— Купите косынку жене, — предложила продавец.
— Нет у меня жены, — ответил Володька.
— Ну тогда девушке купите.
— И девушки нет.
Красную косынку Володька все-таки купил. Запихал в чемодан цветастый платок в подарок матери, электробритву отцу, тенниску для брата, несколько своих вещей и отправился на поезд. Володька возвращался с заработков. Год как не был дома.
В деревню приехал утром, мать с отцом горбатились в огороде.
— А мы телеграмму ждем! – удивился отец.
— Странно, я ведь отправлял телеграмму, — недоумевал Володька.
В ограду вошла невысокая, загорелая, светловолосая девушка почтальонша Валя.
— Вам телеграмма, — сказала она, немного застеснявшись, когда увидела парня, — сегодня пришла.
— Вот ёлки зелёные! Ты, сынок, вперед телеграммы приехал, — рассмеялся отец.
Валя взглянула на Володьку и пробормотала: – Мы не виноваты, как пришла, так сразу к вам несу… Она снова посмотрела на Владимира и засмущалась. Парень и не думал обижаться, а наоборот, вспомнив про косынку, быстро достал из чемодана и повязал ее на шею растерявшейся девушке.
— Носи! Подарок тебе, и будь такой же красивой.
***
Месяц Володька помогал родителям с огородом, залатал с отцом крышу, поправил ворота. А вечерами спускался к реке, где его ждала Валя — в красной косынке.
Отношения зашли так далеко, что девушка намекала, как им быть дальше: заберет ее с собой или останется здесь. Володьке вскружило голову от деревенской девчонки, волосы которой пахли полевыми цветами, а кожа казалась нежнее шёлка. Он сходил с ума от ее теплоты, от ее восхищенного взгляда.
Но когда пришло время уезжать, Володька задумался, надо ли ему связывать свою жизнь с деревенской девушкой, не поторопился ли он… «У нее и профессии нет, — размышлял Владимир, — после школы почту носит, вот и вся ее работа».
В последний день перед отъездом ничего обещать Вале не стал, уехал утром рано, не предупредив. Об отъезде девушка узнала от родителей.
А через два месяца Валя пришла к Володькиной матери, попросить адрес и сказать, что беременна. Мать адрес не дала.
— С чего это я должна верить, мы с отцом ничего про вас не знаем, лучше я сама напишу, а ты жди ответа, как получу, так и извещу.
Как и обещала, Клавдия Ефимовна написала сыну сама, и через три недели пришел ответ. Владимир ответил, что не знает от кого у нее ребенок, нет у него в том уверенности и что он встречается в городе с девушкой. Клавдия тоже была в глубоких сомнениях, сыну верила, поэтому ничего Валя не добилась. Даже когда ее мать пришла, Клавдия развела руками, сказав, что не может она им своего сына предоставить, не в кармане же он у нее, а на ответственной работе. А Валентине самой надо думать, где и с кем ошиблась.
Валя родила дочку, так и не добившись Володькиного адреса. Ее мать Нина Кондратьевна, смирившись с бедой, сказала, что сами вырастят, а Валентина еще встретит доброго человека.
Вскоре по селу слухи прошли, что Володька уехал с молодой женой еще дальше – на Север. Родители его вздумали перебраться в районный центр, потому что там цивилизации больше. Вот так и получилось, что Валя больше не видела Володьку.
Замуж она так и не вышла. Красную косынку, подаренную отцом ее ребенка, носила по всем торжественным случаям. Зачем это и для чего ей, непонятно было.
Ее мать Нина Кондратьевна плевалась, вспоминая Володьку и его родителей, а Валя плохого слова не сказала, и дочке про Владимира только хорошее говорила. Может это у нее любовь такая была, или характер у нее такой… в общем, жила смирившись, но не забыв Владимира.
Так и работала на почте, но, бывало, до увольнения доходило, пропускала она, потому как пристрастилась. Нина Кондратьевна боролась как могла, чуя беду, но Валя так маскировалась, что, порой, и не заметишь, когда успела.
И вот однажды, когда дочка Варя уже в восьмом классе училась, присела Валентина как-то на скамейку за баней, солнышко вдруг спряталось, ветерок подул, а она сидит и не шелохнется, Нина Кондратьевна подошла, тронула за плечо – Валя повалилась.
Вот так тихо и почти незаметно ушла она, оставив мать и дочку. И красную косынку в коробочке, что в комоде лежала, оставила.
Вот так постепенно и угасла Валентина.
Художник Майя Копытцева («Ожидание»)
После школы Варя надумала поступать в медучилище. Видимо, так впечатлил уход матери, когда помощь ей не успели оказать, решила в медицинское идти.
Бабушка испугалась, там ведь математику, химию сдавать надо, а вдруг не сможет… что тогда.
Но подключились ее учителя, вызвавшись помочь безвозмездно. В начале восьмидесятых такое еще возможно было. В общем, «подтянули» девчонку по своим предметам, сдала Валя экзамены успешно.
