Вчера я узнала, что жду ребенка. Наконец-то, я забеременела. Я так рада! Мне хочется сразу набрать номер мужа и сообщить ему счастливую новость.
Андрей должен сегодня вернуться с победой с теннисного турнира. И я собираюсь устроить ему сюрприз. Самый приятный сюрприз на свете.
Я скажу ему, глядя в любимые глаза, что жду ребенка!
Нашего ребенка.
Я так долго об этом мечтала. Так долго этого ждала.
Правда, ему сейчас немного не до этого. Но я уверена, что он будет счастлив. Так же, как и я.
Это будет новым витком в наших отношениях.
А пока нужно сгонять в магазин. И приготовить праздничный ужин.
Я хожу по рядам с продуктами и улыбаюсь. Мне хочется прыгать и танцевать от переполняющего меня счастья.
Мы станем полноценной семьей.
Боже, как я счастлива.
Набрав корзину, прохожу мимо газетно — журнальных развалов и невольно замечаю фото своего мужа.
Останавливаюсь.
Беру в руки журнал и читаю заголовок.
«Кто же очередная пассия Андрея Смольного?»
Очередная? — проносится в голове.
Лёгкий укол в сердце.
Но у него же, кроме меня нет никого!
Да и когда бы он успел?
Тренировки, турниры, тренировки, перелеты.
Это сумасшедший график.
Когда бы он…
Нет!
Это очередные жёлтые сплетни.
Пора привыкнуть, Ира.
Пора.
Но привыкать не хочется.
Как не хочется осознавать все это.
Я машинально берусь за живот.
Мой малыш все равно родится в любви.
Оставляю журнал на месте.
Иду к кассе. Рассчитываюсь.
Настроение портится.
Но я не хочу подвергаться унынию.
И верить в этот бред я тоже не собираюсь.
Но как только захожу в квартиру, раздается телефонный звонок.
Моя подруга Алла.
— Дорогуша, как ты? Почему мне не позвонила вчера? Ну что там? Как результат? — засыпает меня вопросами.
— Все хорошо, Ал. Не переживай.
— Эй, подруга, что с голосом?
— Все хорошо, — повторяю я.
— Так, я поняла. Жди. Минут через тридцать примчусь.
Да, Алка всегда была такой. Энергичной и активной.
Наверняка она уже придумала себе несколько сценариев развития событий.
Я разбираю продукты. Оставляю мясо, чтобы приготовить стейк.
Перед самым приходом Аллы, засовываю мясо в духовку.
— Давай, рассказывай, что стряслось, — требует подруга, сидя за столом в кухне.
— Да как обычно. Опять вся пресса пестрит заголовками о новой пассии Андрея. Надоело.
— Я понимаю. Но ты тоже не забывай. Он мужик красивый, спортивный, обеспеченный. Вокруг него толпы поклонниц, журналистки те же.
— Я понимаю. Поэтому не верю. Но я так от этого устала, — вздыхаю и поглаживаю живот.
— Не бери в голову. Очередные сплетни.
— Такое ощущение, что все забыли, что он женат.
— Главное, чтобы он помнил.
— Алла… Он любит меня. Он всегда это говорил.
Подруга смотрит на меня с сомнением. Хотя и старается поддержать. Но я чувствую, что она тоже сомневается в этом.
— Я, наверное, поговорю с ним, — помешивая овощи, произношу я.
— Хочешь напрямую спросить?
— Да. Я не люблю неизвестность. Тем более у нас будет ребенок. И он должен об этом знать.
— Возможно, ты права. А не боишься правды?
Сердце в этот момент сжимается. Я смотрю на подругу.
И понимаю, что да.
Я боюсь.
И на самом деле знать правду не хочу.
Но и мучится в неведении, тоже не хочу.
Алла подходит ко мне и обнимает за плечи.
— Не переживай. Я всегда рядом. Всегда с тобой.
Мне становится легче.
— Приготовлю праздничный ужин. Всё-таки он взял очередной титул. И поговорю с ним.
— Обещай, что не будешь расстраиваться. Если вдруг что — звони. Примчусь и выскажу все, что думаю.
— Спасибо, Ал.
Ещё какое-то время мы обсуждаем, что происходит в мировом теннисе. Потом Алла покидает меня.
Я же накрываю на стол.
Андрей должен вернуться вечером. Остаётся совсем немного времени.
Привожу себя в порядок. Хочу выглядеть красиво и привлекательно.
Если я ошибаюсь, то у нас будет чудесный вечер.
И Андрей очень обрадуется, узнав, что скоро станет папой.
И это — счастье. Появится малыш, который круто изменит нашу жизнь.
