Пошла на второе свидание с мужчиной (48л). Но стоило зайти в ТЦ поесть, как наша встреча прервалась из-за плюшевого кота
В свои сорок шесть лет я уже давно пережила развод, вырастила дочь и привыкла к тихой жизни. Мне не хотелось бегать по свиданиям как девочке-студентке, но и одной иногда становилось невыносимо тоскливо.
Знакомиться на улице уже не принято, а поиск в интернете всегда вызывал у меня нервную дрожь. Поэтому я плыла по течению, пока за дело не взялась моя давняя приятельница Света.
Мы сидели у нее на кухне, пили кофе, и она в очередной раз завела свою любимую пластинку.
– Оля, ну сколько можно сидеть в четырех стенах? – возмущалась она, нарезая яблочный пирог. – Ты видная женщина, ухоженная. Тебе нужно устраивать жизнь.
– Свет, ну где я ее буду устраивать? – я устало вздохнула. – Не на танцы же «Кому за тридцать» мне идти. А нормальных мужчин моего возраста давно разобрали.
– А вот и не всех! – радостно воскликнула подруга, откладывая нож. – У моего мужа на работе есть один коллега. Зовут Виктор. Ему сорок восемь лет. Он был женат когда-то давно, развелся. Дети взрослые. Живет один. Мой Саша говорит, что он спокойный, надежный мужик. Давай я ему твой номер дам?
Я долго отнекивалась. Вся эта затея со сводничеством через знакомых пахла какой-то безнадежностью. Но Света умела уговаривать, и я в итоге сдалась. В конце концов, от одной встречи никто не пострадает. Не понравимся друг другу – просто разойдемся как в море корабли.
Виктор позвонил мне на следующий вечер. Голос у него оказался приятным, без лишней самоуверенности. Мы коротко поговорили, обсудили погоду и договорились встретиться в субботу в парке.
Я собиралась на встречу с легким мандражом. Долго крутилась перед зеркалом, выбирая одежду. Хотелось выглядеть привлекательно, но не вульгарно. Остановилась на светлых джинсах, удобных кроссовках и теплом бежевом кардигане.
Мы встретились у главного входа в парк. Виктор оказался мужчиной среднего роста, обычной внешности. Он принес мне небольшой букет хризантем, что было очень приятно.
Первые полчаса нашей прогулки прошли в напряженной обстановке. Виктор оказался человеком скромным, даже слегка зажатым. Он говорил негромко, часто отводил взгляд.
Я пыталась шутить, задавала наводящие вопросы, но беседа клеилась с трудом. Мы шли по аллеям и обсуждали какую-то отвлеченную, сухую ерунду.
Я уже начала мысленно ставить крест на этой затее, думая, как бы вежливо сбежать через час. Но тут подул холодный ветер, и мы решили взять чай в ларьке.
Мы сели на скамейку возле пруда, грея руки о картонные стаканчики. И тут лед как-то незаметно растаял. Виктор расслабился, перестал нервничать и начал рассказывать.
Оказалось, что у него отличное чувство юмора и море интересных историй. Он много читал, разбирался в кино и умел слушать. Мы просидели на этой скамейке до самых сумерек, пока окончательно не замерзли.
Домой я возвращалась в приподнятом настроении. Впервые за несколько лет у меня внутри появилось то самое забытое теплое чувство. Мне захотелось увидеть его снова.
Вторая встреча
Он написал мне сам через два дня. Поблагодарил за отличный вечер и предложил снова встретиться в выходные. Я с радостью согласилась.
Погода стояла чудесная, и мы снова пошли гулять в тот же парк. На этот раз никакой неловкости между нами уже не было. Мы встретились как старые добрые друзья. Виктор оказался очень галантным: подавал руку, когда мы спускались по ступенькам, аккуратно придерживал меня за локоть в толпе.
За почти два часа на свежем воздухе мы здорово нагуляли аппетит.
– Слушай, я что-то так проголодалась, – призналась я. – А давай зайдем в торговый центр через дорогу? Поднимемся на фуд-корт, съедим какой-нибудь вредной еды. Так хочется горячей картошки фри и бургеров.
– Хорошая идея, Оля, – улыбнулся Виктор. – Я тоже ужасно голодный. Пойдем.
Мы перешли дорогу и зашли в торговый центр через боковые раздвижные двери. Там, прямо у входа в холл, стоял ряд автоматов. Тех самых прозрачных ящиков с металлической клешней, которыми пытаются вытащить мягкие игрушки. Из их динамиков на весь холл играла приставучая, громкая электронная музыка.
Мы уже шли к эскалатору, когда Виктор вдруг остановился как вкопанный. Его взгляд упал на стеклянный куб, доверху забитый плюшевыми медведями, собаками и зайцами.
– Подожди-ка, – он заметно оживился, его глаза загорелись каким-то детским азартом. – Давай я тебе игрушку выиграю! Вон того серого кота с белым пузом.
– Вить, да брось, – я снисходительно засмеялась. – Это же известный лохотрон. Они специально так настроены, чтобы клешня расслаблялась в самый последний момент.
– Нет-нет, я точно достану, смотри! У меня глаз-алмаз.
Мне показалось это забавным и очень милым порывом. Взрослый, серьезный мужчина захотел совершить маленький подвиг ради дамы. Выиграть трофей на свидании.
