Ольга Николаевна тревожилась за дочь. Вот уже как полгода была Алина замужем, а всё звонила ей и просила денег, а когда приезжала из села к матери в город, то это автоматически означало: ей нужны были деньги.
— Ох, избаловали мы тебя с отцом, когда ты была ещё подростком… Всего накупали: надо, не надо, вот ты и думаешь, что всю жизнь так будешь как сыр в масле кататься… Доченька, теперь ты сама жена, и должна соблюдать экономию, рассчитывать на месяц свои траты…- просила мать.
Выдавая дочку замуж, её родители уже не скрывали свой развод. Ольга Николаевна сразу сказала:
— Вот мы и выполнили перед тобой свой родительский долг, вырастили, образование тебе дали, а уж дальше смотри сама… А нас с отцом уже ничто не связывает…Ты только не переживай за нас.
— Да знаю я уже давно, что вы только и ждёте, как бы меня с рук спихнуть. Надеюсь, что не бросите, помогать всё-таки будете, ведь я уже беременна… — ответила Алина матери.
— Муж теперь будет о тебе беспокоиться, и ты заботься о нём, хороший тебе достался парень, — сказал отец, — береги его, он и работящий, и с любой техникой в селе управится, и починить всё сможет. Такой мужик на вес золота. Цени!
Первое время было сладким недолго. Алексей приносил Алине неплохую зарплату, а ей не то, что до следующего месяца не хватало, а буквально через неделю деньги заканчивались. Так быстро она тратила и снова просила у мужа денег.
— Алинка, я ведь и на шабашках постоянно, и не хуже других зарабатывать умею, но ты не жена миллионера, пойми. Куда ты потратила-то всю получку? – удивлялся муж.
— Как куда? Тебе чеки предоставить или письменный отчёт? В магазине оставила, — вспыхивала Алина.
— Ну, скажи, что кроме продуктов купила? – настаивал муж, так как такие разговоры у них теперь стали постоянными.
— Ну, всё сразу и не вспомнишь даже, — пожимала плечами Алина и открывала шкаф, — вот полотенца, постельное новое, кофточка и блузка…
— Так-так. Полотенца нам на свадьбу дарили в большом количестве, мы ещё с тобой смеялись: куда столько… Зачем тебе ещё понадобились?
— Так посмотри какая тут нежная расцветка! А те, что подарили мне и не очень нравятся. А к празднику я себе обновки купила, это не запрещено?
— Не запрещено, но давай вместе будем решать: что кому покупать в следующий раз. Ведь я тоже в семье, и мне также нужна одежда и обновки, а ты всё только себе покупаешь, — заметил Алексей.
— У тебя же есть костюм свадебный. И джинсы… мужчине нужно гораздо меньше, чем женщине. Чего вам наряжаться? – не уступала Алина, краснея от негодования.
— Так, всё это хорошо, но рассчитывай так, чтобы денег хватало нам до зарплаты, ладно? – снова и снова просил её Алёша.
Но вскоре он узнал, что у Алины долги. Она то и дело занимала небольшие суммы то у соседей, то у приятельниц, и потом раздавала свои займы с получки, практически ничего не принося домой в день зарплаты.
Сама она трудилась в магазине, имея диплом товароведа, хоть работа ей и не нравилась, но надо было трудиться, чтобы пойти в декрет.
Чтобы не нервировать беременную жену, Алексей перестал вызывать её на разговор об экономии, и порой сам отдавал за неё долги. А когда она родила сына, то и вовсе был счастлив, и все денежные перипетии ушли на второй, а то и на третий план.
Но шло время, сынок Паша стал подрастать, а Алина всё также лихо тратила деньги, заставляя мужа трудиться и на работе, и в выходные дни на шабашках, чтобы покрыть все её расходы.
Но однажды Алёша взмолился.
— Не могу я больше в таком ритме жить. Кроме работы ничего не вижу, и долги твои покрывать мне надоело. Ведь я зарабатываю у нас в селе даже более других, но чувствую, что ты не хочешь меня видеть дома? Я ведь тоже как все нормальные люди хочу побыть с семьёй, с сыном. А я его и не вижу. Растёт без отца, скоро узнавать меня не будет…
Алина с удивлением смотрела на него.
