«Не смогу сегодня, — покачала головой Алина и тяжело вздохнула. — Мама просила, чтобы я сегодня с ней 8 Марта отметила. Она торт сделала — «Три шоколада», наш любимый. И салатиков наделала. И обещала, что мы суши закажем. Я обещала с ней сегодня вечером побыть.»
«Алин, ты реально, как маленькая! — Юлька презрительно фыркнула. — Я бы еще поняла, если бы ДэРэ у твоей мамы был, а то — 8 Марта! Подумаешь, праздник великий!»
«Для моей мамы он, и правда, имеет значение. Она всегда об этом говорила. Папа обязательно в этот день с самого утра дарил ей веточку мимозы, подарок, и целый день сам занимался домашними делами. Семнадцать лет! Всегда!.. А сегодня мы первый раз без папы этот праздник отмечаем. Мама очень сильно переживает, хотя уже почти год прошел, как его не стало. Нет, Юль, правда. Она очень просила. Я не могу ее обижать.»
«Глупости! Алин, ты просто не понимаешь, что любая обида — это просто манипуляция. Ах, мамочка обидится! Ах, какой ужас! И ты уже бежишь делать так, как ей нужно. А почему нельзя сделать, как нужно ТЕБЕ? Это ведь и твой праздник тоже!» — «Даже не знаю…»
«Зато я знаю! Это очень удобно — если не сделаешь, как я хочу, то я обижусь. А, по факту — ну обидится, и что? Что такого страшного случится? Знаешь, как моя бабушка говорит? «На обиженных воду возят!..» — Алина хихикнула и кивнула: «Ну хорошо. Только недолго.» — «Конечно, недолго! Сеанс в клубе три часа всего, сильно не заиграешься.»
Алина пришла домой в девять вечера. Мама не ругала ее. Она посмотрела на нее укоризненным взглядом и поджала губы. «А что? — запальчиво спросила девочка. — Я, так-то, тоже имею право отметить праздник так, как хочу! Почему все всегда должно быть так, как тебе надо? И вообще. Я тебе написала и предупредила, где я и во сколько буду!»
Это было правдой. Как и то, что Алина сразу после этого выключила телефон и не видела ни входящих сообщений, ни пропущенных звонков — не хотела отвлекаться от игры. Она прошла на кухню, достала из холодильника контейнер с салатом, отрезала себе кусок торта, даже не обратив внимания на то, что мама без нее торт не ела, и, прихватив тарелки, ушла в свою комнату: смотреть новую серию третьего сезона любимого сериала про вампиров.
Юлька оказалась права. Мама пообижалась несколько дней, а потом все снова стало как раньше. И Алина поняла, что нашла единственно верный способ борьбы с манипуляциями.
«Не будешь отстаивать свои границы, на тебя сядут и ножки свесят, — убеждала ее подружка через несколько дней на большой перемене. — У меня мама психолог, я знаю, о чем говорю. Ни за что не поддавайся!.. «Я права только потому, что я мама» — это старо как мир, но работает по-прежнему. И будет работать еще долго. Равно как и воспитанное в детях чувство вины — ах, я маму обидела!.. Какой ужас! И взрослые этим пользуются. Не ведись. Не поддавайся манипулятору! Сепарация – это нормально!..»
…Мама в тот день вернулась с работы поздно и выглядела крайне уставшей. Она поставила пакеты с продуктами на пол кухни и растерла онемевшие от тяжести пальцы. И через секунду позвала Алину.
«Послушай, — сказала она тихо, — У тебя совесть есть? Тебе шестнадцать лет, ты взрослая девица! Я попросила тебя только об одном — вымыть посуду после завтрака и за собой после ужина. Две чашки, три тарелки, три вилки, две ложки. Алина! Это было сложно?..» — «Нет, — девочка скрестила руки на груди. — Не сложно. И я не понимаю, в таком случае, из-за чего ты возмущаешься?» — «Из-за того, что ты мне совсем не помогаешь! То сериалы свои смотришь, то в компьютер играешь. Я же тебя не корову доить прошу! Просто ИНОГДА мне помогать и убирать за собой.» — «Мне было некогда, — передернула плечами девочка. — В чем проблема вымыть эту посуду вечером?» — «То есть, сейчас?» — уточнила мама. — «Сейчас мне уроки надо делать,» — ответила Алина и ушла в свою комнату, не обращая внимания на то, что в глазах женщины заблестели слезы.
Следующие две недели Алина боролась с мамиными манипуляциями. Теперь она понимала, как надо действовать. Обиделась — твои проблемы. Я тут ни при чем. Ты сама сделала такой выбор. Чуть что не по ее — обида. Сама как ребенок, честное слово.