Я встала рядом, с улыбкой наблюдая за его действиями.
Виктор приложил свою банковскую карту к терминалу автомата. Раздался писк. Он сосредоточенно взялся за пластиковый джойстик. Клешня поехала в сторону, опустилась на серого кота, захватила его, подняла на пару сантиметров и тут же безвольно разжала зубья. Игрушка шлепнулась обратно в кучу.
– Ах ты ж хитрая железяка, – пробормотал Виктор, нахмурив брови.
Он снова приложил карту. Вторая попытка. Клешня даже не зацепила кота. Третья попытка. Четвертая. Пятая. Плюшевый зверь упорно не давался в руки.
Мое умиление начало стремительно таять. Ноги гудели после долгой прогулки, а желудок требовательно урчал.
– Вить, ну всё, хватит кормить этот ящик, – я мягко тронула его за рукав. – Пойдем наверх, я правда очень есть хочу. Потом, если захочешь, спустимся и еще раз попробуешь.
– Да-да, сейчас, секунду, – отмахнулся он, даже не отрывая напряженного взгляда от стекла. – Я понял их алгоритм. Он должен схватить на десятый раз. Точно тебе говорю.
Он снова приложил карту и начал методично, с пугающим упрямством дергать этот джойстик.
Я постояла еще минуты три. Ситуация становилась откровенно нелепой и некомфортной. Мне сорок шесть лет, я стою в шумном проходе торгового центра и жду, пока мой взрослый кавалер наиграется в детский автомат, полностью игнорируя мое присутствие и мои слова.
Его лицо выражало крайнюю степень упрямства, он словно выпал из реальности.
– Виктор, – сказала я уже громче и строже. – Я пошла на фуд-корт на третий этаж. Буду ждать тебя там.
– Ага, иди-иди, – буркнул он, даже не повернув головы в мою сторону. Клешня снова поехала вниз за серым котом.
Одинокий бургер
Я развернулась и пошла к эскалатору. Внутри меня смешались раздражение, обида и растерянность. Что это сейчас было? Человек просто выключился из нашего свидания ради куска плюша.
Я поднялась на третий этаж, где пахло едой. Пошла к кассе и заказала еду только для себя. Решила, что он сам купит себе то, что захочет, когда поднимется ко мне.
Я села за стол, положила куртку на соседний стул. Съела бургер, запивая его газировкой. Полистала новостную ленту в телефоне. Прошло пятнадцать минут. Виктора не было.
«Наверное, он всё-таки пошел на принцип и решил вытащить эту игрушку любой ценой, – успокаивала я себя, глядя на часы. – Мужское упрямство. Сейчас поднимется гордый, с этим котом в руках».
Прошло еще десять минут. Я допила остатки напитка. Люди за соседними столиками общались, подростки громко смеялись, семьи обедали, а я сидела одна.
«Может, он пошел в туалет мыть руки? – пыталась я найти логичное объяснение его задержке. – Или ему стало стыдно, что он спустил кучу денег, и он стоит в очереди за цветами, чтобы сгладить вину?»
Прошло полчаса с того момента, как я оставила его у автомата. Ожидание переросло в раздражение.
Почему я просто не достала телефон и не позвонила ему? Почему не спросила прямо, куда он пропал?
Ответ простой – женская гордость. Мне сорок шесть лет. Я не собираюсь бегать по торговому центру и разыскивать взрослого мужика, который променял ужин со мной на игровой автомат. Звонить и спрашивать «Ты где?» в такой ситуации казалось мне унизительным. Он знал, где я его жду. Я сказала это четко и громко.
Собрав остатки гордости, я встала, надела куртку, взяла сумочку и поехала вниз на эскалаторе. Подошла к боковому выходу, к тем самым стеклянным ящикам.
Виктора там не было. Ни с выигранным плюшевым котом, ни без него. Он просто исчез. Я постояла у дверей, огляделась по сторонам, прошлась по всему холлу. Пусто. Как сквозь землю провалился.
Я вышла на улицу и пошла в сторону автобусной остановки.
В голове роились десятки вопросов. Ему стало плохо? У него закончились деньги на карте, и он сбежал от стыда? Он обиделся, что я ушла наверх без него?
Всю дорогу до дома я поглядывала на экран телефона, ожидая увидеть сообщение. Ну хотя бы самое глупое оправдание. «Прости, срочно вызвали на работу», «Живот скрутило, уехал», «Встретил бывшую жену». Любая ложь была бы лучше этого молчания.
Вечером я открыла наш диалог в мессенджере. Никаких новых сообщений. Но моя фотография была на месте, а под его именем светилась надпись: «Был в сети пять минут назад». Значит, он меня нигде не заблокировал, не добавил в черный список. Он жив, здоров и сидит в интернете. Виктор просто растворился в воздухе, словно нашего свидания и не было.
С тех пор прошел целый месяц. Мы так больше ни разу и не списались. Я принципиально не стала задавать вопросов первой, а он так и не объявился. Света, которая нас познакомила, тоже ничего не знает. Говорит, что на работе он ведет себя как обычно, тихий и спокойный.
Эта нелепая история стала моим любимым анекдотом для встреч с подругами. Мы смеемся, выдвигаем самые безумные версии, но логичного ответа у меня так и нет. Вроде нормальный был мужчина, адекватный, общительный, галантный. Никаких признаков неадекватности за две встречи.