Да, мужу сейчас нужно думать о соревнованиях. О новом турнире. И тренироваться.
Он набрал хорошую форму и находится в первой двадцатке лучших теннисистов мира по версии ATP.
Мы долго к этому шли.
И наконец, он занимает отличные позиции в рейтинге, которые нельзя терять.
И я уверена, что эта новость придаст ему ещё больше энергии.
К вечеру уже все готово. Но Андрея пока нет.
Хотя его самолёт уже должен был приземлиться.
Набираю его номер. Но слышу гудки.
Наверное, не перевел телефон из режима полета.
Начинаю слегка нервничать.
Отламываю винограднику и съедаю. Тарелка с фруктами красуется на столе. Стоят бокалы.
Андрею можно будет выпить за победу. Я наливаю себе сок.
Наконец раздается скрежет в замке.
Я тут же бегу к двери.
Она открывается и появляется мой любимый муж.
— Привет, милый, — произношу я и целую его.
Он скидывает сумки и проходит в ванную. Иду за ним.
— Привет.
— Как долетел?
— Все хорошо. Но я устал. Турнир меня измотал. Особенно финал из трёх сетов.
— Я тебя ещё раз поздравляю, мой герой.
наблюдаю, как он раздевается.
Накаченные мышцы, мускулистые руки — какой же он всё-таки красавец, — мелькает в голове.
— Я скучала. Приготовила ужин отпраздновать победу.
Он смотрит на меня как-то устало и отстраненно.
Да, я прекрасно понимаю, что после таких игр, нет никаких сил. И большинство спортсменов чувствует опустошение после тяжёлых побед.
Но я рядом. Я всегда его поддерживала и поддержу в трудные минуты. Потому что мы семья.
— Я, правда, устал, Ириш.
— Понимаю. Но у меня есть для тебя одна новость.
— Правда? — вздергивает бровь. — У меня тоже.
— Скажешь первый?
Я с нетерпением жду новости. Но чувствую, что-то не так. Внутри постепенно все сжимается в какой-то морской узел.
— Ир, я разведусь с тобой, — наконец выдает он.
Полотенце, которое я держала, падает из моих рук.
Ступор.
Я не могу пошевелиться. Я не могу произнести ни слова.
Просто стою и смотрю на Андрея.
Он же поворачивается к зеркалу.
Внутри все сжимается в какой-то тугой узел.
Развестись со мной?
Но почему?
Узел становится все туже и туже. Мне не хватает воздуха. Я не могу ничего сказать.
Начинаю резко глотать воздух, как рыба.
Андрей поворачивается ко мне.
— Ира, что с тобой? — какой-то страх слышится в голосе.
Я держусь за стенку.
Делаю шаг назад.
Выхожу из ванной.
Продолжаю глотать воздух.
— Ира…
— Что? Что ты сказал? — выдавливаю из себя.
— Ты в порядке?
— Какой развод?
— Ир, может сядешь?
— О каком разводе идёт речь?!
— О нашем, — вздыхает он. — Прости.
Я смотрю на него. И не вижу никакого раскаяния.
Вообще ничего.
Неужели он меня не любил?
— Ир. Так получилось. Но нам правда лучше развестись.
— Почему?
— Давай ты сначала придёшь в себя. А потом мы поговорим.
— Нет! — резко произношу я. Даже слегка пугаюсь собственного голоса.
Мы практически никогда не ругались. Не выясняли отношений
И тут такое.
Почему?
Зачем?
Что я сделала не так?
— Ириш, сядь.
Он пытается взять меня за плечи.
Я тут же одергиваю его руки.
— Не трогай меня.
— Ир…
Я делаю пару шагов назад. Останавливаюсь.
Хватаю бокал с напитком и резко бросаю в его сторону.
— За что? — жестким тоном спрашиваю я.
— У меня есть другая, — выдает он.
— Значит, сплетни в журналах и интернете правда?
— Это не сплетни.
— Чудесно, — все, что могу выдавить из себя.
— Ир, я влюбился. Такого со мной никогда не было! Ты не поверишь!
— Влюбился? — на меня словно вылели ушат холодной воды. — А я? Меня ты не любил?
Он молчит. Я тоже молчу.
Не могу поверить, что все это правда. Жестокая. Беспринципная. Беспощадная.
Правда.
Как он мог так со мной поступить?
— Любил, — выдыхает он. И сейчас люблю. Но…
— Что но? — взрываюсь я наконец. И эмоции, словно лавина, выплёскивается на Андрея. — Что но? Ты посмеялся надо мной! Растоптал мои чувства! Предал меня! И говоришь, что тоже любишь? Ты в своем уме?
