«Ты нам нужна была как бесплатная прислуга, а дом — как трофей»
Назвала свекровь обузой прямо при ней, даже не понизив голос. Для свекрови это стало болезненным ударом…
Вот так вот запросто, по телефону с подругой болтала, а Лидия Петровна за дверью кухни стояла, слышала и замерла вся. Руки задрожали, горло сдавило.\
— Свекровь еще долго проживет, представляешь? — Жанна в трубку хохотнула. — Зато дом потом наш будет, Лешка обещал. Отдаст мне половину, он же маменькин сынок, куда денется.
Лидия Петровна тихонько попятилась в свою комнатушку. Это была бывшая детская старшего внука, маленькая, тесная. Тут женщина села на кровать, руки на коленях сложила. Посидела так, дыхание успокоила. И пошла обратно на кухню с натянутой улыбкой.
— Жанночка, может, помочь с ужином?
Та трубку положила, обернулась. Лицо обычное, будто ничего и не было.
— Да сама справлюсь, Лидия Петровна. Идите телевизор смотрите.
Когда ее мужа не стало, Алексей сразу сказал:
— Мам, переезжай к нам. Одной тебе тяжело будет в частном доме.
И правда тяжело. Без мужа пусто стало, каждый угол о нем напоминал. Вот его кресло у окна, вот полка с инструментами, вот даже запах его одеколона в шкафу остался. Так что Лидия Петровна согласилась переехать. А что делать-то?
Алексей водителем маршрутки работал. Рано уходил, поздно возвращался. Усталый он постоянно был, серый какой-то. Жанна трудилась в поликлинике медсестрой. Та вообще вечно злая приходила.
Так что Лидия Петровна старалась незаметной быть. Вставала рано, завтрак готовила, внуков в школу собирала. Потом уборка, готовка, стирка. На кухне ела, когда все поели уже. Телевизор с наушниками смотрела, чтоб не мешать. А Жанна все равно недовольна, то не так приготовила, то не туда положила.
Дом же пустовал второй год. Там заколотили окна, дверь заперли, и все. Лидия Петровна туда ни ногой, страшно было. Там же ее любимого не стало, как она туда поедет? А дети помалкивали пока про дом. Ждали своего часа, видать.
И вот вскоре после этого разговора за обедом Алексей кашлянул, смету из кармана достал.
— Мам, мы тут с Жанной подумали. Дом же зря стоит, гниет. Давайте мы ремонт сделаем? Крышу перекрыть надо, забор новый сделать. Баню поставить хотим. Правда, все это дорого…
— Кредит возьмем, — Жанна добавила, сахар в чай сыпала и не смотрела на свекровь. — Все равно же вы нам его оставите, правда? Дети подрастают, им воздух нужен, а то они в городе задыхаются.
Лидия Петровна ложку отложила, в животе неприятно потянуло.
— Конечно, делайте, — тихо сказала она. — Что ж дому пропадать-то. Пусть… Пусть будет так, как вы хотите.
На следующий день поехали дом смотреть. Алексей за рулем своей старенькой «девятки», Жанна рядом. Лидия Петровна сзади с младшим внуком. Старший, подросток, остался дома.
Скоро пошли знакомые места, сердце сжималось с каждым километром. Вот и поселок их. Им тут когда-то участок дали, Виктор осушил его, землю завозил. Дом сами строили. Он состоял из пары комнаток и террасы.
Калитка скрипнула жалобно. Трава по пояс вымахала, яблони одичали, дорожки травой поросли. Жанна сразу командовать начала:
— Вот здесь клумбу разобью, тут беседку поставим. А этот сарай старый снести надо.
Алексей кивал, записывал что-то в блокнотик. По участку ходил по-хозяйски уже, прикидывал, где гараж построить.
— Мам, ты чего молчишь? — обернулся он к Лидии Петровне.
А что ей говорить? Все равно же решили уже без нее.
— Хорошо, хорошо, — приговаривала она. — Делайте как знаете.
Вечером, уже дома, зазвонил телефон. Это была Инга, старшая дочь из другого города.
— Мам, привет! Как вы там? Соседка твоя по дому звонила. Говорит, вы сегодня приезжали, Лешка с женой там все обмеряли. Что происходит?
Лидия Петровна вздохнула:
— Да они ремонт хотят делать. Дом же пустует.
— Ремонт? — Инга повысила голос. — Без меня? Я завтра же прилетаю!
— Доча, не надо скандала, прошу тебя.
— Какой скандал, мама? Это же мое наследство! Папа всегда говорил, дом — для Инги! Я старшая, я папина любимица была. Или забыли все?
Положила трубку Лидия Петровна, а руки трясутся. Вот оно, началось. Знала же, чувствовала, не к добру вся эта затея с ремонтом.
А у нее, между прочим, своя тайна была. Большая такая, о которой никто из детей не догадывался. Уже давно она думала сдать свой дом, а то и продать, выручить много денег и купить квартиру в городе. Свою, где не придется передвигаться так, чтобы никому не мешать.
Она и однокомнатную квартиру присмотрела уже. Продаст свой дом, как раз хватит. И будет жить одна, никому не мешая.