Алина прогуляла визит к стоматологу, хотя знала, что мама добивалась этой записи очень долго — доктор делала все очень аккуратно и совсем не больно. Конечно, все хотели к ней попасть! Вот и мама отправила Алину к этому доктору как платную пациентку, поняв, что бесплатного талончика можно и не дождаться. А Алина пошла с подружками в кино. Вечером мама снова не разговаривала с дочкой. Ну и пусть. Не очень-то и хотелось! Зуб-то не болит пока! А кино интересное было — есть, что завтра в школе обсудить.
Потом Алина забыла забрать заказанное лекарство для деда: маме после работы туда было не по пути, а от школы совсем недалеко. Там это лекарство стоило на целых триста рублей дешевле. И мама снова обиделась: ей, видите ли, пришлось вечером идти в аптеку самой. А то, что около дома аптека есть — ну зачем! Нам же триста рублей важнее!..
Обиделась мама и на то, что Алина не подключилась к уроку с репетитором, причем, заранее не предупредив его — в результате деньги не вернулись. Ага, а если бы она его заранее предупредила бы, он бы маме тут же написал — и плакал горькими слезами поход с подружками в пиццерию! И снова обида! Нет, права Юлька, однозначно, права! Так нельзя жить. Она, Алина, тоже права имеет. А мама… Ну и пусть дальше манипулирует своими обидами.
…В то утро у Алины все валилось из рук. Она снова не выспалась, до ночи просидев в телефоне. Девочка сделала себе кофе, взяла с тарелки сырник и отправилась завтракать в свою комнату, хотя мама каждый раз возражала. Сейчас она, правда, уже одевалась в коридоре — опаздывала на работу, поэтому только посмотрела на дочку, ничего не сказав.
Алина почти дошла до своей комнаты, когда ее телефон, лежащий в кармане домашних штанов, громко зазвонил. Алина вздрогнула и вылила половину кофе на пол. «Алина!» — мама обернулась на пороге. — «Да ладно, ерунда! Помою пол, честно.» — и она скрылась в своей комнате. Мама вздохнула и закрыла дверь.
Конечно же, перед школой мыть пол она не стала — иначе не успела бы как следует накраситься и причесаться. А после школы они договорились с девчонками и ребятами съездить в ТЦ – Алина заскочила домой только переодеться и оставить рюкзак с учебниками. В результате, до дома Алина добралась только вечером, когда мама уже вернулась с работы.
На улице было холодно, снова пошел снег, а дворник почему-то вместо реагентов посыпал тротуар около дома песком. Впрочем, Алина этого даже не заметила: она шла, уткнувшись в телефон и предвкушая, как сейчас доест те бутерброды из ресторана быстрого питания, которые несла в бумажном пакете.
Да, мама была дома. Кажется, ее сегодня отпустили пораньше. Когда Алина открыла дверь квартиры, мама как раз домывала пол в коридоре. Буркнув «привет», девочка прямо в уличной обуви и, не отрываясь от экрана телефона, прошлепала на кухню, оставляя за собой мокрые следы из растаявшего снега, смешанного с песком. Видимо, что-то забыв, через секунду она вернулась обратно в коридор, конечно же, вдвое увеличив количество грязи.
Алина даже не заметила, как все произошло. Точнее, не успела среагировать, настолько быстро и неожиданно все случилось — в один момент в нее влетела грязная, мокрая тряпка, впечатавшись одновременно в пакет с бутербродами, белые шерстяные перчатки и светлые джинсы. Шлеп!.. Отлепившись от Алины, тряпка упала на пол.
«Ма…» — девочка так растерялась, что, кажется, утратила дар речи. — «Что? — мама доброжелательно улыбнулась. — Я тоже рада тебя видеть! Добрый вечер!» — «Ты…ты… ты чего?..» — «Ничего! — мама сияла. — Я наконец-то поняла, о чем ты мне говорила последнее время, — она стряхнула капельки воды с ладоней и направилась в сторону ванной. — Отличную статью прочитала, — продолжала она, не оборачиваясь. — Ты права — обижаться глупо и непродуктивно. Надо просто давать выход своим эмоциям. Так что отныне никаких обид! Обещаю!»
Пальцы Алины бессильно разжались, и бумажный пакет с гамбургерами приземлился прямо на мокрую тряпку. Да уж. И правда, неудачный день… Но мама… Что она имела в виду вообще?.. Когда говорила, что больше не будет обижаться?.. А если Алина не захочет суп есть — она что, тарелку ей на голову наденет вместо обиженного молчания? Нет, надо завтра обсудить все это с Юлькой!..