— Да, — рявкает он. — Я любил и очень хорошо к тебе отношусь. Но ты сейчас перегибаешь палку. Все люди сходятся — расходятся.
— Я не все! — уже более жёстко произношу я.
— Ира, я очень устал. Правда. Турнир был крайне тяжёлым. Я думаю, ты и сама это прекрасно понимаешь. Сама спортсменкой была.
— Понимаю. Но речь не об этом. Давно это у вас?
— Полгода.
То есть он полгода спит с нами обеими и считает, что любит меня?!
Боже.
Какой бред.
Я хвастаюсь за голову. Как же я могла так ошибиться в нем?
Ведь мы давно знакомы. Встречались год, потом поженились. И все было прекрасно
Кроме сплетен, конечно.
Но все равно. У нас не было жёстких скандалов и выяснения отношений.
Я всегда помогала ему на турнирах. И Андрей всегда это ценил. А теперь?
Он просто нашел другую?
— Ты врал мне полгода? Ты спал со мной весь этот период! Как ты мог так поступить?
— Да, я подлец. Меня захлестнули новые чувства, и я просто не смог тебе сказать.
— Кто она? — со злостью смотрю в его глаза.
— Маша Воронова.
— Что? Маша?! Эта…
— Не смей ее так называть. Да, у нее было много поклонников. Но она выбрала меня. Понимаешь? Такая крутая теннисистка выбрала меня.
— Господи, Андрей… Да ей же плевать на тебя. Это пиар…
— Не смей. Даже не думай так. Мы влюбились, понимаешь?
— А как же ее Джеймс? Такая любовь на весь мир была. Все теннисные таблоиды освещали. Все обсуждали. И тут ты такой из тридцатки рейтинга.
— Ира, не надо меня оскорблять. Ты прекрасно знаешь о моих победах. И я уже в двадцатке, после этой победы.
— Особенно вылет из второго круга Роллан Гаррос, — иронично замечаю я. — Забыл, как ты страдал?
— Ира!
— А она, между прочим, дошла полуфинала. И ты хочешь сказать, что потом вдруг воспылала к тебе чувствами?
— Представь себе. Мы были на одной тусовке. И она дала мне несколько практических советов.
— О! Теперь рекомендаций тренера мало. Надо слушать вчерашнюю юниорку?
— Так, хватит. Мне надоело слушать твои замечания. Что есть, то есть. Я развожусь. Очень надеюсь, что ты не будешь вставлять палки в колеса.
Надейся — думаю я. Можешь дальше думать, что я белая и пушистая.
— Так просто избавиться от меня у тебя не получится.
Боже мой. И это его я хотела обрадовать своей беременностью. Что же теперь делать?
Одно понятно, что он не должен знать об этом. Мой ребенок — это только мой ребенок.
— Ира, давай мы просто завершим наши отношения на хорошей ноте? — предлагает он и уходит снова в ванную.
— А когда она тебя бросит, что будешь делать? — вздергиваю я брови.
— Она не бросит меня.
— Это ещё почему?
— Она беременна.
Ещё один удар ниже пояса. Сердце словно останавливается.
На мгновение становится трудно дышать.
Она тоже беременна. ТОЖЕ.
Это невозможно. Так не бывает. Это же просто какая-то злая шутка судьбы.
Мы обе почти одновременно забеременели от этого подлеца.
Я хватаюсь руками за голову.
Слегка кружится голова. Берусь рукой за косяк.
Андрей уже принимает душ. И не видит, что мне плохо.
Добираюсь до дивана и сажусь. Делаю глубокие вдохи.
Так, Ирочка, спокойно. Жизнь на этом не заканчивается.
Как там?
Ни ты первая, ни ты последняя.
Значит, надо просто пережить этот шторм. Ну а развестись спокойно я ему не дам.
Влюбился он, понимаешь.
Не было с ним такого никогда.
А со мной тогда, что было? Так, симпатия и случайный брак?
Ах, как хорошо звучит. Случайный брак.
Я немного успокаиваюсь. Все-таки, это не конец света.
Так, ладно.
Тру виски. Надо что-то делать. И делать прямо сейчас.
Встаю с дивана и иду в комнату. Достаю чемоданы и начинаю собирать вещи.
Быстро и не особо аккуратно. Скидываю все в пакеты и засовываю в чемоданы.
Вывожу их в коридор.
Иду на кухню. Убираю бутылку вина в стол. Собираю бокалы и тарелки.
Никакого праздничного ужина не будет. Что ж. Ты сделал свой выбор.
Я тоже сделала.