— А как ты думал? Раз женился, то должен обеспечивать семью! – выпалила она, — и не в золоте я у тебя хожу. Не в бриллиантах. А ты всё жалуешься…
— Постой, а кто в селе в бриллиантах ходит? Покажи? – поразился он её неблагодарности, — ты с чего взяла, что обычная продавщица сельского магазина должна на работу в золоте ходить? Зачем?
— Затем, что мне тут и выйти больше некуда! – снова высказала разочарование Алина, — когда ты меня привозил знакомиться с родителями, то показывал свой дом – полную чашу, большой сад с цветниками и огородом, и полные закрома всего. А у нас с тобой – скромный колхозный домик, и нет ничего.
— Так мои родители всю жизнь трудились и на работе и дома, чтобы иметь эти полные закрома, Алиночка! Ты права. Нам пора не их свинину брать, не яйца от их кур корзинами принимать, и не их консервы и варенья брать из подпола, как своё. А пора начинать своим хозяйством жить! Двор и сараи у нас пустуют. Пора заводить свою живность. Мы справимся, а с протянутой рукой к родителям я больше не пойду. У меня жена молодая, сильная, умная. Хватит эксплуатировать мою мать. Ей скоро на пенсию.
Алина онемела от высказываний мужа. Такого она от него не ожидала.
— Когда я выходила за тебя, ты обещал, что всё у нас будет. И что?
— Вот и выполню своё обещание. Всё будет: и куры, и поросята, и утки с гусями. Пора начинать жить, как все тут живут. А сынок наш подрастает, скоро в детский сад отдадим, и времени у нас будет побольше.
Всё время пока малыш у Алины и Алексея был младенцем, свекровь и свёкор приходили помогать Алине и в доме, и в саду, и в огороде. Алина даже шагу не ступала со двора.
И вот теперь, когда Пашу отдали в детский сад, всё поменялось. Алина вышла на работу, а дома у неё было хозяйство, которое как обещал, завёл Алексей. Приходилось самой крутиться: кормить животных, прибегать с работы в обед, чтобы проследить за живностью, хоть и соседка тоже по просьбе Алёши присматривала за двором.
Первое время Алина даже плакала от усталости. Надо было раньше вставать, чтобы накормить всех животных, да ещё и завтрак накрыть на стол для себя и мужа. Правда, Алексей тоже помогал Алине. Пока она готовила завтрак, он занимался сыном: мыл его и одевал, повторяя стишки для утренника.
А после завтрака отвозил сына в садик, и жену на работу в магазин. Алина немного привыкала к трудностям, но Алёша просил иногда свою младшую сестру прийти помочь посидеть в няньках с Пашей, чтобы дать возможность Алине заниматься приготовлением ужина и домашними делами.
Иной раз ненадолго приходила и свекровь, или забирала внука к себе в гости, и тогда Алина могла тоже не волноваться за ребёнка, хлопоча по дому.
Но всё же она не могла перестать делать долги. Это стало дурной привычкой, и соседи уже не раз отказывали ей, а Алексей всё просил откладывать часть денег на всякий случай, прося не тратить всё до копейки.
Алина скрывала, что занимает, а Алексей бросил платить за неё долги, и даже просил приятелей жены не давать больше ей денег.
Услышав про это, Алина очень обиделась. Она не считала себя транжирой, а муж обходился с ней, словно с прокажённой! Поэтому, как только она пошла в отпуск, то взяла Пашку и укатила на рейсовом автобусе в город к матери.
— Смотри, вернётся ли твоя жена-то? – печалилась мать Алёши, — неладно у вас… А она строптивая. Не скажи ничего. Вот останется у матери, что делать будешь?
— А ничего. Думаю, что не останется она там. Мать её уже с новым мужчиной живёт, на пенсию выходить собирается. У её родителей новые семьи…- ответил Алёша, но заволновался.
Он жалел Алину, понимая, что её слабость к тратам – не просто привычка, а некий тяжело преодолимый порок, с которым трудно бороться.
Алина приехала к матери, и в первый же день начала жаловаться на свою тяжёлую судьбу, на скупость мужа, на трудную работу, на непонимание окружающих.
— У меня там даже подруг нет, — вытирала слёзы она, — а Алёшка всё время заставляет считать деньги, будто это самое главное на свете. Ну, занимаю я, но ведь отдаю! Не сразу бывает, но отдаю…
Мать вздыхала, гладила дочку по плечам, и успокаивала.
