«Ты не в моем вкусе, но давай попробуем. Может, распробую»: выдал кавалер (48 лет) на первой встрече
Думала, что меня уже ничем не удивить. Честно. В мои сорок семь за плечами такой багаж, что можно книгу писать. Развод, который я переживала как землетрясение, дочка, которая выросла и упорхнула в Питер поступать в университет, ипотека, которую я одна вытягивала пять лет, и кошка Муся, которая заменила мне всех мужчин вместе взятых, потому что от нее хотя бы знаешь, чего ждать — утром потребует есть, вечером придет греться на колени и никуда не денется.
Но к тому, что со мной произошло, нельзя быть готовой. Это как если бы ты вышла зимой на улицу, а там вместо снега с неба падают дохлые вороны. Просто потому, что так не бывает. Это нарушает все законы физики и человеческого общения.
Я сидела напротив него в маленькой кофейне, и чувствовала, как у меня внутри по всему телу разливается злость. Знаете, когда тебе шестнадцать и мальчик, который тебе нравится, сказал, что с тобой скучно? Вот это же чувство, только умноженное на двадцать пять лет жизни, которые должны были бы научить меня не реагировать на чужое мнение.
Но нет. Я сидела и реагировала.
— Ты извини, сразу скажу, чтобы не было недомолвок, — сказал он, отодвигая пустую чашку от себя и складывая руки на столе в тот самый замок, который в психологии называют «позой уверенности». Только вот уверенность эта была какая-то дешевая, напускная.
— Ты, конечно, женщина видная, спору нет. Но совсем не в моем вкусе. Я люблю блондинок высоких. Но Лена (это моя подруга,которая нас свела) сказала, у тебя характер золотой и ты очень верная. А для меня это сейчас важнее внешности. Так что давай попробуем. Может, распробую.
Я даже не сразу ответила, потому что пыталась осознать — это реальность?
Это происходит со мной прямо сейчас?
Этот мужчина с упитанной мордой, который сидит напротив, он что, серьезно? Он правда думает, что после таких слов я брошусь в его объятия?
Представила, как выглядит эта ситуация со стороны. Вот он, взрослый дядька, который, видимо, привык выбирать. Как в супермаркете: берет с полки йогурт, читает этикетку, морщится , но кладет в корзину, потому что скидка есть. «Может, распробую», — мысленно повторила я. Господи, какое же это унизительное слово.
Но самое смешное то, что я не ушла. Почему? Я потом целую ночь думала, пыталась проанализировать, как психолог, и поняла — во мне сработал тот самый древний женский механизм, который приказывает: «Докажи, что ты достойна». Его слова ударили по самому больному — по моему возрасту, по моей неуверенности, которая, как я думала, давно прошла. В сорок семь лет ты вроде уже должна знать себе цену. Ты уже должна уметь послать такого «ценителя» далеко и надолго, даже не допивая кофе. Но внутри сидит та самая девочка, которой в школе говорили, что она толстая. Которая в институте переживала, что её никто не позвал на танцы. Которая после развода год не могла посмотреть на себя в зеркало без слез, потому что муж ушел к молодой и стройной.
И вот сейчас этот мужик, даже не зная меня, нажал на все эти кнопки одним предложением.
— То есть, — начала я медленно, стараясь, чтобы голос не дрожал, — я для тебя как йогурт с истекающим сроком годности, который взяли на пробу, потому что халява?
Он моргнул. Не ожидал, что начну разговор с такой конкретики. Наверное, привык, что женщины после его «честности» либо смущенно улыбаются, либо начинают доказывать, какие они замечательные, несмотря на «не тот цвет волос».
— Ну зачем так грубо, — поморщился он. Думаешь, лучше было бы наврать с три короба, а потом ты бы узнала правду и обиделась еще сильнее? Я сказал сразу как есть.
— И как есть? — спросила я, чувствуя, как злость начинает трансформироваться в азарт. — Ты есть человек, который при первой встрече сообщает женщине, что она недостаточно хороша для него, но он готов снизойти? Это твоя обычная тактика? Или сегодня просто погода плохая и ты решил испортить вечер незнакомому человеку?
Он снова моргнул. И тут я увидела, как его лицо меняется. С него сползает маска этой дурацкой уверенности, и появляется что-то другое. Растерянность? Да, точно, растерянность. И, кажется, даже уважение.
