуж за другого.
Он не мог понять, как всё произошло.
Ещё утром они вместе завтракали на кухне, спорили, где лучше провести выходные, а вечером он вдруг узнал, что у неё есть другой мужчина и что она уже дала ему согласие.
Родион достал телефон и несколько раз открывал переписку с Татьяной, но так и не решился написать.
В конце концов он позвонил Борису.
— Ты был прав, — сказал Родион, когда друг ответил. — Только теперь от твоих слов легче не стало.
Борис помолчал, а потом спросил:
— Она действительно выходит за Егора?
— Говорит, что согласилась.
— А ты что собираешься делать?
Родион тяжело вздохнул.
— Не знаю.
— Тогда узнай, — спокойно ответил Борис. — Если любишь, перестань прятаться за разговорами о свободе.
Эти слова Родион запомнил.
В тот вечер он вернулся домой раньше Татьяны. Он включил свет в квартире и долго стоял посреди гостиной, рассматривая привычные вещи. На диване лежал плед, который Таня привезла из поездки на Алтай. На полке стояла фотография с их круиза по Волге. В прихожей возле зеркала валялась её заколка.
Всё было на своих местах. Только самого главного человека рядом не было.
Татьяна вернулась поздно. Родион сидел на кухне, не притронувшись к ужину.
— Ты чего не спишь? — спросила она, снимая пальто.
— Жду тебя. —Татьяна посмотрела на него настороженно.— Поговорить хочу.
Она повесила пальто и прошла на кухню.
— Хорошо. Говори.
Родион поднялся ей навстречу.
— Ты действительно хочешь выйти за Егора?
— Я уже ответила тебе.
— Я хочу услышать ответ ещё раз.
Татьяна несколько секунд смотрела на него, а потом тихо сказала:
— Да.
Родион сжал пальцы.
— Ты его любишь? —Татьяна отвела взгляд.— Тогда почему согласилась?
— Потому что рядом с ним я хотя бы понимаю, чего он хочет от жизни.
— А рядом со мной ты не понимаешь?
— Нет, Родя, — ответила она, и в её голосе появилась усталость. — Именно поэтому я и согласилась.
Родион сел.
— А если я скажу, что не хочу тебя терять?
— Мне нужно было услышать это раньше.
— А если я скажу, что готов жениться?
Татьяна посмотрела на него с неожиданной грустью.
— Не говори этого только потому, что появился другой мужчина.
Родион не ответил. Он и сам не понимал, что именно происходит внутри. Ему было больно от одной мысли о Татьяне с Егором, но ещё сильнее его мучило чувство вины.
В обеденный перерыв в другом конце города Татьяна сидела в ресторане напротив Егора. За столом были также Люда, её давняя подруга, и сам Егор, который выглядел совершенно довольным собой.
— Ну что, Таня, — спросила Люда, — он поверил?
Татьяна положила телефон на стол.
— Поверил.
Егор усмехнулся.
— Я же говорил, что поверит.
Татьяна посмотрела на него с раздражением.
— Мне почему-то совсем не смешно.
— А чего ты хотела? — спросил Егор, разглядывая её. — Ты сама сказала, что хочешь проверить его.
— Я не думала, что будет так неприятно.
Люда положила ладонь ей на руку.
— Ты ведь сама жаловалась мне два года, что Родион не делает предложение.
— Я жаловалась, потому что не понимала, что у нас дальше.
— Вот и получишь ответ, — сказала Люда. — Если он тебя любит, то женится.
Егор откинулся на спинку стула.
— Мужчина, если любит женщину, боится её потерять. Вот и проверь его.
Татьяна посмотрела на кольцо.
— А если он не сделает предложение?
Егор пожал плечами.
— Тогда ты получишь честный ответ.
Татьяна молчала. Она действительно устала ждать.
За два года она привыкла к удобной жизни с Родионом, но удобство постепенно стало пугать её. Они ездили отдыхать, ходили в рестораны, иногда выбирались за город. У них почти не было серьёзных ссор. Но не было и разговоров о будущем.
Когда знакомые спрашивали, когда свадьба, Татьяна улыбалась и отвечала, что они пока не торопятся.
А потом возвращалась домой и долго смотрела в потолок.
— Ладно, — наконец сказала она. — Но Егор, если Родион спросит, ты должен подтвердить.
— Конечно, — ответил Егор.
Он достал из кармана коробочку и подвинул её к Татьяне.
— Возьми ее.
— Зачем?
— Чтобы всё выглядело убедительно.
Она посмотрела на Егора.