— Мам, ты мне сколько можешь сейчас дать? – спросила Алина, заканчивая разговор.
— Нисколько… Доченька, мы с Егором Ивановичем взяли путёвки в санаторий. Копили вместе. Он ведь на небольшой пенсии. Да и у меня последний отпуск и я выхожу на заслуженный отдых. Какая уже с меня помощь?
— Ты не собираешься больше работать? – удивилась Алина, — многие пенсионеры ещё работают, чтобы жить более достойно, и помогать внукам, детям…
— Внуку я всегда соберу на подарок, это безусловно! Сама не доем, а ему куплю новую игрушку… — улыбнулась мать, — а вот дать больше – не смогу. Работать – увольте. Слишком устала, и наконец, пожить хочу для себя… Мы с Егором Ивановичем…
— Ну, хватит уже про своего Ивановича. Я всё поняла. Ты живёшь для себя и для него, а мы с Павликом на втором плане. И на том спасибо…
— Ты не права, Алиночка… Ты не знаешь, сколько я болела весь последний год. Я не говорила тебе, не хотела расстраивать. А Егор ухаживал за мной. А когда болеет он – всегда я рядом. Почему мы не можем быть счастливы? Не будь эгоисткой.
Алина ушла на улицу с сыном, где он играл во дворе с детьми. Вернулась она, когда мать приготовила ужин, и больше они ни о чём не разговаривали…
Так, почти без бесед, без откровенного общения прожила дочка у матери неделю и, собрав вещи, уехала с сыном обратно домой в село.
Алексей обрадовался приезду жены.
— Хоть бы позвонила, что приезжаете, я бы встретил, — сказал он, заходя домой, — а то у меня и в холодильнике пусто…
Однако он почувствовал аромат жареной картошки. Навстречу ему побежал Пашка, раскинув руки:
— Папка! Лови меня, я приехал!
Алина тоже обняла мужа совершенно искренне и нежно. Она только теперь оценила его труд и усилия для неё и сына.
— А что же ты ничего не ел, что ли? – спросила она.
— Ага, экономил. Почти ничего и не готовил. То яичницу зажарю, то к матери забегу на борщ. Экономил без вас. Зато смотри сколько денег тебе принёс сегодня. Вот: получка и премия.
Алина увидела пачку денег, но Алексей тут же отсчитал половину и протянул ей.
— А остальные откладываем в шкатулку на всякий случай. И пусть это станет нашим вкладом в будущее. Мало ли что…
Он унёс деньги, а Алина вздохнула и улыбнулась. Раньше муж такого не делал. Ну, что же… Попробуем…
Так они начали теперь вести денежные дела вместе. Сообща обсуждали покупки, даже количество продуктов, корма для скота, и траты на одежду и коммунальные расходы.
Это у супругов стало привычкой. Алина дала обещание мужу больше не занимать, и старалась это выполнять. Он, как и прежде, трудился и на работе, и дома, вся тяжёлая мужская работа была на его плечах. А насчёт шабашек он советовался с Алиной, на что он будет зарабатывать конкретно и что они будут покупать на эти деньги.
Так шли месяцы, закончился и год, и отношения супругов наладились. Алина изменилась. После последнего визита к матери она поняла, что всё-таки муж её любит, и именно он взял всю заботу о ней и сыне на себя, и старается изо всех сил, а мать и отец её уже живут своей жизнью, и не могут, не должны обеспечивать её как раньше…
— Да, какая я раньше бестолковая была… — вспоминала Алина позже, рассказывая своим более молодым приятельницам о первых годах своего супружества, — настоящая транжира! И как меня мой Алёшка терпел, не знаю! Он помогал мне понять что к чему, и как расходовать средства!
— Так ведь ты на товароведа училась! – смеялись приятельницы, — как же так?
— Ээ, там была только учёба! Теория! А на практике, и в моей голове было всё по-другому! Ой, девчонки, пора мне домой, засиделась я с вами… Дела, да и муж вот-вот вернётся. А у меня ещё салат не сделан.
Она торопилась домой, и видно было, что любит Алина своего мужа, глаза её светятся и, подкрашивая губы на ходу, спешит она к нему навстречу.
