«Мужчина пригласил на дачу знакомиться с сыном. Когда я сказала, что работаю продавцом, 32-летний сын — меньше, чем я на стажировке получал»
Я сидела за столом на веранде, в руках была шпажка с шашлыком, и смотрела на Игоря. Он смеялся вместе с сыном над только что сказанной фразой. Сын — Антон, тридцать два года, в дизайнерской футболке и очках — допивал пиво и ухмылялся. Жена сына Катя тоже улыбалась, прикрывая рот рукой.
А я сидела и понимала, что только что стала объектом их шутки.
Всё началось пятнадцатью минутами раньше, когда Антон спросил:
— Ирина, а вы кем работаете?
Я ответила честно:
— Продавцом. В магазине одежды.
Он кивнул:
— Понятно. А зарплата там какая, если не секрет?
Игорь рядом напрягся, я это почувствовала. Но отступать было поздно:
— Сорок пять тысяч.
Антон присвистнул:
— Меньше, чем я на стажировке в первый год получал.
И засмеялся. Игорь тоже засмеялся — нервно, но засмеялся. Катя прыснула. Я положила шпажку на тарелку, встала и сказала:
— Извините, мне нужно уйти.
Как я оказалась на этой даче
Познакомились мы с Игорем два месяца назад в парке. Я гуляла после смены, он бегал. Столкнулись у фонтана, разговорились. Ему пятьдесят восемь лет, инженер на пенсии, подрабатывает консультантом. Мне пятьдесят два года, после развода семь лет одна, работаю продавцом-консультантом в магазине женской одежды.
Он показался приятным — спокойный, воспитанный, с чувством юмора. Мы начали встречаться. Ходили в кино, гуляли, он рассказывал про свою жизнь. Был женат, развёлся десять лет назад, есть сын Антон, который живёт в Москве с женой, работает в IT-компании.
Через полтора месяца Игорь сказал:
— Ир, хочу познакомить тебя с сыном. Он пригласил нас на дачу в субботу, шашлыки будет делать.
Я засомневалась — рано ещё знакомиться с детьми. Но Игорь настаивал:
— Ну что ты, нормально всё. Антон адекватный, Катя приятная. Просто посидим, пообщаемся.
Я согласилась. В субботу Игорь заехал за мной, мы поехали за город. Дача оказалась приличной — двухэтажный дом, ухоженный участок, мангал, беседка. Антон встретил нас у калитки — высокий, подтянутый, в модной одежде. Катя вышла следом — симпатичная, лет двадцати восьми, в летнем платье.
Поздоровались, прошли на участок. Антон начал разжигать мангал, Катя накрывала стол. Я предложила помочь, она вежливо отказалась. Мы сели на веранде, Игорь открыл пиво, налил всем. Начали разговаривать.
Первые звоночки — они обсуждали деньги
Антон рассказывал про работу — запустили новый проект, получили бонусы, поедут в Дубай на две недели. Катя добавляла детали — отель пять звёзд, всё включено, билеты бизнес-класса. Я слушала молча, кивала. Игорь спросил:
— А сколько такая поездка стоит?
Антон пожал плечами:
— Тысяч четыреста на двоих. Но нам не жалко, мы год не отдыхали нормально.
Я мысленно посчитала — четыреста тысяч. Это почти год моей зарплаты. Катя посмотрела на меня:
— А вы куда ездите отдыхать, Ирина?
Я ответила:
— Обычно в Крым. Снимаю домик у моря на неделю.
— А сколько это стоит?
— Тысяч двадцать пять.
Она кивнула:
— Понятно. Ну Крым тоже неплохо.
Но по её тону я поняла — для неё это «неплохо» звучало как «бедненько».
Потом начались вопросы про мою жизнь
Антон принёс шашлыки, разложил по тарелкам. Мы начали есть. Он спросил:
— Ирина, а у вас дети есть?
— Есть. Дочь, двадцать восемь лет.
— Чем занимается?
— Работает администратором в салоне красоты.
— А замужем?
— Нет пока.
Он переглянулся с Катей. Потом спросил:
— А вы где живёте?
— В Бутово. Снимаю однушку.
— Своей квартиры нет?
Я напряглась — вопросы становились личными. Но ответила:
— Была. После развода продали, поделили. Моей половины на покупку новой не хватило, поэтому снимаю.
