Квартира моя — добрачная. Все сделаю, но жить ты там после развода не будешь.
Андрей поссорился с Юлей. Встречались они пять лет. Любовь была неземная. Андрей приватизировал квартиру в Москве, полученную от бабушки.
— Давай продадим и свадьбу сыграем, отдохнуть съездим. Квартира у меня есть, двухкомнатная. Жить где есть,- предлагала Юля
— Юлька, это же близко к центру, хорошее место, и квартира хорошая. Хоть и однокомнатная, но большая, светлая. Зачем недвижимость на гулянки менять? На отдых и свадьбу заработаем.
Но Юля уперлась на своем.
— Ты все сам решаешь, вот и живи один. Или по-моему делаем, или расстаемся.
— Расстаемся, тебе лишь бы деньги потратить.
То ли устали они друг от друга, то ли еще что случилось, но на долгие годы они расстались.
Юля назло Андрею стала встречаться с другим. Андрей это пережил, перестрадал.
Спустя год он встретил Соню: черноглазую умницу, приехавшую из Махачкалы, поступившую в аспирантуру.
Милая, спокойна черноглазая девушка его очаровала. Вдобавок она была очень самостоятельная и целеустремленная. Родные Сони сразу сказали:
— У нас не принято так жить вместе. Только со свадьбой.
Небольшую свадьбу для родных сыграли в Москве, большое торжество было на родине у Сони.
После этого он зарегистрировал в однушке Соню, а впоследствии и рожденного сына. Но прошло три года, Андрей случайно встретился с Юлей.
— Прости меня, — вдруг сказала она. – Я такая глупая была. Мне казалось, что важно – свадьба, чтобы все завидовали. Была свадьба. Но счастья мне это не принесло. Я развелась. Не могу быть с другим, Андрей.
— Я уже женат, у меня сына растет.
-Я знаю, и готова ждать тебя сколько угодно.
Андрей молча приехал домой, сын обнял:
— Папа приехал!
Андрей растаял: как он мог предать, уйти от таких близких и родных – от Сони и мальчика.
— Андрюша, я на лето уеду к родным. Сынок отдохнет в кругу родственников.
— Езжай, конечно. Денег дам, и буду высылать.
Соня уехала. Через пару дней он пригласил Юлю в кафе, и остался ночевать у нее.
С тех пор началась его «двойная» жизнь. Уйти от Сони и сына было трудно, к Юле тянуло невероятно. Семейная жизнь, тайные встречи. Соня догадывалась, плакала. Андрей бросал встречи на стороне, жил с Соней и сыном. Потом уходил к Юле. Но сын плакал, завал папу, и он возвращался. Длилось это более 7 лет.
Брат Сони – Руслан – сказал:
— Соня, ты всегда можешь вернуться домой.
Он оформил дарственную ей на квартиру в Махачкале. Но Соня ехать не хотела: работала, занималась научными исследованиями. Хороший заработок был.
Андрей все же ушел к Юле.
— Не могу, Соня, люблю ее. Ищи квартиру, помогу снимать.
— Ты так просто от меня не избавишься, я буду жить здесь. Имею право. Сын прописан, и я тоже.
Андрей сходил к адвокату, составили план действий. И начал его воплощать в реальность, чтобы спасти уже квартиру, и пользоваться ею без всяких обременений.
Андрей подал на развод. Соня осталась в квартире, съезжать отказалась. В марте их развели, а в июле Андрей снялся с регистрационного учета сам, и с собой зарегистрировал в другом месте сына. В квартире у Юли.
Соня знала, но пошла другим путем. Она подала на алименты, и на определение места жительства сына с собой.
Пока шли суды, Андрей продал квартиру…. Юле. Заключил с Юлей же договор аренды ее двухкомнатной квартиры и предварительный договор купли-продажи. Там же он был зарегистрирован с сыном.
Соня узнала о купле-продаже в августе, Юля пришла, начала потихоньку делать ремонт. Демонтировала внутренние двери, прихожую. Соня уже не жила там, но личные вещи хранила, появлялась иногда, не давая новой собственнице что-то сделать.
В это же время в Махачкале брат, с согласия и по просьбе Сони, через суд отменил дарственную на квартиру. Юридически Соня осталась без жилья. В сентябре были взысканы алименты, в декабре Соня получила решение суда об определении места жительства сына с собой.
После этого Соня предъявила иск о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, расторжении сделки, признании за Соней права проживания в спорной квартире до совершеннолетия сына. Юля подала встречный иск о признании Софии и ее сына утратившими право пользования жилым помещением, выселении, снятии Сони с регистрационного учета. иски объединили в единое дело.
Суд рассмотрел все материалы дела и решил:
Соня сама ухудшила свое положение: на момент продажи помимо квартиры в Махачкале у Сони были счета – в рублях и валюте, которые она обналичила до развода, при этом заработная плата Сони – выше среднего по Москве. То есть продажа квартиры Андреем не ухудшила материальное положение матери ребенка. Соня имела материальные средства для обеспечения себя жильем в Москве, при этом у нее была своя квартира.
Утверждение сони, что одно из оснований для расторжения договора — квартира была продана чуть ниже рынка, за 6 миллионов, но это не основание для расторжения сделки – свобода рыночных отношений. Документы о передачи квартиры и денег – предоставлены. Договор аренды банковской ячейки для передачи денег Юля принесла. То есть факт передачи денег документально подтвержден. С момента продажи квартиры Юля оплачивала все счета по ней, квитанции предоставлены.
Соня заявляла, что это все блеф:
— Они просто для видимости продали, чтобы меня с ребенком на улице оставить. Потом обратно все вернут. Это же его дама, его люб ов ни ца.
Суд указал, что Соней не представлены доказательства мнимости сделки.
в частности, не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении оспариваемого договора купли-продажи подлинная воля сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение соответствующих прав и обязанностей. Между тем, вследствие произведенной государственной регистрации права собственности на квартиру за Юлей произошел переход права собственности на указанный в договоре объект недвижимости от Лимарева А.В., то есть наступили правовые последствия. При этом указанная сделка не является безденежной, поскольку в судебном заседании установлено, что денежные средства по сделке передавались через банковскую ячейку..
Судом не установлено, что продажа произведена только для того, чтобы причинить вред Софии.
Ребенок вообще зарегистрирован с отцом в другой квартире, никаких прав его сделка не нарушает.
Да, Соня могла бы продолжить пользоваться квартирой, при наличии определенных обстоятельств. Но в момент рассмотрения судом дела Андрей уже не является собственником квартиры, поэтому и предоставить ее в пользование Соне не может. Юля же вообще не обязана ничего предоставлять Соне.
Суд установил злоупотребление правом со стороны Софии — единоличное распоряжение денежными средствами в размерах, превышающих несколько миллионов рублей, а также в намеренном отчуждении квартиры в г. Махачкала с помощью родного брата.
По итогу в иске Софии отказано. Юлины требования о выселении – удовлетворены.