— Слушай, а ты… — он запнулся, подбирая слово. — С тобой интересно. Обычно женщины после таких слов…
— Убегают в слезах? — подсказала я. — Или начинают хвастаться своими достижениями, чтобы доказать, что они достойны такого принца, как ты?
— Ну… примерно, — кивнул он, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на смущение. — Извини. Я, кажется, ляпнул глупость. Это у меня защитная реакция, наверное. Боюсь, что понравлюсь, а потом опять будет больно. Вот и несу чушь.
Я чуть кофе не поперхнулась. Вот это поворот! Еще минуту назад он был самовлюбленным индюком, а теперь сидит и признается в страхе. И ведь не врет, чувствуется. Я за двадцать лет работы с детьми и их родителями научилась отличать ложь от правды. Вранье — оно всегда гладкое, причесанное. А правда — она корявая, нелепая, вот такая, как сейчас: мужик, которому скоро 50 лет, боится, что ему сделают больно. И поэтому он первый делает больно. Чтобы опередить. Чтобы не его ударили, а он ударил.
И вот тут я поняла, что уходить точно не буду. Не потому что он мне понравился (пока нет, скорее вызвал любопытство, смешанное с жалостью), а потому что это был самый честный разговор на первом свидании в моей практике. Обычно мужики врут про свои доходы, про то, какие они заботливые, про то, что им нужна только ты и никто больше. А этот с порога вывалил все свои тараканы. Грубо, топорно, но вывалил.
— Ладно. Давай так. Я тоже не буду врать. Ты, может, и в моем вкусе, если подправить пару деталей, но сейчас ты сидишь передо мной и ведешь себя как подросток, который дергает девочку за косички, потому что не знает, как еще привлечь внимание. Это смешно и немного жалко. Но раз уж мы оба здесь, давай просто поговорим. Без игр в «кто круче» и «кто кого обесценит». Расскажи, почему ты решил прийти? Не потому что Лена нахваливала, а на самом деле. Чего ты ждал от сегодняшнего вечера?
Он посмотрел на меня. Потом откинулся на спинку стула и улыбнулся. Впервые за весь вечер улыбнулся нормально.
— Ждал, что будет скучно, — признался он. — Думал, посидим час, я тебя развлеку рассказами о своих успехах, ты меня — рассказами о детях и кошках, и разбежимся. А тут… ты как будто скальпель взяла и вскрыла меня за пять минут. Страшно, но приятно. Честно.
И мы начали говорить. Сначала осторожно, прощупывая друг друга, как после драки, которая вдруг закончилась перемирием.
Мы просидели так около часа. Когда вышли на улицу, был уже поздний вечер, моросил дождь, и фонари отражались в мокром асфальте, создавая какое-то унылое настроение.
— Можно тебя проводить? — спросил он. Уже без этой дурацкой самоуверенности.
— Я на машине,спасибо.
— Тогда можно я позвоню? Завтра? Или послезавтра? Мне нужно переварить сегодняшний вечер. Ты будто… зеркало мне показала. Неприятное, но нужное.
— Звони, — пожала я плечами. — Номер у тебя есть.
Вернулась домой. В голове было пусто и шумно одновременно.
Что это было?
Первое свидание?
Психологическая дуэль?
Начало чего-то?
Или просто анекдот, который я буду рассказывать подругам?
Я не знала.
Но одно я знала точно — спать лягу не скоро. Потому что внутри всё гудело, как трансформаторная будка. И это гудение называлось — жизнью. Настоящей, где-то неспокойной и даже дурацкой.
Достала телефон, залезла в его соцсети (ну а кто не делает этого после знакомства?). Пролистала ленту. Фотографии с друзьями, на фоне строящихся домов. И ни одной женщины. Вообще ни одной. За пять лет — ни одной. Странно.
Муся запрыгнула на подоконник и ткнулась мокрым носом мне в руку. Я погладила ее и вслух сказала:
— Ну что, Мусенька, похоже, у твоей хозяйки начался новый сериал. Называется «Может, распробую». Как думаешь, стоит смотреть дальше или выключить, пока не поздно?
Муся промолчала. Но я знала, что она все понимает.
