Мужчина (44г) прямо рассказал, почему бывшая подала на развод. Я купилась на его честность, а надо было мотать ее слова на ус
Я отмывала руки от въевшейся земли под струей ледяной воды из дачного умывальника. Кожа покраснела и неприятно саднила от мелких царапин. Я смотрела на свое усталое лицо в мутном зеркале над раковиной и наконец-то поняла, почему от Семёна ушла его первая жена.
В свои сорок шесть лет я уже не верю в красивые сказки и не жду серенад под балконом. Хочется найти надежного партнера, с которым можно разделить вечера, построить нормальную семью и просто чувствовать себя нужной.
Семёну сорок четыре года. Он спокойный, рассудительный мужчина, сразу произвел на меня хорошее впечатление. Не юлил и не пытался казаться кем-то другим.
В первые же дни нашего общения он прямо рассказал, что за спиной у него брак и дети.
Мы сидели в кафе, пили чай, и он решил сразу выложить все карты на стол.
– Понимаешь, Лера, моя бывшая жена постоянно тянула одеяло на себя, – говорил Семён. – Она вечно соревновалась с моей матерью за мое внимание. А у мамы судьба непростая. Она растила меня одна, всю жизнь на меня положила. Сейчас она на пенсии, живет в своем доме. Ей тяжело одной, я помогаю, как могу.
Семён сделал глоток чая и тяжело вздохнул.
– А жена была вечно недовольна этим фактом. Говорила, что я тяну деньги из нашей семьи на мамин ремонт. Упрекала постоянно меня за это. Хотя мама хорошо к ней относилась. В итоге бывшая заявила, что устала и подала на развод. Плачу алименты на детей, свою долю в нашей квартире продал ей же по дешевке, чтобы не мотать нервы. Сейчас пока живу у мамы.
Тогда его подробный рассказ вызвал у меня искреннее уважение. Человек не стал делить ложки, поступил достойно, не бросил детей. Я видела перед собой ответственного, надежного мужчину.
У нас начался чудесный конфетно-букетный период. Семён красиво за мной ухаживал. Он был очень внимательным, мы могли подолгу разговаривать по телефону. Я растаяла.
Хотелось попытать счастья, создать с ним крепкую семью, планировала, как мы снимем общее жилье или он переедет ко мне в квартиру.
Но эта иллюзия рассыпалась в тот момент, когда он решил познакомить меня со своей матерью.
Хозяйка большого дома
Его маму звали Антонина Сергеевна. Ей было шестьдесят шесть лет. Она жила в большом частном доме на окраине нашего города. Семён жил там же, занимая просторную комнату на втором этаже.
Дом был добротным, но требовал постоянного мужского ухода, ремонта и бесконечных финансовых вливаний.
С первой же нашей встречи Антонина Сергеевна дала мне понять, кто здесь главная женщина. Она сканировала меня оценивающим взглядом, задавала неудобные вопросы. В общем, всем своим видом показывала, что я пришла на чужую территорию.
Мы сидели за накрытым столом на кухне. Семён вышел на улицу, чтобы ответить на звонок с работы.
– А вы, Лера, готовить-то умеете? – спросила Антонина Сергеевна, поджимая тонкие губы. – Сёмочка у меня привык к хорошей домашней пище. Ему магазинные полуфабрикаты нельзя, у него желудок слабый. Его бывшая жена вечно его сосисками кормила, лентяйка была страшная.
– Я умею готовить, Антонина Сергеевна, – спокойно ответила я, стараясь сгладить острые углы. – Можете за желудок Семёна не переживать.
– Посмотрим, – сухо бросила она. – У нас тут работы много. Земля ленивых не любит. Надеюсь, вы не белоручка.
Я старалась улыбаться, привозила к чаю вкусные торты, пыталась наладить контакт. Но матери я категорически не понравилась.
Для нее любая женщина рядом с Семёном была прямой угрозой. Врагом, который посягает на ее личную собственность и ее бесплатную рабочую силу.
Как только период первых свиданий прошел, Семёна словно подменили. Наши походы в кино и прогулки по центру города резко прекратились. Теперь формат наших встреч изменился до неузнаваемости.
Все свидания проходили по одному жесткому сценарию: в пятницу вечером он забирал меня с работы, и мы ехали к его маме. И там начиналась бесконечная трудовая повинность.