— Ты точно понимаешь, во что ввязываешься?
— Я всего лишь помогаю подруге получить от своего мужчины нормальный ответ.
Люда рассмеялась.
— Таня, бери. Иначе твой Родион будет ещё пять лет думать, что свадьба испортит вам романтику.
Татьяна положила коробочку в сумочку.
Через два дня Родион встретил Егора возле бизнес-центра. Егор сам остановился.
— Привет, Родя.
— Нам поговорить надо, — ответил Родион.— О Татьяне.
Егор внимательно посмотрел на него.
— А что именно тебя интересует?
— Ты сделал ей предложение?
Егор выдержал паузу.
— Да. Она согласилась.
Родион почувствовал, как внутри всё холодеет.
— Ты её любишь?
Егор усмехнулся.
— А ты её любишь?
Вопрос оказался неожиданным.
— Я задал вопрос первым.
— А я отвечу своим вопросом, — сказал Егор. — Если ты действительно её любишь, почему два года держал рядом с собой женщину, не собираясь сделать её своей женой?
Родион стиснул зубы.
— Не тебе меня учить.
— Тогда не спрашивай меня о Тане.
Егор развернулся и ушёл. Родион остался стоять возле здания.
В тот вечер он пошёл в ювелирный магазин. Он долго стоял возле витрины, выбирая кольцо. Продавщица показывала ему разные варианты, рассказывала о камнях и металлах, но Родион почти не слушал.
Ему хотелось найти кольцо, которое сможет вернуть Татьяну. Только спустя несколько минут он понял, насколько страшна была эта мысль. Он не должен был покупать кольцо для того, чтобы выиграть соревнование с Егором. Он должен был сделать это потому, что действительно хотел назвать Татьяну своей женой.
Родион достал телефон и набрал её номер.
— Таня, нам нужно увидеться.
— Зачем?
— Я хочу сказать тебе кое-что важное.
На другом конце повисла пауза.
— Хорошо, — наконец ответила она. — Когда?
— Сегодня вечером.
После разговора Татьяна долго сидела в своей комнате и смотрела на телефон. Люда сидела рядом.
— Думаешь, он решился?
— Не знаю.
— А если решился?
Татьяна посмотрела на кольцо.
— Тогда я должна буду признаться во всём.
Люда нахмурилась.
— Ты с ума сошла? После двух лет ожидания ты наконец получишь предложение, а сама всё испортишь?
Татьяна сняла кольцо и положила его на стол.
— Я не хочу, чтобы он женился на мне из страха.
— А чего ты хочешь?
Татьяна ответила не сразу.
— Я хочу, чтобы он понял, что может меня потерять.
Люда вздохнула.
— Иногда, Таня, человек понимает цену того, что имеет, только тогда, когда почти теряет.
Вечером Родион пришёл домой с небольшой коробочкой в кармане. Татьяна стояла у окна. Он остановился за её спиной, достал коробочку и несколько секунд просто держал её в руке.
— Таня, я очень долго считал, что нам хорошо именно потому, что мы ни перед кем ни за что не отвечаем, — сказал он наконец. — Я ошибался.
Татьяна медленно повернулась.
— Родя…
— Я не хочу, чтобы ты была просто женщиной, с которой мне хорошо, — продолжил он. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Он открыл коробочку.
Татьяна увидела кольцо. И в этот момент вся её тщательно придуманная игра перестала казаться безобидной.
Она поняла, что получила именно то, чего хотела.
Татьяна долго смотрела на раскрытую коробочку, не решаясь прикоснуться к кольцу. Она представляла этот момент сотни раз, когда лежала по вечерам рядом с Родионом и пыталась угадать, что он скажет, если однажды всё-таки решится сделать ей предложение. В её воображении он должен был улыбнуться, обнять её, сказать несколько простых и тёплых слов, а потом они вместе стали бы обсуждать свадьбу, дом и будущую жизнь.
Но теперь всё происходило иначе.
Перед ней стоял Родион, которого она только что заставила поверить в возможность собственной потери.
— Таня, почему ты молчишь? — спросил он, заметив, как она побледнела.
— Я не ожидала, что ты решишься, — призналась она.
— Я тоже не ожидал от себя такой смелости, — ответил Родион с невесёлой улыбкой. — Видимо, человеку иногда нужно очень сильно испугаться, чтобы понять очевидное.
Татьяна опустила глаза.
— А если бы Егор не сделал мне предложение?
Родион замер.
— Я всё равно пришёл бы к этому, — сказал он после короткой паузы. — Просто, наверное, позже.