Инга прилетела на следующий день, как и обещала, ворвалась в квартиру и заорала с порога:
— Где этот прохиндей? Где мой братец любимый?
Алексей с работы еще не вернулся. Жанна на кухне ужин готовила, даже не вышла поздороваться.
— Инга, доча, успокойся, — Лидия Петровна пыталась взять дочь за руку.
— Какое успокойся?! — та выдернула руку. — Пока детей одна после развода поднимаю, они тут наследство делят! Хороши родственнички!
Жанна вышла из кухни, вытирая руки о фартук.
— Чего орешь-то? Мы твою мать год кормим, одеваем. Короче, заботимся о ней побольше твоего… Где ты была?
— Кормите? — Инга покраснела вся. — Да она вам бесплатная домработница! Я знаю, как вы ее тут держите! В каморке!
Как раз в этот момент вернулся Алексей.
Дети делили ее дом без нее. Сначала сын с невесткой начали считать его своим, теперь и дочка примчалась за своей долей…
Алексей не удивился, увидев Ингу.
— О, сестра пожаловала. С приездом!
— Не прикидывайся! — Инга накинулась на него. — Думал, пока я далеко, дом приберешь? Мама на ладан дышит, а ты уже наследство делишь?
— Какой еще ладан? — Алексей растерялся. — Мама здорова, слава богу. Мы просто ремонт хотим сделать, на свои деньги, между прочим.
— На свои? А потом дом себе заберешь, да? Маму уговоришь завещание на тебя написать?
Жанна фыркнула:
— Уговаривать не надо. Кто о Лидии Петровны Петровне заботится? Мы. Кто с ней живет? Мы. А ты где?
Инга тяжело выдохнула, покачала головой:
— Ладно. Давайте сядем и поговорим по-человечески.
За ужином все молчали. Даже Ванечка примолк, чувствовал, что взрослые ругаются. Инга вилкой по тарелке стучала, есть не могла. Алексей в тарелку уставился. Жанна демонстративно гремела посудой.
— Так вот что я вам скажу, — Инга откинулась на спинку стула. — Либо продаем дом сейчас и делим пополам. Либо, Алексей, выплачивай мне мою долю. Выбирайте.
Алексей поперхнулся.
— Ты что? Откуда у меня такие деньги? Я водитель маршрутки!
— Тогда продаем, — отрезала Инга.
— Мы кредит взяли! — Жанна вскочила. — На ремонт дома! Материалы уже закупили!
— Ваши проблемы, — Инга пожала плечами. — Надо было сначала думать, потом кредиты брать.
Лидия Петровна поднялась из-за стола.
— Я спать пойду. Голова болит.
В своей комнатушке села на кровать. Снаружи голоса доносились, Инга с Алексеем ругались, Жанна Ванечку спать укладывать пыталась.
Достала Лидия Петровна из тумбочки старую записную книжку. Нашла номер агента, которая ее подруга Вера Ивановна рекомендовала. Завтра позвонит. Хватит. Продаст дом и уйдет от них всех.
В дверь постучали. Инга вошла, села рядом.
— Мам, прости, что так получилось. Но ты же понимаешь, папа меня больше любил. Всегда говорил, дом — для Инги. Ты же помнишь?
Лидия Петровна кивнула устало:
— Помню, доча. Все помню.
— Вот и хорошо. Завтра с агентом встречусь. Продадим дом быстро, по-хорошему, и разъедемся все. Тебе с Лешкой останется достаточно.
Инга ушла. Лидия Петровна лежала в темноте, в потолок смотрела. На кухне Жанна с Алексеем о чем-то шептались. Потом Жанна громко сказала:
— Может, твоей маме вообще в дом престарелых пора? Продадим ее жилье, хороший пансионат оплатим.
Сердце больно кольнуло. Вот оно как, в дом престарелых ее хотят сдать. Обуза же.
Лидия Петровна тихонько встала, взяла телефон. Так хотелось оказаться подальше отсюда… Она вышла в коридор, накинула пальто прямо на ночную рубашку, потом на улицу пошла, во двор. Села на лавочку у подъезда и набрала номер Веры Ивановны.
— Вер, прости, что поздно.
— Да ничего, Лида. А что случилось?
— Дети ругаются из-за дома. Совсем достали. Решила его продавать.
— Ох, Лидочка, тяжело тебе, понимаю. И поддержу, я же давала тебе номер своего агента, прослежу, чтобы он помог с продажей.
Лидия Петровна положила трубку и посидела еще немного. В окне их кухни свет горел. Жанна к окну подошла, вниз посмотрела. Лидия Петровна голову опустила, пусть невестка не видит, что она тут.
Решено, она соберет вещи и уйдет от всех. Довольно терпеть такое отношение.
А утром Лидия Петровна проснулась от крика. Инга с Алексеем на кухне орали друг на друга. Жанна Ванечку в школу собирала, цыкала на них, мол, ребенка пугаете.
Лидия Петровна вышла, халат запахнула.
— Что опять случилось?
Инга сунула телефон ей под нос.