Антон кивнул задумчиво. Потом задал тот самый вопрос про работу. И когда я назвала зарплату, он выдал свою фразу про стажировку.
Когда я встала, чтобы уйти — началось самое интересное
Игорь схватил меня за руку:
— Ир, ты куда? Посиди ещё.
Я высвободила руку:
— Домой. Спасибо за приглашение.
Антон непонимающе посмотрел:
— Что случилось?
Я повернулась к нему:
— Случилось то, что вы меня унизили. При всех. И все посчитали это смешным.
Он развёл руками:
— Я просто пошутил!
— Над чужой зарплатой не шутят.
Игорь встал:
— Ир, не обижайся. Антон не со зла.
Я посмотрела на Игоря:
— Ты смеялся вместе с ним. Вместо того чтобы заступиться.
Он замялся:
— Ну… я не думал, что ты так воспримешь.
— Как я должна была воспринять? Меня сравнили со стажёром, намекнули, что я нищая. И ты молчал.
Катя тихо сказала:
— Ирина, вы правда преувеличиваете. Антон просто сказал факт.
Я повернулась к ней:
— Факт? Хорошо. Вот вам факт — я работаю продавцом и получаю сорок пять тысяч. Но я плачу за свою квартиру, не прошу денег у родителей, и не хамлю людям, которые зарабатывают меньше.
Антон нахмурился:
— Я не хамил. Я спросил.
— Ты спросил зарплату, чтобы потом поставить меня на место. Показать, какая ты молодец, а я неудачница.
Игорь попытался взять меня за плечо:
— Ир, успокойся. Давай всё обсудим спокойно.
Я отстранилась:
— Обсуждать нечего. Ты привёз меня сюда, чтобы сын оценил. Он оценил — не подхожу. Зарплата маленькая, квартиры нет, дочь не замужем. Всё, экзамен провален.
Игорь растерялся:
— При чём тут экзамен?
— При том, что ты не остановил его вопросы. Не сказал, что моя работа и зарплата — не его дело. Ты позволил ему допрашивать меня, как на собеседовании.
Я вызвала такси прямо с дачи
Я вышла за калитку, открыла приложение, вызвала машину. Написали — через двадцать минут. Я села на лавочку у дороги. Игорь вышел за мной:
— Ир, не уходи так. Давай поговорим.
Я посмотрела на него:
— О чём говорить? О том, что ты стыдишься моей работы? О том, что тебе важнее мнение сына, чем моё достоинство?
Он сел рядом:
— Я не стыжусь. Просто Антон… он такой. Прямолинейный.
— Он не прямолинейный. Он высокомерный. И ты это поощряешь.
Игорь вздохнул:
— Ну он же не виноват, что у него другой уровень жизни.
Я встала:
— Вот именно. Другой уровень. И я, видимо, недостаточно хороша для вашего уровня.
Такси подъехало. Я села, уехала. Игорь звонил вечером, я не ответила. Написал — извинялся, просил встретиться. Я ответила коротко: «Не надо».
Почему взрослые дети так себя ведут
Прошло три недели. Игорь больше не пишет. Я вернулась к своей жизни — работа, дом, встречи с дочерью. Та история научила меня одному: когда мужчина приглашает тебя знакомиться с детьми, он часто не просто знакомит. Он проверяет, одобрят ли.
Взрослые дети, особенно успешные, часто меряют людей деньгами. Для них человек — это сумма его зарплаты, марка машины, район проживания. Если ты не дотягиваешь до их стандартов — ты автоматически хуже.
И самое грустное, что родители это позволяют. Они боятся испортить отношения с детьми, поэтому молчат, когда те хамят их партнёрам. А потом удивляются, почему человек ушёл.
Мне пятьдесят два года. Я не стыжусь своей работы. Я честно зарабатываю, никого не обманываю, плачу за себя сама. И не собираюсь оправдываться за это перед сопляками, которые считают, что успех измеряется только деньгами.
Нормально ли спрашивать у нового знакомого его зарплату при первой встрече?
Должен ли родитель заступаться, если его взрослый ребёнок унижает его партнёра?
Согласны ли вы, что успешные дети часто оценивают людей только по доходу и статусу?
Правильно ли героиня поступила, уехав сразу, или надо было остаться и попытаться наладить отношения?