Андрей выходит из ванной. На бедрах полотенце.
Да, его атлетическая фигура всегда будоражила меня.
Но сейчас я смотрю на него с холодным презрением.
Выбрать Машу … Это же каким надо быть слепым идиотом…
— Это что за вещи в коридоре? — спрашивает он.
— Твои, — спокойно отвечаю я. Хотя в душе бушует буря.
— В смысле?
— В прямом, — пожимаю плечами. — Ты же разводишься со мной. Вот и чудесно. Вещи я уже собрала. Остальное потом заберёшь. А теперь, одевайся и на выход.
— Ира! Это мой дом.
— Вообще-то, это моя квартира, — напоминаю ему. — И досталась мне давно. Ты на нее претендовать не можешь. Ах да, забирай украшения, которые ты мне дарил
Снова иду в комнату и быстро скидываю в пакет коробочки с ювелиркой.
Ничего мне от него не надо!
— Ира, ты с ума сошла, — произносит он.
— Насколько я поняла. Сошел ты от любви. Так что, до свидания.
— Ира, ну дай хотя бы переночевать.
— Хм. А что у Маши сегодня занято? — язвлю я.
— Прекрати. Не впутывай ее сюда.
— Отчего же? Она — причина нашего разлада. Как же ее не впутывать-то. Непонятно.
Он садится на стул. Внимательно смотрит на меня.
Я наливаю себе чай. Аппетит совсем пропал.
— Ир, давай без скандалов, — просит он.
— И не собиралась даже. Андрюша, твои вещи собраны. Ты свободен. Лети к своей любвеобильной Марии.
Я выхожу из кухни. Как я устала за этот вечер.
Сажусь на кровать. Глажу свой живот.
Да, малыш, ты останешься без папы. Но так правда будет лучше.
Такого отца, как он нам же не нужно, правда?
Правда.
Мы и без него справимся.
Жаль, что в теннис я больше не смогу вернуться. А ведь у меня были все шансы быть в пятерке, да даже в тройке лучших теннисисток России. А потом и до топовых позиций мирового рейтинга недалеко.
Но травма.
И мои надежды рухнули. Так я и посвятила себя своему мужу.
Была его пиарщиком, менеджером, помощником. Все в одном лице. И такая благодарность.
Эх, Андрей, я ведь любила тебя.
— Ира, — входит Андрей в комнату. — Давай разведемся спокойно. Я понимаю, ты в шоке. Ты не ожидала. На самом деле я и сам предположить не мог, что такое возможно. Но так бывает.
— Бывает, — киваю я. И прекрасно понимаю, что спокойного развода не будет.
— Может, просто договоримся?
— Андрей, собирайся и уходи. Не хочу тебя видеть.
— Ир, я скоро опять улетаю на турнир в Европу.
— Удачи, — смотрю в окно.
— Кстати, можешь на этом турнире ещё побыть моим представителем и помощником. У меня же ещё где-то скоро должны быть рекламные съемки.
— Нет. Не могу. Мы разводимся. Ищи себе нового менеджера
— Но Ира! Это вообще-то твоя работа.
— Вообще-то ты мой бесплатный проект!
Резко встаю и подхожу к нему.
— Прочь из моей квартиры.
Андрей быстро одевается.
— Тогда найди себе замену. Как это делают во всем цивилизованном мире.
— Да ладно? После такого предательства. Ты серьезно? — нахожу в себе силы для усмешки.
— Представь себе.
Иду в коридор.
— Уходи.
— Остальные вещи я заберу позже.
— Не вопрос.
Открываю дверь и застываю на месте. На пороге стоят родители Андрея. Видимо приехали поздравить его с победой.
— Здравствуйте, — произносит Роман Петрович и проходит в квартиру.
— О, сынок, ты только приехал! — восклицает его мать, глядя на чемодан.
— Ваш сынок собирается…
— Ира, — резко обрывает меня Андрей. — Да, ещё не успел распаковать чемоданы.
Подходит ко мне и нежно обнимает за талию. Я хочу убрать его руку, но он стягивает меня сильнее. Что происходит?
Он разве не хочет все рассказать родителям.
— Проходите, — произносит он. И закатывает чемоданы обратно.
Они проходят в комнату.
— Что это значит? — шепчу я.
— Погоди, Ир. Давай не сегодня. Родители тебя очень любят. Они вынесут мне весь мозг.
— Правильно сделают, — злорадно улыбаюсь я.
— Ира, я устал. Не хочу слушать их нравоучения весь оставшийся вечер.
— Интересно, почему я должна войти в твое положение? А?
— Ну наверное, потому что мы до сих пор муж и жена.