Училась хорошо, всего ей в жизни хватало: и бабушки, которая стала вместо матери, и друзей, и любимого человека. С Андреем она с детства знакома, они ведь из одного села.
Но мысль, увидеть отца хоть раз в жизни, засела в ней как заноза. От матери она сохранила рассказ об отце и красную косынку.
Случайно узнала, что Владимир с семьей приехал на лето к постаревшей матери в райцентр, отец у него давно умер (хотя не случайно, конечно, специально узнавала, интересовалась). Жгучее любопытство разбирало ее, и она отправилась в райцентр, не сказав бабушке ни слова.
Было как раз лето, кустарники и цветы украшали палисадники, было тепло и пахло скошенной травой.
Действовала она как сыщик, выспрашивая адрес, но делала вид, что совершенно по иному делу приехала.
Наконец, нашла этот дом и присела на скамейку, почувствовав усталость.
Она сидела на скамейке, повязав косынку на шею и ждала, когда выйдет Владимир.
Но вместо него вышла темно-русая женщина. Ее волосы были приподняты, и получилось, будто только что сделала прическу. Она недружелюбно посмотрела в сторону Варвары и ушла в дом. Тогда Варя подошла и стукнула засовом. На звук вышел Владимир – постаревший, с выпирающим животом. Он пристально посмотрел на Варю.
— Узнаете? – спросила она, поздоровавшись и показывая на косынку. – Это мамина, вы ее девятнадцать лет назад подарили, пообещали приехать за мамой, но так и не приехали. А я ее дочь Варя. И ваша тоже, получается. – Она смотрела на него, видела сходство в лице и ждала ответа.
Владимир заморгал глазами, было видно, готов познакомиться и поговорить с дочкой. Но следом вышла та женщина — жена Владимира. Она слышала слова Вари и недовольно взглянула на нее:
— Что еще за дочь выискалась? Есть у него дети, так что в другом месте отца ищи.
— Да погоди ты, Тоня, — попытался остановить жену Владимир, — дай поговорить с человеком.
— Нечего говорить, иди в дом, — сказала она властным тоном мужу, и они оба ушли.
Варя снова села на скамейку в надежде, что отец, на которого она похожа, выйдет к ней. И он вышел.
Взгляд был виноватым, но к разговору Владимир не был расположен.
— Ехала бы ты домой. – Сказал он тихо.
Варя поднялась, посмотрела ему в глаза: — А поговорить? Вы же обещали! Вы же помните, как красную косынку маме подарили…
Владимир отвел взгляд и сказал: — Не помню я никакой косынки.
Варя не хотела при нем плакать, но предательские слезы сами покатились из глаз. Она сорвала с шеи красную косынку, с силой потянула ее и разорвала на глазах у Владимира, а потом швырнула ему в лицо.
Она шла на автобус и думала о том, как мало ей надо было от отца. Всего лишь поговорить. И на ту женщину, на его жену, она вовсе не обижалась, ведь Антонина, по сути, защищала свою семью, свою жизнь, выстроенную за эти годы. А вот Владимир…
Даже если бы он спросил, как она учится, и того достаточно. А Варе есть, что сказать, ведь учится она хорошо, пусть бы отец порадовался, ей же приятно. Но ничего подобного он не спросил, будто вычеркнул из жизни, когда она еще не родилась…. А уж теперь и подавно.
Домой вернулась поздно вечером, ничего не сказала бабушке. Зато Нина Кондратьевна обрадовала: — Андрей два раза приезжал, а ты все по подружкам… а он тебя спрашивал. Ты это, — бабушка пригрозила пальцем, — помни, чему я тебя учила…
Варя обняла родного человека, ничего не сказала про отца, но пообещала: — Даже не думай, я все знаю, вот как поженимся, тогда и будут у нас дети.
Через пару часов Андрей – друг детства и теперь жених Вари — снова подъехал на мотоцикле к ее дому.
— Подойди, покажу что-то. – Сказал он и достал из кармана небольшой, легкий платок ярко-малинового цвета.
— Красного не было, но этот тоже красивый. — Андрей повязал ей платок на шею.
Варя сдёрнула его и сказала: — Ничего хорошего та косынка маме не принесла!
— Как ничего хорошего?! А ты? Тебя принесла. Ты же хорошая, — сказал Андрей, — и вообще ту косынку подарили твоей маме не по-настоящему, а этот платок самый настоящий, потому что я его дарю тебе – своей невесте. И теперь у нас будет своя жизнь, своя семья и дети.
Варя улыбнулась в ответ, надела подаренную косынку и поцеловала своего Андрюшку.
***
Всё так и было, как пообещал Андрей. Варя не повторила судьбу матери, хотя бабушка очень боялась. Характером она не в мать пошла… и не в отца, это уж точно, хотя внешне очень похожа на него. Наверное, сама в себя характером. А может всё у нее хорошо, потому что жизнь сначала отняла, а потом многое дала.