— Вот! Вот что случилось! Я агенту позвонила твоему! Нашла его визитку у тебя в сумке! Он сказал, ты дом продавать собиралась тайком от нас!
Алексей побелел весь.
— Мама, это правда?
— Правда, — Лидия Петровна выпрямилась, подбородок вздернула.
— И молчали! — ахнула Жанна.
— А что, докладывать должна была? — Лидия Петровна посмотрела на невестку. — Я вам и так бесплатная прислуга. Готовлю, убираю, с детьми сижу. Или плату за проживание хотите? Могу платить. Сколько скажете, столько и буду платить.
Алексей тяжело сел на табуретку.
— Мам, мы же кредит взяли недавно. Материалы уже частично купили.
— А я просила? — Лидия Петровна повысила голос . — Я вас просила? Сами решили, сами и разбирайтесь!
Инга торжествовала:
— Вот видите! Мать вас обманывает!
— Хватит!
Лидия Петровна ударила ладонью по столу. Посуда звякнула, Ванечка испуганно прижался к отцу.
— Сядьте все и слушайте. Я вам ничего не должна. Да, я дом продаю и квартиру себе покупаю. Чтоб никому не мешать!
Алексей опустил глаза, молчал, потому что понимал, правда за матерью. Жанна покраснела, отвернулась к окну.
— Я же не глухая, — Лидия Петровна усмехнулась горько. — Все слышу через стенку. Как Жанна подруге жалуется, что свекровь достала. Как ты, Леша, вздыхаешь, когда я из комнаты выхожу. А ты, Инга, год не звонила! Только когда про дом узнала, сразу прилетела!
— Мама, я работаю, дети у меня, — Инга оправдываться начала.
— Все работают, у всех дети, — отрезала Лидия Петровна. — Хватит отговорки придумывать… Ладно, хватит. Слушайте, что я решила. Дом продаю. Завтра еду к агенту, и все подпишем.
— А наши деньги? — Жанна взвилась. — Мы ж кредит взяли!
— Считайте, что это расплата за то время, что я у вас жила. Работал няней, кухаркой, уборщицей. По современным расценкам даже дешево вышло.
Алексей встал, заходил по кухне.
— Мам, давай поговорим спокойно. Без Инги, без Жанны. Вдвоем.
— Нет уж! — Инга вскочила. — Все решения при мне! А то уговоришь мать тебе денег дать, маменькин сыночек!
— Цыц! — Алексей рявкнул на сестру. — Где ты была, когда отца не стало? Билет купить не могла? На телефон новый деньги нашла, а на билет нет?
— Не смей! — Инга перешла на крик. — Папа меня больше любил! Всегда говорил, что мне дом оставит.
— В бреду говорил!
Ванечка заплакал. Жанна схватила его за руку, вывела из кухни. Лидия Петровна встала.
— Все, решение принято. Дом на мне записан, могу продать сама, вас не спрашивать.
Она ушла к себе, дверь заперла. Слышала, как на кухне еще час ругались. Потом Инга хлопнула дверью, в гостиницу поехала, видать. Алексей с Жанной шептались до полуночи.
А Лидия Петровна лежала и план обдумывала. Денег от продажи дома хватит на квартиру, еще останется на жизнь.
Утром она встала раньше всех. Чай попила, документы на дом проверила. Алексей вышел, помятый, не выспавшийся.
— Мам, давай поговорим, — предложил он.
— О чем говорить, Леша? Все решено.
— Мы не хотели тебя обидеть. Правда. Жанна погорячилась просто. Ты же знаешь, какая она.
— Знаю, — кивнула Лидия Петровна. — Именно поэтому и ухожу.
К нотариусу приехали все, даже Жанна отпросилась с работы. После продажи на улице Инга сразу начала:
— Так, мама. Половина денег моя.
— Нет, — Лидия Петровна покачала головой.
— Как нет? — Инга опешила. — Мы же договорились!
— Мы ни о чем не договаривались. Это мои деньги, я на них квартиру куплю.
— Я в суд подам! — Инга закричала. — У меня право на долю!
— Подавай, — Лидия Петровна пожала плечами. — Только я жива еще, завещание не писала. Дом был мой, я его продала. Все законно.
Алексей молчал, в асфальт смотрел. Жанна кусала губу от злости.
— Ах так! — Инга вся покраснела. — Тогда ты мне не мать! Слышишь? Не мать!
Она развернулась и ушла, даже не попрощалась.
Скоро Лидия Петровна въехала в свою квартиру. Она была небольшая, зато никто не упрекнет ее тут куском хлеба. Остальные деньги она положила на счет.
Алексей звонил, извинялся, просил прощения. Но что-то Лидия Петровна сомневалась в его искренности…
— Мам, возвращайся. Мы все поняли. Жанна тоже просит прощения.
— Я простила, Леша, но жить к вам не вернусь. Извини.
Внуков Жанна к ней не пускала. Говорила им, что бабушка их бросила, денег им не оставила.
Инга прислала длинное письмо, несколько страниц упреков и обвинений. Лидия Петровна прочитала первые строчки и выбросила. Жизнь продолжалась, и если дочь не хочет ее видеть… Что ж, она сможет с этим смириться.