Татьяна почувствовала, как внутри поднимается раздражение.
— Вот именно, Родя. Ты опять говоришь «потом».
— Но сейчас я говорю не «потом», — возразил он. — Я говорю, что хочу жениться на тебе.
Он взял кольцо из коробочки.
— Таня, я люблю тебя. И если тебе нужен официальный ответ, я его даю.
Татьяна посмотрела на него и вдруг почувствовала себя виноватой.
Она могла прямо сейчас рассказать всё. Могла сказать, что никакого настоящего предложения от Егора не было, что кольцо куплено специально для этой игры и что она просто хотела заставить Родиона задуматься о будущем.
Но тогда она боялась услышать от него: «Значит, ты мне не доверяешь». И ещё сильнее она боялась другого: что он после признания откажется от свадьбы.
— Хорошо, — тихо произнесла Татьяна. — Я выйду за тебя.
Родион надел кольцо ей на палец.
— Ты не представляешь, что сейчас со мной происходит, — сказал он, улыбнувшись.
Татьяна обняла его.
— Представляю.
Она прижалась к его плечу и закрыла глаза. Ей хотелось поверить, что теперь всё будет хорошо.
Свадьбу решили сыграть через три месяца. Родион неожиданно увлёкся подготовкой. Он выбирал ресторан, обсуждал меню, ездил с Татьяной смотреть зал, спорил с ней по поводу музыки и даже впервые за долгое время начал говорить о будущем совершенно спокойно.
— После свадьбы можем наконец начать откладывать на свой дом, — сказал он однажды вечером.
Татьяна посмотрела на него с удивлением.
— Ты уже думаешь о доме?
— А почему нет? — ответил Родион. — Если мы семья, то должны строить что-то своё.
Она улыбнулась.
— Мне нравится слышать от тебя такие слова.
— А мне нравится, что ты теперь не смотришь на меня так, будто я безнадёжный холостяк.
Татьяна засмеялась. Но смех получился немного натянутым.
Каждый раз, когда Родион говорил о семейной жизни, она вспоминала тот вечер в ресторане и разговор с Егором. Иногда ей хотелось признаться. Особенно после того, как Родион стал удивительно внимательным.
Он начал раньше возвращаться домой, интересовался её делами, сам планировал совместные поездки.
Однажды он принёс домой билеты на море.
— После свадьбы улетим на две недели, — сказал он. — Я хочу, чтобы у нас началась настоящая семейная жизнь с чего-то хорошего.
Татьяна обняла его.
— Спасибо.
— Только не за что, — ответил Родион. — Я сам этого хочу.
Она спрятала лицо у него на груди. И в тот момент ей стало по-настоящему стыдно.
Свадьба прошла в начале лета. В ресторане было светло и шумно, родственники говорили тосты, друзья смеялись, а Родион весь вечер не выпускал руку Татьяны.
Борис подошёл к нему ближе к концу вечера.
— Ну что, теперь ты семейный человек, — сказал он с улыбкой.
Родион посмотрел на жену.
— И знаешь, мне нравится.
— А я ведь предупреждал тебя.
— Лучше поздно, чем никогда.
Борис хотел ответить, но увидел Татьяну, которая разговаривала с Людой, и вдруг заметил, как она на секунду стала серьёзной.
— Она счастлива? — спросил он.
Родион посмотрел в сторону жены.
— Конечно.
Он произнёс это уверенно, но сам почему-то почувствовал тревогу.
После свадьбы действительно многое изменилось. Первые месяцы они старались сохранить прежнюю лёгкость. По выходным ездили за город, иногда ужинали в ресторанах, несколько раз выбирались на короткие путешествия.
Но постепенно начали появляться обычные семейные вопросы.
— Родя, нам нужно решить, сколько будем откладывать, — сказала Татьяна однажды вечером.— На квартиру.
Родион улыбнулся.
— Я думал, мы сначала просто поживём.
— Мы уже пожили, — ответила она.
— Ты же сама говорила, что не хочешь превращать наши отношения в бесконечный подсчёт денег.
— Я говорила это до свадьбы.
Родион замолчал. Именно тогда он понял, что его прежние страхи не были совсем беспочвенными.
Татьяна стала чаще спрашивать о деньгах, о планах, о будущем.
Раньше она могла спокойно потратить выходной на поездку за город, теперь же раздражалась, если он предлагал неожиданно потратиться.
— Нам нужно думать о будущем, — повторяла она.
Родион не спорил. Он пытался привыкнуть к новой жизни.
Прошёл почти год. Со стороны они всё ещё казались счастливой семьёй.