— Не, все. Ты мне больше не муж. Ты сам захотел развода. И я с удовольствием подпишу все бумаги!
— Андрюша, где ты? — доносится голос матери из комнаты.
— Идем, — произносит он мне. И тянет за руку.
Я тут же вырываю ее. И захожу первая в комнату.
— Чаю хотите? — предлагаю я.
— Может, что покрепче? — улыбается Роман Петрович.
Я выхожу в кухню. Достаю бутылку красного вина и наливаю в три бокала. Приношу им в комнату
— А ты чего? — с удивлением спрашивает Татьяна Сергеевна.
— А я не буду. Ваш сын и так сделал чудесный подарок на свою победу. Спасибо.
— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает отец.
— Пап, не обращай внимания. У Иры плохое настроение.
— Что ты опять натворил? — отец ставит бокал на стол.
Андрей устало вздыхает. И недовольно смотрит на меня.
— Ничего. Просто небольшое недопонимание.
— Недопонимание? Всего лишь недопонимание? — фыркаю я.
— Перестань. Давай не сейчас. У меня всё-таки праздник.
— Так ты можешь праздновать совсем в другом месте, — парирую я.
Родители смотрят на нас с подозрением.
— Это был тяжёлый турнир и сложная победа, — произносит Андрей, резко переводя разговор в другое русло.
— Ты — молодец. Поздравляю, — произносит отец. — Выдержал, выстоял. Мы смотрели твою игру.
Я вот тоже, к сожалению, посмотрела все игры турнира. И переживала за него. А он, оказывается во всю развлекался с другой.
А я как дура верила в его победу. Ждала возвращения.
Зачем?
Ради чего?
Ради того, чтобы развестись? Забеременеть и развестись. Отличное окончание отношений.
— Спасибо, отец.
— Ирочка, ну а ты чего такая грустная? — вопрошает его мать.
— Ира за меня сильно переживала. Вот ещё в себя не пришла, — снова перебивает меня муж.
— Дорогой, — недовольно произношу я, — я могу сама за себя ответить. Мне помощники не нужны.
— Милая, у вас явно что-то произошло, — не успокаивается Татьяна Сергеевна.
— Мам, не обращай внимания. У Иры тоже сложный период.
— Да нет, милый, у меня, судя по всему, очень простой период. И ты больше в этот период не вписывается.
— Ира, перестань!
— Отчего же. Твои родители об этом все равно узнают. Пресса не дремлет
— Да что случилось? — напрягается Татьяна Сергеевна.
— Ваш сын разводится со мной, — спокойно заявляю я. Андрей несколько мрачнеет.
— Что? — рявкает отец. — Что значит «разводится»?
— Ну, Роман Петрович, все просто. У Андрюши на фоне звёздной болезни разыгралась любовь. И теперь он будет жить с другой. Видите вещи? Так вот я их уже собрала.
— Ира, Ирочка, ну подождите! Не кипятитесь. Может, можно что-то исправить. Может, это все несерьёзно.
— Так, — строго произносит отец, — пойдем поговорим.
Андрей выходит в коридор следом за отцом.
— Ир, ну не рубите с плеча. Вы такая прекрасная пара. Вы так подходите друг другу.
— Угу, — киваю я. — Мы такая идеальная пара, что он влюбился в Машку Воронову
— Что?! В Марию?
— Да-да, — киваю, — говорит «люблю — не могу», все ради нее.
— Не может быть. Она же … Ну совсем ему не пара…
— Ну, кого это сейчас волнует. Пара — не пара. Может, это их пиар-кампания. Откуда мы знаем.
— Тем более. Может, не стоит? Ведь все просочится в прессу и вам никто не даст покоя.
— Нам и так покоя не дают. Про всех его мнимых пассий вечер писали. А вдруг это были не мнимые подружки? А настоящие? — снова чувствую, как сердце начинает нервно постукивать. Учащается ритм. Я делаю пару вдохов — выдохов. Вроде становится легче.
— Ира, прошу, не нервничай.
— Я не собираюсь нервничать. Хочет развод — получит. Но как он будет проходить, уже решу я.
Она подходит ко мне и обнимает. Гладит по спине, говорит какие-то утешительные слова.
Но я ничего не хочу слушать.
Во мне словно что-то оборвалось. В тот момент, когда он произнес: развожусь.
Вот раз и все. Как будто где-то прорвалось. И это уже невозможно склеить. Да и зачем.
Когда все и так понятно.
— Может, вам лучше дать время побыть отдельно друг от друга?
— Татьяна Сергеевна, это бессмысленно.
— Но почему?
— Да потому что, Маша беременна от него!