Нужно было чинить забор, перекрывать крышу на старом сарае, копать грядки, обрезать засохшие деревья. Семён вкалывал там с раннего утра до поздней ночи. Все его свободные деньги уходили на строительные материалы и нужды этого участка.
Я же должна была помогать Антонине Сергеевне на кухне, выслушивая ее язвительные комментарии, или часами полоть грядки с клубникой.
Поначалу я терпела. Думала, что это разовая помощь, что нужно поддержать мужчину в его делах. Но шли недели, а ничего не менялось.
В какой-то момент я вспомнила слова его бывшей жены. Семён тогда сказал, что она возмущалась: «Мне с этого дома никакого толка нет, я там никто».
А ведь она была права. Дом Антонины Сергеевны был бездонной бочкой. Семён отдавал алименты детям, а весь остальной доход спускал на мамины нужды. Его бывшей жене приходилось тащить весь их совместный быт на себе, пока муж каждые выходные строил светлое будущее для своей матери.
Неудивительно, что она подала на развод. С ним или без него – ей было без разницы, потому что мужа в ее жизни фактически не существовало. Он был надежно женат на своей маме и ее грядках.
Разговор начистоту
В ту субботу, вымыв руки от земли, я решила, что с меня хватит. Я переоделась в чистую одежду, вышла на веранду, где Семён пил чай после установки нового парника, и села напротив него.
– Семён, нам нужно поговорить, – начала я. – Мне надоело все свои выходные проводить у твоей мамы на огороде. Мы с тобой вообще не бываем вдвоем.
Он удивленно поднял на меня глаза, отставив кружку в сторону.
– В смысле не бываем? Мы же вместе сейчас.
– Мы вместе работаем на твою маму, – поправила я. – А я хочу проводить время с тобой. Я хочу гулять, посидеть в кафе, как мы делали раньше. Семён, почему всё наше общение свелось к грядкам и ремонту?
Его лицо моментально помрачнело.
– Лера, ну ты как маленькая девочка, честное слово, – он раздраженно отмахнулся. – Какой город? Какие кафе? Конфетно-букетный период давно прошел. Мы взрослые люди, у нас другие задачи. Я вообще не понимаю, что тебе еще надо от меня.
– Мне нужны нормальные отношения.
– Да что тебе тут не нравится? – он обвел рукой участок. – Тут же хорошо! Свежий воздух, тишина. Летом вон свои ягоды едим, прямо с куста собираем. Красота же! Что тебе в этом душном городе делать?
– Я хочу, чтобы ты уделял время нашим отношениям, а не только потребностям своей матери.
– Знаешь, Лера, – он сурово сдвинул брови, – ты сейчас ведешь себя точь-в-точь как моя бывшая жена. Ты опять тянешь одеяло на себя. Тебе плевать на мою мать, ты хочешь только развлекаться и получать внимание. Я думал, ты мудрая женщина, а ты просто эгоистка.
Я смотрела на него и поражалась его слепоте. Мужчине сорок четыре года, а он так и не понял, как устроена нормальная семья.
Он упрекал меня в том, что я тяну одеяло на себя, даже не понимая, что в наших отношениях этого одеяла у меня вообще никогда не было. Оно целиком и полностью принадлежало его маме.
– Твоя бывшая жена была права, Семён, – сказала я, вставая из-за стола. – Ты хороший сын. Наверное, самый заботливый сын на свете. Но ты совершенно не умеешь быть мужем. Твоя настоящая семья – это твоя мама и этот участок. А для другой женщины здесь места нет.
Я развернулась, пошла в дом, собрала свои немногочисленные вещи в сумку и вызвала такси. Антонина Сергеевна провожала меня тяжелым, победоносным взглядом из окна своей кухни. Она снова отстояла своего мальчика.
Мы больше не общались. Я заблокировала его номер, чтобы не получать гневных сообщений о моей меркантильности и эгоизме. Мне было жаль потраченного времени и разрушенных надежд. Его история кричала, о том что меня ждет, но я сделала ставку на его честность. И зря.
Я ехала в такси и вспоминала его первую жену. Сколько лет она терпела эту бесконечную дачную повинность, прежде чем нашла в себе силы уйти? И сколько еще женщин клюнут на его рассказы о неблагодарной бывшей, прежде чем поймут, что им предлагают роль обслуживающего персонала в чужом семейном королевстве?