Родион стал задерживаться на работе. Татьяна стала чаще уходить к Люде. Они почти перестали разговаривать по вечерам, а если разговор всё-таки начинался, то быстро превращался в спор.
Однажды Татьяна сказала:
— Ты изменился.
— А ты разве нет? — спросил Родион.
— Я стала взрослой.
— А я, значит, остался прежним?
— Иногда мне кажется, что да.
Он посмотрел на неё с болью.
— Я женился на тебе, Таня. Разве этого мало? —Татьяна опустила глаза.
— Я не знаю.
В тот вечер они легли спать молча.
Через несколько дней Родион случайно услышал разговор, который окончательно изменил его отношение к жене.
Он должен был заехать за Татьяной после работы, чтобы вместе отправиться в супермаркет. Родион приехал немного раньше и, увидев её машину возле дома Люды, решил подняться.
Дверь была приоткрыта. Из квартиры доносились голоса. Он уже собирался позвонить, но услышал голос Люды.
— Если бы не Егор, ты так бы и жила в этом невесомом состоянии, непонятно кто ему: то ли жена, то ли любовница.
Родион остановился. Сначала он решил, что ослышался. Но затем услышал голос Татьяны.
— Тише ты.
— А чего ты боишься? — спросила Люда. — Разве я неправду говорю?
— Не надо об этом.
— А кольцо где хранишь?
Родион почувствовал, как по спине прошёл холод. Татьяна тихо ответила:
— В коробке из-под лекарств. Родион точно туда не сунется.
Мужчина медленно отступил от двери. Он не стал входить. Ему нужно было сначала понять, что именно он только что услышал.
Родион вышел из подъезда и несколько минут стоял на улице под дождём. В голове звучал только один вопрос: что же произошло тогда, до свадьбы?
Он вспомнил первый разговор с Татьяной, её кольцо на пальце, слова о предложении Егора, собственный страх потерять её и то, как он сделал предложение через неделю.
И вдруг ему стало страшно от другой мысли. Если тогда Татьяна смогла соврать ему ради свадьбы, то в чём ещё она может ему солгать?
Родион посмотрел на окна квартиры Люды. Он уже не чувствовал прежней уверенности. Он подумал, что, возможно, женился не потому, что Татьяна выбрала его. Возможно, она просто добилась того, чего хотела.
Родион не сразу вернулся домой. Он долго сидел в машине возле дома Люды, глядя на светящиеся окна, и пытался убедить себя, что услышал разговор не полностью.
Возможно, Люда говорила о каком-то другом кольце. Или Татьяна имела в виду старую коробку, а вовсе не то кольцо, которое когда-то показала ему. Может, Егор действительно сделал ей предложение.
Но чем дольше Родион искал оправдания, тем яснее понимал, что просто боится услышать правду.
Когда Татьяна наконец вышла из подъезда, она заметила машину мужа и удивлённо подошла.
— Ты давно приехал? — спросила она, открывая дверцу.
Родион посмотрел на неё и ответил не сразу.
— Достаточно давно.
Татьяна села рядом и пристегнула ремень.
— Почему ты мне не позвонил?
— Хотел сделать сюрприз.
Она улыбнулась, но тут же заметила выражение его лица.
— Что случилось?
Родион завёл двигатель.
— Ничего. Поехали в магазин.
Всю дорогу они почти не разговаривали. Татьяна несколько раз пыталась заговорить, но каждый раз останавливалась. Ей казалось, что Родион чем-то расстроен, однако она не могла понять, чем именно.
В супермаркете он ходил рядом с ней, толкал тележку и молча складывал продукты.
— Ты сегодня какой-то странный, — наконец сказала Татьяна.
Родион посмотрел на неё.
— Таня, ты когда-нибудь мне врала?
Она застыла возле полки.
— В каком смысле?
— В любом.
Татьяна отвела взгляд.
— Не понимаю, к чему ты клонишь.
— Я тоже пока не понимаю, — ответил Родион. — Поэтому и спрашиваю.
Она нервно поправила волосы.
— Конечно, я тебе не вру. —Эти слова почему-то причинили ему больше боли, чем если бы она призналась. Он ничего не сказал.
Дома Родион помог разложить продукты, а потом ушёл в комнату. Татьяна последовала за ним.
— Родя, ты меня пугаешь.
Он снял пиджак и положил его на кресло.
— Помнишь тот вечер, когда ты сказала, что Егор сделал тебе предложение?
Татьяна замерла.
— Ты действительно тогда собиралась за него замуж?
Она долго молчала.
— Почему ты спрашиваешь об этом сейчас?
— Потому что сегодня я услышал разговор Люды и понял, что, возможно, не всё тогда было так, как ты мне рассказывала.
Татьяна побледнела. Родион увидел это и больше не сомневался.
— Значит, я прав?
— Родя…
— Просто скажи правду.
Она села на край кровати.
— Егор не собирался жениться на мне.
Родион закрыл глаза. Ему казалось, что он был готов к этому признанию, но когда услышал его, внутри всё равно стало пусто.
— А кольцо на пальце чье?
— Сама купила.— Татьяна заплакала.
— И что это всё значит?
— Я хотела проверить тебя или подтолкнуть к нужному шагу.
Родион усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья.
— Проверить?
— Я два года ждала, когда ты заговоришь о свадьбе.
— И поэтому придумала другого мужчину?
— Я не знала, что ещё делать.
— Можно было просто уйти.
— Я не хотела уходить! —Татьяна поднялась.— Я хотела, чтобы ты понял, что можешь меня потерять.
— И ты добилась своего, — тихо ответил Родион. — Я испугался и женился.
— Но ведь ты меня любил.
— Любил.
Татьяна вздрогнула.
— Почему ты говоришь про это в прошедшем времени?
Родион отвернулся к окну.
— Потому что теперь я не знаю, что было настоящим.
— Всё было настоящим, — прошептала Татьяна.
— Нет, Таня. Для меня всё изменилось в тот момент, когда я понял, что наше самое важное решение было принято после обмана.
Она подошла ближе.
— Я же не изменяла тебе. Я не хотела другого мужчину.
— Знаю.
— Тогда почему ты так со мной разговариваешь?
Родион посмотрел ей в глаза.
— Потому что ты заставила меня сделать то, к чему я должен был прийти сам.
Татьяна опустила голову.
— Я думала, что если ты женишься, всё изменится.
— Изменилось. Теперь я постоянно думаю, а что ещё ты можешь придумать, если снова чего-то захочешь.
Татьяна заплакала сильнее.
— Я никогда больше так не сделаю.
— А я уже не могу тебе верить.
После этого разговора они ещё несколько недель пытались сохранить брак. Родион не хотел принимать решение сгоряча. Он предложил пожить отдельно, но Татьяна сначала отказалась.
— Мы можем всё исправить, — говорила она. — Я признаю, что поступила неправильно.
— Я тоже не был идеальным мужем, — отвечал Родион. — Я действительно слишком долго избегал разговора о будущем.
— Тогда почему мы должны всё закончить?
— Потому что моя ошибка не оправдывает твою ложь.
Они разъехались в конце месяца. Первые дни Татьяна звонила ему почти каждый вечер.
— Родя, давай встретимся, — просила она. — Нам нужно поговорить.
Он соглашался. Они встречались в кафе, гуляли по парку, вспоминали первые годы их отношений.
Татьяна рассказывала, как впервые увидела его на корпоративе, как потом специально искала повод встретиться снова, как радовалась каждой их поездке.
Родион слушал. Ему было больно. Он всё ещё любил её, и именно это делало расставание таким тяжёлым.
Однажды Татьяна спросила:
— Если бы я тогда не придумала Егора, ты когда-нибудь сделал бы мне предложение?
Родион долго молчал.
— Наверное.— Он посмотрел на неё. Татьяна печально улыбнулась.
— Вот видишь. Даже сейчас ты не можешь сказать.
— Потому что я не хочу больше придумывать ответы.
В этот момент оба поняли, что спорить больше не о чем. Через месяц они подали на развод. Борис узнал обо всём от Родиона.
Они встретились в том же кафе, где когда-то говорили о свадьбе.
— Прости меня, — сказал Борис. — Я тогда думал, что помогаю тебе.
Родион покачал головой.
— Ты ни при чём.
— Если бы я не сказал тебе, что женщины хотят замуж…
— Боря, она сама хотела свадьбу. Просто выбрала неправильный способ её получить.
Борис помолчал.
— Ты жалеешь, что женился?
Родион посмотрел в окно.
— Я жалею не о свадьбе.
— А о чём?
— О том, что мы не смогли поговорить честно раньше.
За окном шёл мелкий дождь, почти такой же, как в тот день, когда Борис спросил его, почему он не делает Татьяне предложение.
Тогда Родион был уверен, что штамп в паспорте уничтожит их любовь. Теперь он понимал, что любовь разрушил не брак. Её разрушили страх, недосказанность и попытка заставить другого человека принять решение чужими руками.
